×
Олег Вольпин, Amdocs: "Я не верю, что будет один стандарт, который победит"

Олег Вольпин, региональный вице-президент Amdocs в Европе, рассказал TelecomDaily о тенденциях мобильных платежей и их перспективах на российском рынке.

 

- Поскольку вы приезжали в Петербург в рамках ПМЭФ, самый первый вопрос: что на форуме было интересного? Какие-то, может, интересные договоренности, интересные анонсы?

 

- Меня интересуют темы, связанные с телекоммуникациями. Связанных с телекоммуникациями и операторами анонсов не было. Впрочем, возможно, одна вещь может быть интересна, это был поворотный момент по сравнению с предыдущими годами: все операторы говорят не о традиционных услугах, а об услугах, которые они никогда в жизни не оказывали.

 

Никто не говорил о том, как улучшить качество связи, хотя она, кстати, достаточно часто прерывается. Или как по-другому тарифицировать услуги. Или как лучше развернуть сеть. Все говорили о дополнительных услугах, которые операторы собираются продавать своим клиентам, и эти услуги абсолютно никак не связаны с сотовой сетью.
Наверное, две самые обсуждаемые темы: одна – мобильные финансы, очень много об этом все говорили; и вторая – умный дом.

 

- По поводу мобильных финансов. У вас в Барселоне была анонсирована платформа для мобильных платежей с помощью QR-кода, когда генерируется какой-то QR-код, его сканируют и выдают тебе товар (я покупал у вас на стенде кофе). Насколько эта технология может быть перспективна в России? Возможно, есть интерес со стороны операторов? Или же они больше склоняются к решениям на базе NFC? Или это вообще будут не операторы, а ОТТ-сервисы?

 

- Во-первых, то, что у нас было в Барселоне – QR-код – это просто был способ сосканировать заказ. Поддерживается абсолютно любой интерфейс, который необходим. И решение это заключается вовсе не в интерфейсе, который ты соединяешь с магазином, с киоском, с ритейлом и т.д., а в управлении электронным кошельком и его разными подвидами. QR-код использовался просто для передачи информации. Эта тема достаточно активно развивается во всем мире. У нас есть решения, внедренные в основном в развивающихся, а не в развитых странах: в Индии, в Бангладеш, в Пакистане, на Филиппинах и т.д.

 

Доходы у операторов от этих услуг сегодня составляют единичные проценты, но есть исключения, где доходы составляют двухзначные проценты, то есть больше 10% от общей выручки. А это уже очень существенно для операторов, потому что это дополнительный доход, который хоть и идет с подключенного абонента, но в абсолютно другой плоскости. Что касается российского рынка, то, во-первых, мы наблюдаем большой интерес. Есть тендеры, в которых мы принимаем участие (не могу о них, к сожалению, сказать подробнее). Более того, сегодня [на одной из сессий на форуме] операторы спорили, но все говорили о том, что это может принести к 2019 году большие доходы. Некоторые операторы собираются выступать как банки. В общем, это не отличает Россию от всего мира.

 

Есть несколько вариаций: операторы заключают партнерство с банками, получают банковские лицензии или полностью пытаются заменить банки. Это все происходит по всему миру: где-то более активно, где-то менее активно: все зависит от регуляции и «аппетитов» и возможностей холдинговых структур. Несомненно, это одно из самых развивающихся направлений. Оно по своей сути близко к оператору: это транзакция. Какая разница, идет транзакция беседы или транзакция денег? А транзакция осуществляется с телефона, что дает им преимущество в плане возможности взять ее под свой контроль.

 

- Насколько это может быть востребовано в такой стране, как Россия, где любят в первую очередь наличку? Понятно, что потихонечку растет доля электронных и безналичных транзакций, но все равно, в основном, пока существующие проекты мобильных платежей – это для гиков. Есть, например, карта "Билайн", приложение, которое эмулирует банковскую карту с кодом. Ею можно оплачивать везде, где есть PayPass, но популярность этого решения стремится к нулю. Что нужно сделать? Может, как-то лучше продвигать? Или же нужны какие-то более удобные технологические решения? Чего не хватает для того, чтобы это стало массовым?

 

- Давайте начнем со статистики. Сегодня 85% транзакций в России – это наличные транзакции, а не транзакции по карточкам. То есть это большой процент. В большинстве развитых стран он меньше. С другой стороны, это как раз и создает большие возможности в мобильных платежах, потому что операторам или тем, кто хочет зайти в эту нишу, не нужно конкурировать с кредитными карточками, потому что все кредитные карточки, все существующие приложения, занимают только 15%. 85% не охвачено – этого достаточно.

 

Насчет того, что надо сделать. По статистике, время, которое нужно на приучение людей к платежам с кредитных карточек, намного больше, чем если учить людей платить с телефона. На опыте других стран мы видим, что с первой кредитной карточки, появившейся в европейском городе, до полного охвата города проходили десятилетия. С другой стороны, есть интересный пример, не совсем относящийся к России, но говорящий о том, насколько быстрее проникают цифровые технологии. Я задам вопрос, а потом дам ответ. Когда в американском городе Пало-Альто появилась возможность платить биткоинами, сколько времени прошло до того момента, как все остальные магазины стали их принимать?

 

- Я думаю, что года три.

 

- Полтора месяца. Конечно, Силиконовая долина не является 100-процентным примером, но все равно. Пропорциональность другая. Что нужно сделать? Первое, что нужно сделать: чтобы технологически это было удобно. Опять же сегодня мы видим и с Google, и с Apple в других странах: это революция, которую они произвели только в этом году, только в 2015-ом, сделав взаимодействие намного более удобным. Сегодня Apple заняла стратегическое место между потребителем и всеми этими back-end-системами. И неважно – банки это, кредитные карточки, операторы… И спрос в результате растет экспоненциально, потому что это сделано удобно. Когда мы говорим о наличных деньгах или кредитной карточке, есть два момента. Первая – возможность клиента получить кредитную карточку. В России у многих этой возможности нет.

 

- Почему? Мне кажется, что сейчас карточку чуть ли не по почте присылают.
- Давайте я вам задам вопрос: можно ли с такой карточкой купить на eBay что-нибудь?

 

- Понятия не имею, у меня нет такой карточки.
- Я вам отвечу на этот вопрос. Ответ – нет. Вы не можете купить по такой карточке ничего ни в одном интернет-магазине. А если вы посмотрите статистику в других странах, где это успешно продвигается (возьмите Филиппины, Индонезию и т.д.), это одно из основных ключевых направлений. Никто не хочет пользоваться карточками и мобильными платежами, чтобы покупать товары в обычном магазине, куда можно зайти и купить за наличные. Они хотят покупать в онлайн-магазинах, где дешево и где это недоступно другим способом. Сегодняшние банковские карточки в России часто не позволяют покупать в интернет-магазинах за рубежом. А операторы могут такую возможность предоставить. Это же вопрос просто кредитования.

 

- Но есть же Qiwi-карта, например, это даже не физическая карта, а номер и CVC-код…
- Мы говорим про удобство. Я сейчас посмотрел на телефоне какой-то товар в Alibaba, он мне понравился - я хочу нажать кнопку, не хочу ничего вводить (это уже сегодня сделано во всех этих приложениях) и закончить покупку. Этот продукт стоит 2-3 доллара на самом-то деле. То есть, это не та сумма, на которую оператор может не взять на себя риск за абонента, которого он знает определенное количество лет. А куда-то к терминалу идти, получать код… Должно быть прежде всего удобно! Второе – это, конечно, маркетинг. В это нужно вкладывать абсолютно другой уровень. Тот же «Вымпелком», если вы возьмете 60 миллионов его абонентов. Задайте вопрос, скольким людям из этих 60 млн известно об услуге «Карта Билайн»? Я буду удивлен, если их будет больше 5%.

 

- Но если они говорят, что им это нужно и выгодно, они сидят и…
- Это опять вопрос приоритетов и распределения бюджетов; я не могу за них ответить, почему они этого не делают. Единственное, что я могу сказать: на форуме были заявления о том, что приоритеты и вложения в эту область будут кардинально пересмотрены хотя бы некоторыми из них. И мы увидим, что они активно этим занимаются. К сожалению, по конкретным операторам ничего не могу говорить. Просто могу сказать, что все они вступают в готовность абсолютно других, массированных вложений в эту область. А до этого, видимо, это была просто игрушка и попытка понять рынок.

 

Судя по активности, которую мы видим в тендерах, которые они запускают, и информации, которую они от нас просят и получают, действительно, будет следующий, более активный виток. И, я считаю, что возможно, именно потому, что 85% населения в России не пользуется банковскими услугами, будет намного проще взять тех людей, которые платили кэшем, чем переориентировать массу людей, которая платила кредитными карточками.

 

- А есть ли оценки, сколько людей не хочет, или не понимает, или им это не нужно? Или у человека может быть интерес пойти и купить буханку хлеба и бутылку водки, а не покупать какой-то там гаджет на Alibaba, на каком-то зарубежном сайте, где все на английском.

 

- Сколько не хотят этого – я таких оценок не знаю. Есть оценка, что 15% населения пользуется кредитными карточками. И есть оценка, что если операторы вложатся в эту историю, количество бизнеса, который они получат, будет больше, чем все количество бизнеса, чем существует сегодня у кредитных карточек в России, в течение 3-5 лет. Значит, будет больше 15% всего товарооборота. Это, конечно, огромная цифра: надо понимать, что кредитные карточки достаточно много зарабатывают. Это оценка не моя, это оценка аналитиков. Есть те, кто считает, что она оптимистичная, есть те, кто считает, что она пессимистичная, но я вам вот эту цифру выдам.

 

- Насколько здесь может быть препятствием регулирование? Банк – это все-таки банк, у него должен быть уставный капитал, страхование рисков, безопасность транзакций. А оператор – это фактически условные "Яндекс.Деньги", которые, конечно, принадлежат Сбербанку…

 

- Владеет 75% Сбербанк… В России с этой точки зрения достаточно уникальная ситуация. Все холдинги операторов владеют тем или иным банком, поэтому я не вижу препятствий. Они могут сделать это по-разному. Они могут первую часть транзакций обрабатывать сами, вторую – перевести в свой банк. Они могут, например, как МТС, более агрессивно, сделать банк. В конце концов, это те же деньги, которые холдинг получает по разным каналам. И оператору, и банку достаточно просто между собой договориться, когда они принадлежат одной и той же структуре. Россия, видимо, находится в приоритетном состоянии по отношению к этой ситуации в других странах, где операторы и банки никак не связаны.

 

- А технически какая наиболее вероятная схема в плане реализации: QR-коды, NFC, какие-то виртуальные платежи через учетные записи?..

 

- Я не верю, что будет один стандарт, который победит. Будут поддерживаться все стандарты. Есть еще куча стандартов. Мы делаем инновационные проекты со многими стартапами. У нас есть в портфолио стартап, решением которого пользуется Coca-Cola: протокол соединения с любым устройством, через динамик, через колонки по ультра-высоким частотам. И Coca-Cola уже сделала с этим стартапом «пилот» во всей Японии, как можно платить телефонами во всех старых автоматах Coca-Cola. Потому что стоимость внедрения динамика во все эти машины по сравнению со стоимостью NFC намного меньше. Будет много протоколов: Bluetooth, NFC, QR-коды…

 

- Насколько я понимаю, динамик работает по принципу акустического модема?
- У них есть патент на коммуницирование по ультра-высоким частотам. Я видел это живьем, оно работает великолепно! Я хочу сказать, что будет много стандартов, причем будут такие, о которых мы пока не знаем. На мой взгляд, этот вопрос уже решен и это не проблема. Нужно делать основной фокус на то, как ты этим кошельком управляешь. У людей может быть не один банковский счет, они могут хотеть делать определенные виды покупок с определенных счетов, с определенных кошельков. Они хотят это делать в кредит – не в кредит… Вот тут фокус должны поставить операторы. Сделать это просто, удобно, с другой стороны – разные возможности, потому что люди разные.

 

Возможно, у вас будет один кошелек для семьи, где вы разрешаете детям платить столько-то, а для вас может быть другой. А как они будут связываться с той или иной кассой или магазином - на мой взгляд, сегодня есть уже куча технологий. Завтра будет еще куча. Важно решить вопрос безопасности. Почему люди платят наличными? Потому что они чувствуют, что у них это завтра не пропадет. А тут вдруг кто-то украдет телефон? Может, какие-то биометрические технологии будут развиваться. Выиграет тот, кто это все сделает.

 

Я не хочу носить кошелек. Он у меня больше, чем телефон, по размеру. Я с удовольствием ограничился бы только телефоном. Но это должно быть удобно, надежно, безопасно.

 

- Обычно же карточка с чипом и с PayPass еще меньше, чем телефон…
- Мы сейчас говорим о том, что мы конкурируем с наличными. Все-таки пачка наличных – она больше. Потом получается, что у вас много способов платежей: то есть вы носите наличные, вы носите кредитные карточки. У некоторых их по шесть, по семь. Вы еще носите телефон. Это также как был вопрос: будут ли нужны компьютеры, и планшеты, и телефон, или нужно ли только одно устройство? Потихоньку все идет к тому, что через пару лет устройств будет максимум два, но не три. Я не уверен, что люди будут пользоваться компьютерами. Будет два устройства: одно с большим экраном, другое – с экраном поменьше.

 

- Тут есть спор насчет того, будет ли это все-таки планшет или ноутбук, потому что сейчас рынок планшетов стагнирует, а рынок ноутбуков как раз пошел расти за счет «трансформеров».

 

- Это просто смена имени. Потому что когда вы покупаете Microsoft Surface 3, сказать, что это компьютер, очень тяжело. Да, они его называют компьютером, но на самом деле это планшет, к которому добавили клавиатуру, которую вы можете отсоединить. Останется всего два устройства: одно поменьше, а другое побольше. А имя уже выберут в зависимости от того, в какую категорию аналитики захотят его занести.