×
Олег Фомичев: «Ближайшие 2-3 года из инновационной среды конечных продуктов для потребителя ожидать сложно»

Как развивается сегодня инновационный бизнес в России и почему его достижения пока не так очевидны простому потребителю, в интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу в рамках форума «Открытые инновации» в Москве рассказал заместитель министра экономического развития России, член совета директоров «Роснано» Олег Фомичев.

 

Олег Владиславович, форум стал традиционным, и вы от Минэкономразвития его курируете, отчасти формируете, поэтому, может быть, сейчас важно говорить о каких-то уже, скажем, философских вещах — программах инновационного развития, институтах развития. Три основных — «Роснано», фонд «Сколково», Российская венчурная компания (РВК). Все они действуют уже почти 7 лет. Государство дает им деньги, они инвестируют в инновационное производство. Определенный срок прошел, существует ли система, критерии оценки эффективности этих расходов со стороны государства?
 
 
Олег Фомичев: Критерии оценки, безусловно, существуют. Мы, более того, по этим критериям эти институты оцениваем. Другое дело, что мы в целом, созданную систему институтов развития как систему пока еще не оценивали с точки зрения общественно-значимых показателей, например, таких как вклад в ВВП. Это, безусловно, очень сложно будет сделать, если возможно. Но по каждому из институтов критерий есть, потому что у нас есть задачи, которые ставились перед каждым из этих институтов развития, когда он создавался, KPI [Key performance indicators — с англ. Ключевые показатели эффективности, — BFM.ru] по конкретным годам, что эти компании должны были сделать за те ресурсы, которые государство выделяет. Поэтому у нас здесь все ходы записаны, что называется. У «Роснано» есть два ключевых показателя, так называемые, 900 и 300 миллиардов: на 900 миллиардов рублей должно в стране производиться, продаваться продукции в год, из них 300 миллиардов за счет компаний, которые прямо или косвенно поддержаны самим «Роснано». Перед РВК была поставлена другая задача — это развитие венчурной индустрии, которую они тоже развивают как за счет вхождения в качестве фонда фондов в создаваемые с участием частного бизнеса венчурные фонды, так и за счет развития инфраструктуры. И по части венчурного инвестирования мы видим, что у нас буквально за 3-4 года (практически от нулевой отметки) развилась венчурная индустрия. Мы — один из самых динамичных в Европе венчурных рынков — и по количеству венчурных фондов, действующих в России, и средств, которые на Россию выделены в рамках глобальных венчурных фондов. По крайней мере, так было до санкций, которые были введены против России. В этом смысле, свои основные ключевые задачи институты развития выполняют. Но и с точки зрения строительства у них определенные задержки идут. С точки зрения формирования вокруг себя эко-среды, привлечения новаторов со всей страны, работы с ними, грантовой поддержки перспективных проектов, «Сколково», безусловно, со своими задачами справляется. Другое дело, что сейчас, мне кажется, нам нужно переходить на следующий этап, и мы, как министерство,  такие предложения отработали в правительстве и президенту представили. Нам нужно посмотреть, как нам ее переструктурировать, чтобы не просто каждый из институтов развития свои цели достигал, а чтобы в целом вся система институтов развития максимально содействовала созданию, развитию новых инновационных компаний в России и содействовала инновациям в уже существующих компаниях и секторах. Задача следующего этапа — чтобы система работала в целом хорошо.
 
 
Читать подробнее: http://www.bfm.ru/news/276894