×
Разработка ИТ и ПО в России. Алексей Смятских, СпейсТим: Ключевое наше преимущество не в том, что мы разрабатываем собственное оборудование или пишем софт, - мы делаем именно системные решения

«Мы всегда стремились внутри компании, а потом группы компаний, поддерживать основные компетенции, которые критически важны для построения именно систем. Мы не производим просто «железо», мы не производим просто софт. Мы делаем системы. Поэтому у нас есть подразделения, которые разрабатывают и производят оборудование, есть подразделения, которые разрабатывают и производят софт, и есть подразделения, которые занимаются системной интеграцией и последующим обслуживанием» - JSON.TV публикует интервью с Алексеем Смятских, Генеральным директором навигационного холдинга СпейсТим. 

 

См. видеоинтервью с Алексеем Смятских на JSON.TV

 

Александр Герасимов: Уважаемые зрители! Сегодня у нас в гостях Алексей Смятских, генеральный директор компании «СпейсТим».

 

Алексей Смятских: Добрый день!

 

Александр Герасимов: Поэтому первый вопрос... Наверное, многие телезрители не знают, чем занимается компания «СпейсТим». Поэтому вкратце расскажите историю создания компании, на чем она специализируется?

 

Алексей Смятских: Мы 14 лет занимаемся отраслью транспортной телематики. В переводе на русский язык, это системы мониторинга, диспетчеризации, управления транспортом. Последние...

 

Александр Герасимов: То, что называется M2M?..

 

Алексей Смятских: То, что называется M2M, то, что в мире называется Fleet Management. В последнее время мы понимаем, что это уже больше системы управления ресурсами. Потому что транспорт — это по-прежнему важная составляющая нашего бизнеса: контроль транспорта, автоматизация управления транспортом — но всё больше и больше заказчиков подключают к этой системе другие ресурсы. Как выясняется, у нас в компаниях зачастую удаленно на территории работает гораздо больше людей, чем техники. И люди не менее важны.

 

Александр Герасимов: То есть фактически мы говорим про про элемент того, что сейчас называется Интернетом Вещей.

 

Алексей Смятских: В какой-то мере, да. Безусловно, Интернет вещей так же невозможен, как и наша деятельность, без контроля каких-то параметров, удаленной передачи данных, отправки команд, обработки, аналитики и т. д.

 

Александр Герасимов: Подключенные автомобили, какая-то аналитика... 

 

Алексей Смятских: Подключенные автомобили, дома, офисы, склады, производственные помещения — да, этим мы тоже занимаемся.

 

Александр Герасимов: А расскажите вкратце о создании компании: как она появилась, какие, может быть, были вехи в развитии, какие-то большие проекты?

 

Алексей Смятских: Мы образовались в 2003 году.

 

Александр Герасимов: Это в вопросу о том, что рынок Интернета Вещей существует далеко не первый год...

 

Алексей Смятских: Безусловно. Просто очень показательно было: 2003 год, и единственный способ передачи данных с транспортного средства, с любого удаленного объекта на тот момент, как ни странно, — спутниковая связь. То есть сначала мы берем на вооружение спутниковую связь как канал передачи данных...

 

Александр Герасимов: Понятно. То есть передачи данных через сотовую сеть пока еще особо не было...

 

Алексей Смятских: GPRS отсутствует как таковой. Потом появляется оборудование, которое поддерживает передачу через сотовую связь посредством SMS. Потом появляется GPRS. И так далее, постепенно, постепенно, постепенно...

 

Александр Герасимов: Которая, кстати, до сих пор занимает, наверное, львиную долю подключений, да? 2G?

 

Алексей Смятских: На самом деле, 2G стабильно работает, и мы этим пользуемся. Там, где есть 3G, мы используем 3G, и для удаленных территорий по-прежнему спутниковую связь. И совсем уже экзотика — когда у нас заказчик не готов платить за спутниковый трафик, но у него есть база, куда, например, техника или люди постоянно возвращаются — там используется ближний радиоканал, просто передачи данных, но уже не в онлайне, а...

 

Александр Герасимов: А для сброса этих данных.

 

 

Алексей Смятских: Да, когда уже техника или люди вернулись вечером — и тогда уже можно, что называется, слить всю информацию на базу и уже с этой информацией работать. Итак, 2003 год. Небольшая группа товарищей, которые, в основном, закончили Московский авиационный институт, факультет космонавтики, собираются и начинают бизнес. Собственные программисты...

 

Александр Герасимов: Поэтому и «СпейсТим», наверное?..

 

Алексей Смятских: Ну, «СпейсТим» стал позже. То есть было несколько названий у компании: «Бизнес-навигатор», «M2MТелематика», сейчас «СпейсТим». Но вот костяк команды все эти 14 лет сохранился, позволил обеспечить как преемственность с точки зрения бизнес-процессов, так и, на самом деле, с точки зрения продуктов. То есть мы до сих пор поддерживаем всё оборудование, которое производили в 2006, 2007 году, то есть 10 лет назад...

 

Александр Герасимов: То есть вы являетесь и разработчиком систем Fleet Management, и производителем оборудования?

 

Алексей Смятских:

 

Мы всегда стремились внутри компании, а потом группы компаний, поддерживать основные компетенции, которые критически важны для построения именно систем. Мы не производим просто «железо», мы не производим просто софт. Мы делаем системы.

 

Александр Герасимов: И компоненты этих систем...

 

Алексей Смятских: Поэтому у нас есть подразделения, которые разрабатывают и производят оборудование, есть подразделения, которые разрабатывают и производят софт, и есть подразделения, которые занимаются системной интеграцией и последующим обслуживанием.

 

Александр Герасимов: Сколько сейчас людей в компании?

 

Алексей Смятских: На сегодняшний момент, если сложить производственные подразделения, подразделения, которые занимаются R&Dи системной интеграцией, — порядка 350 человек. Это довольно много для рынка транспортной телематики, на котором мы работаем, хотя, с точки зрения экономики...

 

Александр Герасимов: Вы являетесь, наверное, крупнейшим игроком?

 

Алексей Смятских: Ну, наверное, одним из крупнейших, или крупнейшим, с точки зрения численности. И это если не считать региональную сеть. Потому что, начиная с 2006 года, мы начали активно строить региональную сеть — понимая, что невозможно качественно обслужить клиента во Владивостоке или Хабаровске, если ты находишься в Москве. В силу разных причин. Но одна из причин — специфична. Наш рынок транспортной телематики, так или иначе, начинается с оснащения транспортного средства.

 

Александр Герасимов: И кто-то должен это сделать.

 

Алексей Смятских: Это а) кто-то должен сделать; б) в чем специфика: водители всегда борются с нашей системой. У нас на...

 

Александр Герасимов: Понятно, потому что их контролируют.

 

Алексей Смятских: Да, на конце процесса стоит водитель, как правило, недобросовестный пользователь, который всеми способами стремится помешать контролю над ним — ну, пока к нему не применят какие-то...

 

Александр Герасимов: Санкции.

 

Алексей Смятских: Да, либо экономические, либо административные санкции. Поэтому всегда нужно очень быстро реагировать на то, что система на борту транспортного средства вышла из строя. И для этого нужны люди на месте. Невозможно из Москвы быстро решит проблему в Хабаровске. Чем дальше, тем больше клиентов хотят информацию...

 

Александр Герасимов: Глядя на карту, мы понимаем, что да, невозможно.

 

Алексей Смятских: Да. Чем дальше, тем больше клиентов хотят получать информацию не просто в онлайне — для них она критически важная, перерывы в связи недопустимы. Это и скорая помощь, и пассажирский транспорт, машины, перевозящие опасные грузы и все службы, которые, так или иначе, должны быстрое реагирование обеспечивать. Поэтому 2006 год — это начало региональной программы.

 

И на сегодняшний момент у нас фактически в каждом регионе по схеме франчайзи имеется партнер, который полностью обеспечивает весь набор услуг на территории: установку, обслуживание, монтаж, обучение специалистов, все виды гарантийного и послегарантийного ремонта. Вот мы за эти годы такую сеть построили. Поэтому фактически, когда мы говорим, сколько людей у нас в нашей экосистеме, — получается больше тысячи. Потому что это минимум 10 специалистов в каждом субъекте. А если субъект еще и территориально сложный, распределенный — например, как Красноярский край, — отдельный партнер в Норильске и отдельный партнер в Красноярске, поскольку это несколько тысяч километров между этими двумя объектами.

 

Александр Герасимов: А вот давайте поговорим про рынок. Я правильно понимаю, что сейчас рынок M2M сформирован в основном крупными корпоративными проектами?

 

Алексей Смятских: Я бы сказал, что вы правы...

 

Александр Герасимов: И при этом массовый сегмент подключенных автомобилей, именно частных лиц, пока практически не развит в России?

 

Алексей Смятских: Практически. Все-таки наш основной сегмент, как мы его для себя классифицируем, — это B2B и B2G, государственные заказчики или крупные корпоративные заказчики. Постепенно проникновение системы идет как бы вниз...

 

Александр Герасимов: И за счет этого развивается?..

 

Алексей Смятских: Не редкий клиент, особенно в регионах, у которого 2-3 машины, но тем не менее, их надо контролировать. Но все равно основную массу рынка...

 

Александр Герасимов: Крупные корпоративные...

 

Алексей Смятских: Да, создают крупные компании. Потому что если мы берем «Транснефть» — наверное, самый большой проект среди корпоративных клиентов, — там около 20 тыс. машин подключено. Если мы берем любой региональный диспетчерский центр, который управляет пассажирскими перевозками, то это 3-5 тыс. машин.

 

Александр Герасимов: В каждом регионе.

 

Алексей Смятских: В каждом регионе. То есть в каждом областном центре, как правило, есть региональный диспетчерский центр, который как минимум управляет пассажирскими перевозками — это, я говорю, 3-5 тыс. машин. Ну, в Москве...

 

Александр Герасимов: Больше.

 

Алексей Смятских: В разы больше, там только «Мосгортранс» — это 10 тыс. автобусов, трамваев, троллейбусов. Но, тем не менее, порядок цифр такой. Плюс машины скорой помощи — они тоже достаточно централизованно все подключены. Я не говорю еще о силовых ведомствах, потому что МВД — десятки тысяч машин, МЧС — десятки тысяч машин. Они тоже подключены, но они находятся внутри корпоративных систем. Вот эти заказчики когда-то фактически создали рынок. И сейчас к этому рынку постепенно подключаются более мелкие компании, с одной стороны. А с другой стороны, постепенно — и частные клиенты. Но частные клиенты сейчас подключаются на волне развития системы «ЭРА-ГЛОНАСС». То есть то, что законодательно было введено...

 

Александр Герасимов: Обязательное оснащение автомобилей.

 

Алексей Смятских: С января 2017 года все вновь выпускаемые в обращение — так это звучит — по документам транспортные средства оснащаются оборудованием «ЭРА-ГЛОНАСС». То есть всё, что выходит с конвейера, либо пересекает границу Российской Федерации — машины должны быть оборудованы аппаратурой «ЭРА-ГЛОНАСС». Но, строго говоря, никто не мешает нам с вами, имея уже какие-то машины...

 

Александр Герасимов: Использовать эти данные?..

 

Алексей Смятских: Нет, не использовать данные. Имея машины в собственности, купить это оборудование...

 

Александр Герасимов: Оборудование, оснастить его...

 

Алексей Смятских: Установить. В стране уже несколько сотен установочных центров, которые сертифицированы производителем и имеют право это оборудование ставить. И получить у себя в машине как минимум тревожную кнопку — с тем, чтобы если что-то случилось, автоматически сигнал ушел в «112» и к нам приехала ГИБДД, при необходимости, не дай бог, скорая помощь и какие-то другие экстренные службы.

 

Александр Герасимов: Ну и плюс какие-то более сложные модели использования этих данных?

 

Алексей Смятских: Да, это начальный базовый, бесплатный для пользователя функционал. А дальше — уже фактически каждый производитель на базе этого оборудования придумывает дополнительные сервисы...

 

Александр Герасимов: Мониторинг технического состояния...

 

Алексей Смятских: Для кого-то это удаленная диагностика автомобилей — это для тяжелой техники, для грузовиков. Для легкового транспорта — что нам может потребоваться в дороге? Эвакуация. Возможно, какой-нибудь консьерж-сервис. Возможно, охранно-поисковые услуги. Ну, и еще какой-то там минимальный набор.

 

Почти все автопроизводители это уже предлагают, именно на базе встроенного оборудования. Поскольку встроенное оборудование - это заводская установка, это надежность, качество, это гарантия, которая распространяется на весь срок автомобиля – там, три года, пять лет у некоторых автопроизводителей. Плюс, благодаря тому, что оно устанавливается на заводе и интегрировано со всеми системами автомобиля, это развитая удаленная диагностика. Уже появляются мобильные приложения для владельцев, вы можете посмотреть, собственно, что…

 

Александр Герасимов: Техническое обслуживание по фактическому состоянию

 

Алексей Смятских: Да: что происходит с автомобилем, где у вас какие-то критические параметры. Для корпоративных клиентов это тоже очень интересно. Когда машина уходит в рейс, условно, на 2-3 тыс км, куда-нибудь с Урала в Европу, вообще было бы неплохо знать, что у нее там… по какому-то из параметров она не может просто этот пробег…

 

Александр Герасимов: Выдержать.

 

Алексей Смятских: Выдержать без ремонта, скажем, или какого-то дополнительного технического обслуживания. Это тоже важно. И сейчас мы видим, что (вот, смотрю на карту) клиенты, с которыми мы работаем, практически не выпускают на линию машины с неисправной навигацией. То есть задача «номер раз»: машина выходит на линию обязательно с навигацией.

 

Александр Герасимов: И телеметрией.

 

Алексей Смятских: Ну, навигация - и уже «сверху» по навигации вся возможная телеметрия с борта.

 

Александр Герасимов: И правильно ли я понимаю, что пока все равно динамика рынка определяется некими крупными корпоративными и государственными проектами, да? Поэтому, в связи с этим вопрос: как вы видите динамику рынка? Может быть, там были всплески и т. д.? Как вы видите объем этого рынка в деньгах? И как вы видите свою позицию, и вообще позицию… Скажем, этот рынок консолидирован среди игроков, или, наоборот, не распределен?

 

Алексей Смятских: Вы знаете, рынок стабильно рос фактически с начала его создания: это 2003-2004 годы. И рос он примерно до конца 2012 года, стабильно, из года в год наращивая объемы. Пик пришелся на 2010-2012 года, когда у нас одновременно было: создавался логистический транспортный центр в Сочи, одновременно была госпрограмма по оснащению всех транспортных средств скорой помощи и МЧС-МВД. В Москве создавалась интеллектуальная транспортная система, в рамках которой оснащался весь пассажирский транспорт Москвы. Одновременно шли крупные проекты таких компаний, как «Транснефть», например: как я уже говорил, там 20 тыс. машин.

 

Александр Герасимов: 20 тыс. автомобилей…

 

Алексей Смятских: Вот на этот период пришелся всплеск рынка. И достаточно сильно в этот момент увеличилось количество игроков, хотя были лидеры рынка, там, - даже лидер рынка, я бы сказал, с большим отрывом: вот эта связка ОАО «НИС» и компании «М2М», когда дочерняя компания «НИС» реализовывала основные крупные проекты. И тогда рынок мы оценивали примерно в 15 млрд рублей, из которых больше 3 млрд приходилось на эти две компании. Сейчас, в связи с общим состоянием экономики рынок просел. Я думаю, что он сейчас не больше 10 млрд рублей.

 

Александр Герасимов: Это всё: оборудование, услуги, системная интеграция, то есть это вся система Fleet Management?

 

Алексей Смятских: Оборудование, система, услуги в целом. Весь Fleet Management в стране, я думаю, что порядка 10 млрд рублей.

 

Александр Герасимов: И услуги связи тоже.

 

Алексей Смятских: Да, безусловно, потому что это всё включено для клиента: один платеж, так называемая абонентская плата, в которой уже, естественно, и услуги связи.

 

Александр Герасимов: 10 млрд рублей в год.

 

Алексей Смятских: Думаю, что порядка 10 млрд рублей и порядка 50 игроков на этом рынке, которые имеют хоть, там, более-менее…

 

Александр Герасимов: Более 1%.

 

Алексей Смятских: Более-менее значимые обороты. А с учетом региональных сетей различных компаний, количество игроков — несколько сотен. И нет ярко выраженных лидеров. Мы последние годы показываем результат примерно в 500 млн рублей стабильно...

 

Александр Герасимов: Соответственно, это около 5%.

 

 

Алексей Смятских: И еще есть несколько игроков, которые примерно такой уровень поддерживают. Всё остальное — это мельче и дробится. Но при этом надо отметить, что все-таки многие игроки, как бы понимая общую ситуацию, начинают создавать отраслевые продукты и фиксироваться в каких-то нишах, не пытаясь просто охватить необъятное.

 

Кто-то хорошо делает решения для транспорта, работающего в карьерах, и вообще для угольной отрасли — и работает в этой нише. Она, может быть, небольшая, но она достаточно стабильная, специфичная, и тяжелый барьер входа. Кто-то работает на речном транспорте. Суда тоже нужно контролировать, там есть системы контроля расхода топлива, специфичные требования — кто-то сосредоточился вот, скажем, на речной тематике. А кто-то пытается просто делать FleetManagement простой. Кто-то — в отраслевых решениях. Есть несколько компаний, которые делают решения для скорой медицинской помощи. Есть несколько компаний, которые специализируются на работе с силовыми ведомствами, поскольку там своя сертификация, свои требования к оборудованию. Ну а кто-то работает исключительно на гражданском рынке.

 

Поэтому сейчас вот ситуация такая: большое количество игроков, нет ярко выраженного лидера. Но последний год, конечно, всем добавляет драйва ситуация с «ЭРА-ГЛОНАСС». Поскольку это обязательное оснащение...

 

Александр Герасимов: И фактически это возможность получить совершенно новый рынок частных автомобилей.

 

Алексей Смятских: Всё правильно. Это 40 млн автомобилей, то есть 40 млн уже находящихся в эксплуатации автомобилей, которые...

 

Александр Герасимов: Могут быть оснащены...

 

Алексей Смятских: Могут быть оснащены. Плюс, это примерно миллион автомобилей...

 

Александр Герасимов: Новых?

 

Алексей Смятских: Новых — которые каждый год продаются и выходят на рынок с уже установленным оборудованием. То есть даже несколько процентов от этого количества, будучи куда-то подключенными, дают такой стабильный рост абонентской базы для ключевых игроков.

 

Александр Герасимов: При высоком проникновении подключенных автомобилей — как вы примерно оцениваете... То есть это какой-то большой всплеск, да, относительно этих 10 млрд?

 

Алексей Смятских: Я думаю, что дальше рынок будет только расти. Потому что даже если уровень проникновения услуг на основе «ЭРА-ГЛОНАСС» будет несколько сотен тысяч в год, — это всё равно в течение даже 10 лет с нескольких миллионов автомобилей... Я думаю, что, на самом деле, он будет расти и быстрее. Надо просто стартовать. Сейчас как раз период такого старта.

 

Мы видим, что крупнейшие автопроизводители, в том числе российские, начинают предлагать услуги на базе этого оборудования. То есть все они делают телематические платформы, все они формируют пакеты услуг и будут его предлагать потребителю. То есть у потребителя появится выбор — в том числе, у того потребителя, который покупает КАМАЗ, ГАЗ, Лада Веста и т. д. Наверное, эти люди будут подключаться. Все-таки, еще раз:

 

1,5 млн новых автомобилей, производимых в целом в стране, из которых доля российских не так уж мала на сегодняшний момент, дадут приличный прирост рынку. Если мы в пределе с вами получим хотя бы 10 млн подключенных автомобилей, — это означает, что объем рынка вырастет просто на порядок

 

Александр Герасимов: До 100 млрд.

 

Алексей Смятских: Да, мы уже будем говорить не о десяти млрд, а о ста млрд и, там, в перспективе — с дальнейшим ростом.

 

Александр Герасимов: Это при таком, относительно небольшом... То есть это порядка 25% от общего количества автомобилей всего лишь...

 

Алексей Смятских: Да, всего лишь.

 

Александр Герасимов: Если это будет, там, 50-80%, то это будут уже сотни млрд рублей в год.

 

Алексей Смятских: Это уже другие порядки, да, безусловно. И это при том, что...

 

Александр Герасимов: Для сравнения, я подчеркну, что весь российский ИТ-рынок сейчас, включая поставку оборудования, лицензии, всё — это около 700 млрд рублей. Здесь мы говорим о том, что сотни млрд рублей может создать только рынок подключенных автомобилей.

 

Алексей Смятских: Да, всё верно.

 

Александр Герасимов: То есть перспективы огромны.

 

Алексей Смятских: Перспективы большие. Это и рабочие места, и новые услуги. И в том числе, это все-таки — мы просто постоянно к этому возвращаемся в своей теме — все равно повышение безопасности. Потому что

 

Когда ты делаешь систему, к примеру, по управлению транспортом скорой медицинской помощи в каком-то регионе и понимаешь, что реально машины скорой помощи начали приезжать быстрее и — простая, но важная статистика, — что, там, за полгода столько-то человек удалось спасти, — понимаешь, что не зря провел этот год, что ты сделал систему, которая реально помогает людям. Так же, как и «ЭРА-ГЛОНАСС»: да, сейчас несколько тысяч «боевых» вызовов, сколько-то человек удалось спасти, но это уже результат системы.

 

Александр Герасимов: Да. Я подчеркну, у нас очень высокая смертность на дорогах, у нас более 20 тыс человек ежегодно гибнут прямо на месте ДТП и что-то около полумиллиона человек ранены.

 

Алексей Смятских: Безусловно. И тут усилия нужны со всех сторон. Мы можем сколь угодно совершенствовать оборудование, но если в месте ДТП у нас с вами нет покрытия сотовой связи, то мы ничего не сможем передать. И человек тоже не сможет никуда дозвониться. Поэтому усилия со всех сторон требуются: и от операторов сотовой связи — для глобального покрытия все-таки...

 

Александр Герасимов: Дорог.

 

Алексей Смятских: Всех автомобильных дорог в стране. И от производителей оборудования, и, собственно говоря, от автопроизводителей, которые это оборудование оснащают.

 

Александр Герасимов: Ну, если мы говорим о рынке, который потенциально составляет сотни миллиардов рублей в год, то я думаю, никого даже уговаривать не придется сделать свою часть.

 

Алексей Смятских: Ну, мы надеемся. Потому что как-то последние годы, конечно, операторы сотовой связи уже прекрасно понимают перспективы и Интернета Вещей, и M2M — и, в общем-то, и тарифные планы интересные предлагают, и занимаются развитием сетей.

 

Александр Герасимов: Алексей, знаете, хотел спросить: у вас же менялось название, у компании, да? Изначально оно было другим. Расскажите подробнее? Потому что есть некая путаница...

 

Алексей Смятских: Да. Мы быстро от компании «Бизнес-Навигатор» перешли к компании «М2М Телематика». С точки зрения позиционирования, для нас было важно, что все-таки рынок M2M — это то, чем мы занимаемся.

 

Александр Герасимов: Чтобы это напрямую следовало из названия.

 

Алексей Смятских: Правильно, чтобы это напрямую следовало из названия. А потом в капитал компании вошла АФК «Система», и вот, мы в течение трех лет работали вместе.

 

Александр Герасимов: Когда это случилось?

 

Алексей Смятских: Это случилось в 2010 году, и до 2013 года мы в таком тандеме работали. Как раз на тот момент счастливо, наверное, пришелся...

 

Александр Герасимов: Самый пик.

 

Алексей Смятских: Да, пик развития рынка транспортной...

 

Александр Герасимов: Скажем так, первый пик развития...

 

Алексей Смятских: Надеемся, что первый пик, да. Ну, просто надеемся, что дальше будет просто поступательное развитие вверх — а вот пик был, действительно, тогда. И 2013 год — наши пути с АФК разошлись в видении на развитии компании. Может быть, сказался некий кризис в отрасли... Но, так или иначе, наши пути разошлись. Мы —  команда, которая работала с 2003 года, — просто перешли в новую компанию, создали группу компаний «СпейсТим» и, собственно, сейчас в ней работаем.

 

Александр Герасимов: Которая является преемником компании «М2М-Телематика».

 

Алексей Смятских: Ну, вот с точки зрения технологий — да…С точки зрения партнерской сети — да, абсолютно точно, это преемник компании «М2М Телематика». Но просто «М2М Телематика» в свое время была известна тем, что первой сделала общедоступный терминал с использованием ГЛОНАСС. То есть мы в какой-то момент решили, что все-таки ГЛОНАСС будет развиваться. Еще до того, как были приняты соответствующие постановления и т. д., мы начали использовать внутри собственного устройства приемник отечественной навигационной системы. И достаточно быстро поняли, что мало сделать качественно — надо, чтобы было красиво. И достаточно большие деньги вкладывали именно в дизайн, в упаковку, вообще во внешний вид устройства. Потому что все-таки...

 

Александр Герасимов: Устройство телеметрии, подчеркну. Которое встраивается в автомобиль.

 

Алексей Смятских: Устройство, которое встраивается на транспортное средство. Но все равно нам казалось — и до сих пор мы этой идеи придерживаемся, — что устройство, которое человек ставит в автомобиль, должно быть приятным во всех отношениях, выглядеть устройством, а не просто, там, куском пластика с какими-то заглушками по краям и торчащими проводами. Ну, это неправильно, на наш взгляд, категорически. Это устройство, которое не стыдно положить на полку в любой автосалон, поставить в любой автомобиль — это должно быть так. Поэтому всегда много времени уделяли дизайну, и дизайну изделия в том числе. Поэтому мы были первыми, кто выводил эту историю ГЛОНАСС на рынок. В какой-то мере нам помогла история с необходимостью сделать ошейник на собаку по кличке Кони... Это тоже история, нами пройденная: наш ошейник был в свое время на этой собаке.

 

Это, на самом деле, так немножко подтолкнуло рынок, и в какой-то момент, в 2007 году, мы решили, что рынку категорически не хватает стандартов и нашли в этой части понимание с Министерством транспорта.

 

Внутри группы компаний создали... выделили сначала отдельное направление, которое потом вылилось в отдельную компанию, НИИ Прикладной Телематики, которая сейчас в группу компаний входит. И — занимались стандартами. За эти годы в отрасли создано несколько десятков стандартов. К примеру, в Европе в отрасли больше 100 стандартов действует. У нас несколько десятков, но это все равно первый шаг в сторону того, чтобы рынок стал цивилизованным — правила игры, протоколы передачи данных, обмен информацией были общедоступны, были понятны всем игрокам рынка. И это, на самом деле, достаточно быстро ускоряет развитие любого рынка: четко описанные правила, технические регламенты и стандарты.

 

Александр Герасимов: А вот расскажите, вы же еще много усилий и средств вкладываете в развитие софтверной части решения FleetManagement?

 

Алексей Смятских: Ну я говорил, да. Мы, безусловно, считаем, что основные, ключевые элементы системы должны быть внутри. Поэтому — производство оборудования и, безусловно, разработка софта. В течение нескольких первых лет работы мы поняли, что невозможно одним универсальным продуктом закрыть потребности медиков, полиции, нефтянников, строителей... Это разные продукты, на самом деле. Более того, зачастую в рамках одной отрасли у нас разные продукты.

 

Как пример, который, вроде бы, на виду: пассажирские перевозки. На самом деле, у нас есть регулярные пассажирские перевозки — как правило, внутригородские, где автобус идет от остановки к остановке, с четким соблюдением расписания, — это один программный продукт. У нас есть нерегулярные пассажирские перевозки — это всем известные «Газели», как правило — ну, сейчас уже более расширился парк, есть иностранные производители. Но, так или иначе, это маршрутки. Задача маршрутки — доехать из точки А в точку Б. Может быть, не четко соблюдая остановки — просто довезти людей, простите, из Мытищ до Медведково. Это другой программный продукт.

 

И междугородние пассажирские перевозки — это, на самом деле, немножко другая история, тоже близкая к маршрутным, но там есть четкие остановки, есть более четкая привязка по времени. Вот внутри одного, казалось бы, небольшого сегмента — пассажирских перевозок — на самом деле три разных программных продукта. Мы их все в свое время создали и сейчас развиваем и поддерживаем. Уже на базе этих трех программных продуктов — единая, к счастью, система информирования пассажиров, то есть портал, мобильное приложение — чтобы человек, там, выходя на остановку, всегда мог понять, как ему добраться из точки А в точку Б, когда придет ближайший нужные ему автобус-трамвай-троллейбус, ну и т. д., с каким количеством пересадок ему добраться, при минимальной стоимости или минимальном времени и т. д., с соблюдением ряда других параметров. Или другой пример: у нас есть несколько решений для аэропортов. Мы управляем транспортом и сотрудниками. Каждый аэропорт, как выясняется, это...

 

Александр Герасимов: Там очень много машин, не только самолетов.

 

Алексей Смятских: Не так много машин. Это как государство в государстве. И каждый аэропорт — видимо, исторически так сложилось — при соблюдении всех регламентов, очень строгих, там, требований и процедур все равно выстраивает бизнес-процессы несколько отлично. Но слово «несколько» оказалось...

 

Александр Герасимов: Очень существенным.

 

Алексей Смятских: Очень существенным. У нас в двух — не буду говорить названия — в двух крупнейших московских аэропортах разные системы в итоге по факту. Как ни странно, да?  

 

Поэтому мы вынуждены были создавать, постоянно наращивать именно софтверное подразделение. Потому что мало продукт создать, его надо постоянно поддерживать, внедрять — и по мере роста количества внедрений у вас набирается а) компетенция, б) все-таки, некоторые особенности. И увеличивается штат: либо людей, которые обслуживают, либо программистов.

 

Александр Герасимов: Скажите, а вот как вы видите себе платформу Интернета Вещей в системе FleetManagement? Сейчас, например, бурно развивается платформа Интернета Вещей для реализации систем предиктивного техобслуживания ремонтов — когда, скажем, какое-то оборудование, не только одного предприятия, практически всех пользователей той или иной марки оборудования, подключается в облако производителя, где тот анализирует, как это оборудование работает. Соответственно, у него появляется возможность строить очень сложные предиктивные модели, просто на большом количестве данных — и исторических, и просто по масштабу. Очевидно, что и для транспорта, наверное, что-то похожее тоже будет эффективно. Вот как вы видите себе эту ситуацию?

 

Алексей Смятских: Ну, безусловно, да. Тут вопрос в каком-то смысле в позиционировании. Потому что если мы приходим к тому, что каждый крупный автопроизводитель имеет собственную телематическую платформу, куда собирает очень большой массив данных от каждого транспортного средства, то в какой-то момент нам из этого массива нужно, условно, там, 10-15 параметров. Остальные нужны автопроизводителю для анализа. Тогда мы занимаем нишу, когда есть некая платформа, а мы являемся сервис-провайдером...

 

Александр Герасимов: Берете оттуда данные, что-то с ними...

 

Алексей Смятских: Да, берем оттуда данные, обрабатываем, анализируем и выдаем заказчику в удобной ему форме: ну, мобильное приложение, там, не знаю... Если это корпоративный заказчик, куда—то на рабочее место диспетчера, логиста, может быть, на рабочее место начальника транспортного цеха, это разные сущности. Поэтому, наверное, наша ниша — это некая надстройка на вот такую большую платформу — может быть, это платформа Интернета Вещей, там... И с определенным набором. Потому что опять же мы, одна компания, не сможем закрыть весь набор услуг, который нужно. Мы вряд ли будем когда-нибудь заниматься консьерж-сервисами или эвакуацией автомобилей — для этого есть специализированные компании, уже и платформы у них... И мы никогда не будем охранно-поисковыми услугами заниматься. У нас есть FleetManagement. И еще многим в этом направлении можно заниматься. Поэтому я думаю, что вот ответ на этот вопрос.

 

 

 

Александр Герасимов: А еще связанный с этим вопрос. Зачастую сейчас доходит до каких-то смешных ситуаций, когда в одном автомобиле есть 2-3 телематических, телеметрических устройства: «Платон», «ЭРА-ГЛОНАСС», там, система корпоративный Fleet Management — уже три. Поэтому представляется очевидным выход из этой ситуации, когда устройство одно, но оно может... Данные с этого устройства могут использоваться различными системами. То есть, как вы видите это...

 

Алексей Смятских: Это в идеале, к этому надо стремиться.

 

Александр Герасимов: Насколько это реалистично?

 

Алексей Смятских: Понимаете, дело в том, что технически это сделать гораздо проще, чем организационно.

 

Александр Герасимов: Да.

 

Алексей Смятских: Потому что «ЭРА-ГЛОНАСС» — государственная автоматизированная система, бесплатная для пользователя. «Платон» — другая история, это концессия. FleetManagement — третья история. Причем зачастую ведь у нас отличие российского рынка FleetManagement от любого другого: там это решение в облаке, и заказчик пользуется. У нас любой более-менее крупный клиент говорит: нет-нет...

 

Александр Герасимов: Он всё у себя, onpremise.

 

Алексей Смятских: Давайте эта система будет у меня. Данные...

 

Александр Герасимов: Соответственно, проприетарная, закрытая.

 

Алексей Смятских: Безусловно, да. И как совместить государственную информационную систему, «Платон» и FleetManagement закрытый...

 

Александр Герасимов: Корпоративный.

 

Алексей Смятских: Проблема «номер раз».

 

Александр Герасимов: Но она больше организационная, чем техническая.

 

Алексей Смятских: Она где-то все равно больше организационная. И потом еще не надо забывать про тахографический контроль: еще одно устройство на борту.

 

Александр Герасимов: Еще одно устройство.

 

Алексей Смятских: Создавалась система в разное время и, к сожалению, фактически разными заказчиками. Поэтому свести их сейчас, мягко говоря, достаточно сложно. Проще, наверное, совместить «ЭРА-ГЛОНАСС» и тахографию. Это немножко проще сделать, оставив «Платон» как бы в стороне.

 

Александр Герасимов: Ну сейчас этот вопрос рассматривается — о совмещении...

 

Алексей Смятских: Вопрос обсуждается регулярно, но...

 

Александр Герасимов: Просто зачем заставлять покупать людей, которые и так ненавидят этот «Платон», еще тратить деньги на дополнительные устройства телеметрии?..

 

Алексей Смятских: Вы правильно говорите. Но нужна же большая работа по изменению нормативной и законодательной базы. Потому что не надо забывать, что «ЭРА-ГЛОНАСС» внедряется в соответствии с техническим регламентом Таможенного союза. Был проделан большой путь, чтобы со всеми государствами-участниками Таможенного союза согласовать требования к оборудованию. Больше того, они гармонизированы с европейской ECall с тем, чтобы автомобиль, выезжающий в Европу, как бы оставался под колпаком системы «112». Чтобы даже если вы куда-то выехали и что-то случилось – вас спасли. И поэтому в эту систему, в этот технический регламент, который долго готовился, согласовывался, взять и встроить требования тахографии, которые в России отличаются от европейских, например, будет очень непросто, уверяю вас. Поэтому этим можно заниматься, но надо понимать, что это путь, который в течение 3-4 лет надо будет пройти. Тогда мы с вами действительно можем получить некий универсальный прибор, который решает хотя бы, там, условно, две задачи.

 

Вот с точки зрения «ЭРА-ГЛОНАСС» и FleetManagement, мы являемся одним из трех российских производителей «ЭРА-ГЛОНАСС» на сегодняшний момент, кто сертифицирован и поставляет терминалы на автозаводы. Все остальные поставщики «ЭРА-ГЛОНАСС» - это иностранные, кстати говоря, компании, всемирно известные. Но российских всего три, кто решил ввязаться в эту борьбу – и мы в том числе. Ну вот, мы, когда проектировали оборудование «ЭРА-ГЛОНАСС» - мы, исходя из собственного опыта FleetManagement, сразу заложили в это оборудование возможность использования в системах FleetManagement. Поэтому у нас в оборудовании отдельный слот под дополнительную SIM-карту, которую может поставить корпоративный заказчик. И функционал заложен такой, который нужен на сегодняшний момент большинству наших заказчиков именно в системе управления транспорта.

 

Поэтому мы предполагаем, что, когда заказчик получит, например, автомобиль «Урал», который мы оснащаем на этапе конвейера, он может подключить его к собственной корпоративной системе. Тогда у нас уже как бы решаются две задачи: «ЭРА-ГЛОНАСС» - спасение в случае чего, и управление транспортом внутри корпоративной сети – это будет две… То есть у нас фактически два прибора под одной крышкой, что называется. Вот эту задачу мы уже решили. Вот тахография дальше – немножко отдельная история.

 

Александр Герасимов: А вот когда мы говорим про управление автотранспортом – не могу не спросить… Ну, наверное в заключение уже вопрос… Автономное управление, автопилот. Потому что сейчас мы говорим про телеметрию. Мы смотрим, как едет автомобиль, как у него там что работает, как потребляется топливо и т. д. Но мы им не управляем, им управляет человек. Сейчас очень много говорится о том, что буквально уже, когда-то, не через очень большой период времени – то есть, наверное, уже мы доживем – когда какая-то часть автотранспорта будет самоуправляемой. Как вы видите роль систем FleetManagement в такой ипостаси: не только системы мониторинга, но и управления? Как они должны быть, не знаю, переделаны, переизобретены заново?

 

Алексей Смятских: Я просто думаю, что если мы доживем до эры беспилотного транспорта… Я не думаю, что это, на самом деле, случится быстро… Но так или иначе, тот навигационный блок или модуль, который сейчас у нас есть, классический FleetManagement, он просто станет элементом системы управления автомобилем. Потому что по-прежнему нужно будет передавать данные о транспортном средстве. Больше того, почти наверняка в этом модуле должны появиться новые каналы связи – то, что сейчас тестируется, DCRC для обмена информацией между автомобилем и автомобилем, автомобилем и инфраструктурой.

 

Александр Герасимов: Дорожной инфраструктурой.

 

Алексей Смятских: Мы сейчас эти технологии уже, естественно, тестируем, потому что нельзя оставаться в стороне. Но думаю, что просто они будут востребованы, ну, на горизонте 5-7 лет, не раньше.

 

Александр Герасимов: Но это очень быстро, это не 50-70 лет.

 

Алексей Смятских: Ну мы готовимся.

 

Александр Герасимов: 5-7 лет – это очень быстро для таких изменений.

 

Алексей Смятских: Готовимся. Потому что, так или иначе, скорее всего, ведь беспилотный транспорт - может быть, сначала на ограниченных, закрытых территориях у некоторых наших заказчиков, - но появится. Поэтому мы эти технологии тестируем, встраиваем, думаем, как это может выглядеть. Но вот еще раз: мы думаем, что навигационный блок просто станет частью такого большого бортового комплекса, который будет управлять автомобилем.

 

Александр Герасимов: Большое вам спасибо!

 

Алексей Смятских: Не за что. Спасибо вам!

 

См. видеоинтервью с Алексеем Смятских на JSON.TV