×
Президент Coursera — РБК: «Работодатели уже учитывают онлайн-образование»

Президент и основатель компании Coursera Дафна Коллер рассказала РБК про новый рынок образования — интернет-курсы, который, надеется она, может охватить миллиард человек



Компания Coursera, основанная в 2012 году, — один их лидеров на стремительно растущем рынке массового онлайн-образования: за три года существования сайта его аудитория превысила 15 млн человек. Примерно 300 тыс. пользователей Coursera живут в России, 350 тыс. — слушают русскоязычные курсы, которые разрабатывают уже шесть местных университетов — партнеров компании.



Всего среди мировых вузов у Coursera — больше ста партнеров. Университетские профессора адаптируют свои курсы для десятков и сотен тысяч слушателей в интернете. Все курсы бесплатны для слушателей, основную выручку компании приносят сертификаты об их прохождении: фактически платить приходится не за образование, а за диплом. Эта бизнес-модель позволила компании, которой еще предстоит показать первую прибыль, привлечь $135 млн инвестиций от венчурных фондов и увеличить аудиторию почти в полтора раза меньше чем за год.



Роскошь быть студентом



— Ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов любит говорить, что Россия — страна всеобщего и бесполезного высшего образования. У каждого есть диплом, но мало у кого есть навыки, которые устраивают работодателя. Это и создает спрос на ваши услуги?



— Проблемы везде разные. В России большинство людей имеют высшее образование, но качество дипломов кого-то не устраивает. В Европе бакалавров и магистров гораздо меньше. Что лучше — иметь недостаточно хорошее образование или совсем никакого?



В Индии, например, есть обе проблемы. Только 14% людей в стране получили высшее образование — а чтобы построить экономику XXI века, нужно хотя бы 30–40%. Но даже из тех, кто получил высшее образование, большинство, с точки зрения работодателей, недостаточно квалифицированы.



У нас были русские слушатели задолго до того, как появились русские курсы. Многие из них выпустились 10–15 лет назад, и у них не хватает знаний для выполнения нынешних рабочих обязанностей. Дело не в географии, просто людям требуется обновляемая, современная информация. Большинство людей не могут позволить себе роскошь, разменяв четвертый десяток, вернуться на студенческую скамью.



— Аудитория Coursera — это не студенты?



— В среднем по миру 85% наших слушателей — взрослые люди. В Китае чуть больше молодежи, которая использует наши курсы в качестве дополнения к университетской программе. В России, как и везде, наши пользователи — это в основном профессионалы.



— Какая доля таких профессионалов приходит к вам в надежде на карьерные перспективы?



— Половина. 50–55% пользователей приходят к нам в расчете на карьерное продвижение, остальные — если брать мир в целом — делятся примерно пополам. Одни учатся в колледже или готовятся туда поступить, другие просто хотят расширить свои горизонты. Карьерных половина на всех наших рынках.



— Это те люди, которые покупают сертификаты о прохождении курса и приносят вам выручку?



- Да, они покупают сертификаты и они — главные потребители наших специализаций. Человек, окончивший специализацию «Анализ данных» на нашем сайте, может пойти работать аналитиком данных. Это очень важно.



У нас были люди, прослушавшие по 100–150 курсов, полный эквивалент университетского курса компьютерных наук. Но их меньшинство, конечно. Большинство просто учится тому, чего не хватает для следующего продвижения. Начальный курс программирования, скажем.



— На какой рынок вы рассчитываете?



— Каждый год в мире 400–450 млн человек, по разным оценкам, получают высшее образование. Я думаю, что каждый из них мог бы быть нашим слушателем. Кроме того, есть множество людей, которые хотели бы получить образование, но жизнь не дала им такой возможности. Если добавить их, то наша потенциальная аудитория где-то между 500 млн и 1 млрд человек. Это, конечно, оптимистичный сценарий. Так что нам есть куда расти.



Кроме того, сам рынок труда сейчас меняется существенным образом. На место промышленных рабочих мест приходят вакансии информационной эпохи. А это значит, что все большему числу людей надо будет переучиваться и приобретать новые навыки. Так что 1 млрд — это предел при нынешней структуре рынка, а через 20 лет все может быть совсем по-другому.



Профессора — рок-звезды



— Вы говорите университетам, какие курсы будут пользоваться спросом?



— Мы потратили много сил на изучение тенденций и маркетинговые исследования, особенно в том, что касается профессиональных компетенций. Обращались к консультантам, анализировали собственные данные — люди же ищут что-то у нас на сайте.



Есть и более тонкие методы. Американская компания Burning Glass собирает данные с сайтов вакансий и методами компьютерной лингвистики определяет, какие навыки чаще всего упоминаются в объявлениях о найме, а также ищут редкие навыки, глядя на вакансии, которые подолгу остаются незаполненными.



Мы просим наших университетских партнеров производить такие курсы — и к счастью, они идут нам навстречу.



— А с работодателями вы сотрудничаете?



— Нет, мы не работаем с нанимателями. Это отдельный очень специальный бизнес. Может быть, с десятком самых крупных, но даже они составляют крошечную часть рынка. Все, что нам нужно от работодателей — это чтобы они сказали вслух то, что уже давно стало правдой, и мы это знаем: они учитывают образование, полученное в интернете, принимая сотрудников на работу.



— Вы делите выручку от курсов с университетами в пропорции 50:50. Для них это важный источник дохода?



— Для больших вузов, конечно, нет, хотя популярные специализации могут существенно дополнять бюджет факультета. Для менее известных вузов курсы важны тем, что существенно повышают узнаваемость. В начале курса мы проводим опрос — кто из слушателей знаком с названием университета, создавшего курс. 40% процентов в большинстве случаев не знают его, в некоторых случаях — 70%.



Наверное, лучшая история успеха - это наш курс «Анализ данных». Я сама работала в этой области, и если бы меня спросили пару лет назад, где лучше всего ей обучают, Университет Джона Хопкинса не вошел бы в десятку. Но затем у нас появилось потрясающее трио профессоров оттуда — увлеченных, умных и харизматичных. Я думаю, что они уже выучили больше специалистов по анализу данных, чем все американские вузы вместе взятые. Может, не буквально, но порядок такой — тысячи людей каждый месяц! Они фактически стали рок-звездами.



— У вас бывают совсем непопулярные курсы?



— Даже очень странные курсы иногда находят свою аудиторию, хотя бы несколько тысяч человек. Мой любимый пример — это курс по теории Галуа, по-французски. Это очень сложный предмет, поверьте, я математик по образованию. Совсем не массовый продукт. Еще у нас был курс по нанотехнологиям на арабском, который читал профессор из израильского университета, — и все равно его слушали несколько тысяч человек.



Терпеливые инвесторы



— Многие организации, работающие на вашем рынке, — НКО, но у вас коммерческая компания. Это важно?



— Удобно быть НКО, если вы рассчитываете на поток донорских денег. Но мы не верим в такую модель — благотворительность может иссякнуть в любой момент. Например, фонд Хьюлеттов 10 лет спонсировал открытый университет в Массачусетском технологическом институте, и на эти средства сделали массу полезного. А затем фонд сказал: это было отличное время, теперь позвольте нам профинансировать что-то еще. И университет остался с $3 млн ежегодного убытка на руках.



Так что мы с самого начала решили, что устойчивая система должна производить достаточную ценность, чтобы люди были готовы платить.



— Для этого надо быть прибыльным. Вы прибыльны?



— Мы пока убыточны, но надеемся выйти в прибыль в ближайшие годы. У нас нет сомнений, что это случится. В первую очередь благодаря нашим специализациям, за которые люди готовы платить, и росту на международных рынках.



— Вы рассматриваете какие-то стратегии выхода?



— Публичное размещение — единственная возможная стратегия, учитывая, что у нас есть инвесторы. Они хотят получить возврат на свои инвестиции, мы обязаны вернуть им деньги. Мы едва ли можем стать хорошим объектом для поглощения, и в наши планы это никак не входит. Так что когда-нибудь Coursera выйдет на биржу. Но мы только недавно закрыли раунд С на $66 млн, и это дает нам достаточно средств, чтобы существовать довольно долгое время. Сейчас наша цель — создать успешный в длительной перспективе бизнес.



— Инвесторы не давят?



— На нас никто не давит. Сейчас компаниям требуется больше времени, чтобы выйти на биржу, потому что, с одной стороны, сейчас уже нельзя проскочить без прибыли, а с другой — когда ты находишься в фазе экспоненциального роста, от тебя ждут очень убедительной пользовательской статистики. На то чтобы стать очень большим и прибыльным, нужно время. Поэтому все запаслись терпением, а наши первые инвесторы — Kleiner Perkins Caufield & Byers и New Enterprise Associates — известны тем, что умеют терпеть.



— С какой скоростью вы растете?



— Аудитория наша выросла за девять месяцев в полтора раза, до 15 млн в месяц. А рост выручки даже обгоняет рост числа пользователей. Мы не только привлекаем новых потребителей, но еще и попали в правильный рынок — со своими специализациями.