×
Степан Пачиков, основатель Evernote:  Быть основателем – моя работа

JSON.TV публикует фрагмент интервью со Степаном Пачиковым, основателем Evernote. Смотрите полную версию видеоинтервью в разделе ВИДЕО.

 

JSON.TVПараГраф, который помнят еще те, кто начинал какое-то компьютерное прошлое в еще Советском Союзе, не только в России. Много чего было после этого, и об этом тоже немного поговорим, ну в том числе Evernote. Сейчас Ваша должность, или Ваше основное занятие – это что?

 

Степан Пачиков: Я член правления фирмы Evernote, и в моей бизнес-карточке написана моя должность – основатель. Я full time сотрудник фирмы, я получаю зарплату, и моя работа быть ее основателем.

 

JSON.TV: Когда появилась бизнес-инициатива? В 92-м, когда Вы переместились в Силиконовую Долину или раньше?

 

Степан Пачиков: Нет, раньше, потому что в 90-м году на выставке в Кондексе мы были первые и, видимо, единственной советской фирмой, которая открыла стенд на Кондексе. У нас было два флага: американский и советский. Это был конец мая 90-го года. Только что впервые приехал Горбачев в США, поэтому была такая Горбомания, было увлечение всем русским, мы были в большой моде, и к нашему стенду было очень много интереса. Мы показывали распознавание рукописного текста со сканера. И нас спросили могли бы мы научиться распознавать не со сканера, а с цифровых таблеток, планшетов. И мы за лето сделали версию «Планшет», но привезли ее уже на выставку в Лас-Вегас. И там мы познакомились с людьми, которые нас очень быстро вывели на фирму Apple, и мы тут же осенью 90-го года приехали в фирму Apple, провели демо нашей технологии. 

 

Apple предложила контракт с одним условием, что их сотрудник приедет в Москву и месяц пробудет с нами. Им очень хотелось убедиться, что мы реально существуем. Потому что одной из главных проблем, которую испытывали тогда американские фирмы по поводу советских, а потом российских, это то, что я называю «синдром цыганского табора». Это когда табор поселяется около деревни или города. Все хорошо, торгуют, обмениваются, девочкам, обещают выйти замуж, берут деньги в долг, а просыпаешься как-то утром и табора нету, он растворился.  Вот так относились в то время, так боялись российских фирм, что они завтра неожиданно исчезнут. Но мы прошли тест, мы не исчезли, и Apple с нами в 91-м году подписал очень большой по тем временам контракт, на 6 миллионов долларов, причем контракт не был эксклюзивным. По интеграции нашей технологии в Newton. Но главная проблема, которая все сильно испортила, состояла в том, что у Apple была такая паранойя с секретностью, они не сказали нам для чего нужно наша технология. То есть мы разрабатывали технологию, не зная, что это будет маленькое карманное устройство для ввода текста, и очень много решений были бы другими, если бы мы заранее знали, для чего мы делаем технологию.

 

JSON.TV: Вы сказали не эксклюзивная работа, значит другие параллельно с Вами работали над теми же самыми проблемами?

 

Степан Пачиков: Нет, нет. Не эксклюзивная, это означает, что мы были не ограничены Apple. Мы могли свою технологию лицензировать другим компаниям.

 

 JSON.TV: Теперь скажите два слова, как Вы развалили Silicon Graphics. Это известная история, продали свою компанию за приличные деньги, а после этого через некоторое время она вдруг раз и рассыпалась?

 

Степан Пачиков: Дело в том, что уже до того, как Silicon Graphics купила нашу компанию, дела у них шли довольно плохо. И попытка купить ПараГраф, в частности, была попыткой эти дела поправить и исправить. Дело в том, что когда подписали контракт, и сумма была по нынешним временам не такая сумасшедшая, одно из условий контракта состояло в том, что руководить проектом АльтерЭго будут американские менеджеры. Было такое клише, что вы, русские – талантливые программисты, а мы, американцы – гениальные менеджеры. Вот если мы соединим наш гениальный менеджмент с вашим талантливым программизмом, то все будет замечательно.

 

У меня с тех пор любимая шутка – чтобы развалить хорошую компанию одного хорошего менеджера не достаточно, нужна целая команда.

 

JSON.TV: Ну и теперь давайте к Evernote перейдем. Это Ваша идея была?

 

Степан Пачиков: Да, это идея была моя, она пришла мне в голову в 2000-м году. Я ее довольно долго обсуждал с разными друзьями, знакомыми, больше всего с Женей Веселовым. Мне очень хотелось Женю сманить в проект, но не удалось. А в 2002 году я зарегистрировал фирму Evernote, когда я жил уже в Нью-Йорке. В 2004 году большая группа сотрудников, которые занимались распознаванием, и которые имели отношение к ПараГрафу перешли работать в Evernote, наша фирма перерегистрировалась в Калифорнии в 2005 году как корпорация, а в 2007 году я встретил Фила Либина, в первые полчаса в него влюбился, и сделал ему предложение возглавить компанию, что являлось моим видимо самым лучшим вложением в компанию. Потому что, когда у меня спрашивают в чем мой вклад, я говорю две вещи. Что я придумал название, и я взял Фина Либина на работу, он преобразовал фактически всю компанию.

 

JSON.TVEvernote, ну можно сказать, что был одним из первых шагов к искусственному интеллекту, проблема над которой собственно многие решают уже достаточно долгое время. Но у многих появился скепсис по этому поводу. На Ваш взгляд будут ли другие шаги, и не утопия ли это, создание искусственного интеллекта? Evernote – это часть памяти, скажем так, в этом интеллекте?

 

Степан Пачиков: Что такое искусственный интеллект? Это попытка усилить человеческий интеллект либо его заменить. Попытки усилить интеллект происходят уже тысячи лет. Когда придумали письменность, это была попытка научиться лучше запоминать. Когда придумали счеты – попытка лучше считать. Базы данных – это другая попытка улучшить хранение. Компьютеры – это попытка сделать человеческий мозг более мощным и быстрее просчитывать варианты. Поэтому здесь нет такого черно-белого перехода. Все развитие человечества идет к тому, чтобы сделать заставить, научить нас быть более эффективными, и этот процесс совершенно неизбежный, его невозможно остановить. Является ли это утопией? Понятно, что создать человеческий интеллект в десятки, тысячи, сотни тысяч более мощный, чем нынешний – это вопрос следующих 50-100 лет.

 

JSON.TV: То есть не утопия? Вы считаете, что он будет?

 

Степан Пачиков: Он превзойдет человеческий интеллект в тысячи, в десятки тысяч, в сотни тысяч раз. Это неизбежный процесс. Если не взорвется Солнце, если не будет мировой катастрофы, если Вселенная не схлопнется, то скорее всего через 50-100 лет человеческий интеллект в том виде, в котором мы знаем его сегодня, будет выглядеть также смешно как интеллект муравьев.

 

JSON.TV: Подождите, я хочу добить этот вопрос, но тогда машины станут креативнее чем человек. Вот вы придумали компанию Evernote, компьютер сможет в 50 раз больше, в разных областях придумать? Допустим, Ваш компьютер?

 

Степан Пачиков: Понимаете в чем дело, то, что будет через 50-100 лет трудно назвать машинами. Это будет некоторый синтез того, чем являемся сегодня мы, нашего биологического мира с тем, что дает сегодня компьютерная логика, индустрия мышления. Скорее это будет некий синтез биологического и технологического развития в нечто, что не будет являться ни машиной, ни человеком. Это будет какая-то форма существования, я не знаю в виде радиоволн, в виде электромагнитных волн, в виде каких-то полей. Очень трудно заглядывать вперед, потому что развитие идет столь чудовищной скоростью. Экспонента, которая загнулась. И фактически, каждые последующие 10 лет все радикально удваивается.

 

JSON.TV: И эмоции появятся у компьютерного мозга?

 

Степан Пачиков: Не у компьютерного мозга. Эмоции – это часть нашей вычислительной жизни. Для чего нужны эмоции? Они помогают нам выживать в окружающей среде.  Почти все, чем наш мозг оборудован, это эволюция дала для того, чтобы вид смог выжить и победить другие виды. Эмоции – это средство выживания. Мне не нравится, когда вы говорите про будущие компьютеры. То, что будет в будущем – это не компьютеры. Это некая новая форма жизни, которая образуется как результат развития нашего сегодняшнего интеллекта, потому что компьютеры – это результат нашего интеллекта, это наш плод, это наши дети.

 

JSON.TV: То есть экзоскелет, которому делают шаги и экзомозг. Или как?

 

Степан Пачиков: Ну скорее всего так.

 

JSON.TV: Близко к этому.

 

Степан Пачиков: Надо относиться к этому, как к только что родившемуся ребенку. Вот ему несколько дней или там 2 недели, он еще ничего не умеет, но у него уже все шансы превзойти своих родителей в образовании, в интеллекте, во всей жизни. Сегодня компьютеры – это ребенок, который находится пока на первых днях своего существования.

 

JSON.TV: А что важнее? Идеи или люди для реализации идеи? Идеи, на реализацию которой недостаточно одного человека, просто мыслительных процессов?

 

Степан Пачиков: Вы знаете, я вообще считаю, что идей как грязи, и главная проблема для меня, по крайней мере – это не идеи. Главная проблема – это люди которые могли бы их реализовать.

 

Например, я уже три года вынашиваю проект, который нынешний СЕО назвал лучшим проектом из всех, которые он когда-нибудь от меня слышал. Я называю его Клубок. Я хочу создать, я знаю, как это сделать, другой способ обсуждений статей, публикаций, вообще способ дискутирования, способ обсуждения, сделать его гораздо более эффективным, гораздо более удобным, красивым, стройным, полезным, понятным. Я придумал этот способ. Даже хочу его запатентовать. Но уже 2 года я не могу найти человека, которому бы я доверил эту идею реализовать.

 

JSON.TV: Так что все-таки – люди.

 

Степан Пачиков: Все как говорил Иосиф Виссарионович Сталин – самое главное это люди.

 

JSON.TV: Самое главное люди. Люди, которые реализуют, а часть, которая претворяет это в бизнес-модель и т.д.? Насколько она важна?

 

Степан Пачиков: Это все мелочи. Понимаете, если проект сделан хорошо, бизнес-модель сама как-нибудь создастся.

 

Если есть Вы очень хороший руководитель, можете создать эффективную команду, создать разумный реальный прототип, что условно я сделал с Evernote. Мы создали первый работающий прототип Evernote в 2004-м году запустили его в октябре для Windows. Но по сегодняшним понятиям – это был прототип идеи. Пришел Фил и превратил это в настоящий бизнес. Если есть хороший работающий хотя бы прототип продукта, или хотя бы по которому можно судить, что за ним стоит то бизнес тем или иным способом появится. Я всегда советовал начинающим антрепренерам, бизнесменам не ломать себе голову по поводу бизнес-моделей. Это от лукавого.

 

JSON.TV: Давайте два слова о ближайшем будущем. Какие на Ваш взгляд основные тенденции развития в IT если не 50-100 лет, а через 5-10 лет. Куда мы идем?

 

Степан Пачиков: Я думаю, отчасти это связано с предыдущим вопросом о моих проектах. Один из моих любимейших проектов, который очень хотелось бы как-нибудь чтобы кто-нибудь реализовал назывался «Язык программирования Бога». Идея была в том, чтобы разобраться как устроено программирование биологических организмов. Почему паук, как паук делает паутину, столь сложную, где эта программа в нем заложена? На каком языке она написана? Понятно, что она в генах. Должен быть язык достаточно высокого уровня, потому что эволюция была бы гораздо более эффективна, если бы был какой-то язык достаточно высокого уровня развития. Вот найти этот язык, было бы замечательно. Почему это связано с Вашим вопросом, потому что я думаю, что сегодня наиболее перспективное направление в IT – это все что связано с биологией, с генетикой, с медициной. Потому что это взаимодополняющий процесс. Сегодня IT очень сильно помогает медицине, биологии в широком смысле слова.

 

Например, вы знаете, что только что присудили нобелевскую премию за открытие, связанное с тем, как головной мозг решает проблему позиционирования в пространстве. То, что называется биологической GPS. Открыли только клетки, которые этим занимаются в области головного мозга, но детально, как это реально работает, где та программа, где тот firmware, который определяет работу головного GPS, еще никто не знает. И сегодня компьютерные технологии, IT помогают медикам, физиологам, биологам. Но можно было бы пойти дальше. Сегодня IT должно учиться у биологии, у генетики, у физиологии как правильно работать. Потому что фактически, сегодня какая-нибудь пчелка является по своей компьютерной мощности совершенно феноменальным устройством. Пчела делает соты, показывает другим пчелам куда лететь, собирает мед – это феноменальное устройство. То есть если бы я был человеком верующим, я бы был поражен интеллектом того, кто все это придумал.

 

JSON.TV: А можно возразить? Если бы человек всегда смотрел только на природу, то колесо, наверно, бы не изобрел, ни телеги, ни автомобили не побежали бы. Нет в природе этого.

 

Степан Пачиков: Да, разумеется. Речь не идет о том, чтобы смотреть и копировать. Речь о том, чтобы смотреть и понять, как это работает.

 

Это не одно и то же. Понять, как работает не означает, что ставить целью сделать то же самое. Маленький пример. Ворд-процессоры для введения текста типа Microsoft Word, которым все пользуются, или Page Apple’а, ну, скажем, Word. Он не похож на пишущую машинку. Если бы делали ворд-процессор в виде пишущей машинки, это было бы совершенно другое устройство. Идея была в том, чтобы научиться удобно и красиво печатать и заменить пишущую машинку, а не обязательно было ее скопировать. Вы понимаете, как устроена пишущая машинка, здесь ее не надо копировать. То же самое здесь. Понять, как Бог программирует, означает взять его язык и пользоваться. Можно придумывать нечто лучшее, альтернативное, но сначала надо понять, как это работает сегодня.

 

JSON.TV: То есть реально, чтобы уже завершить с этим вопросом противостояния Восток-Запад, европейский дух, включая американский и азиатский дух, вот этого различия Вы капитального не видите? Глобализация все перекрывает?

 

Степан Пачиков: Различия есть в интересах игроков. Давайте про Запад, Восток, Север и Юг. Возьмем Северную и Южную Корею – это противостояние чего? Севера и Юга? Ну да. А возьмем Корею и Японию - это противостояние чего, а противостоянии Японии и Китая - это совершенно колоссальное, это противостояние Севера и Юга, Запада и Востока? Это разные экономические игроки, которые разрешают свои экономические, политические проблемы, и американцы решают свои проблемы, и Великобритания, когда ей нужно, она является частью Европы, когда не нужно, она против Европы. Здесь скорее есть игроки, которые динамично вступают в разного рода коалиции временные, постоянные, полупостоянные, но глобализация — это штука, которая при всех своих недостатках настолько резко увеличивает эффективность экономики, что попытка отсоединиться от глобализации может только навредить стране.

 

 JSON.TV: Про смысл жизни хочется спросить, ни у кого не спрашивал в этой серии программ, открыли для себя уже?

 

Степан Пачиков: Здесь есть две философии, два подхода, которые мне очень близки. Один из них я изложил в какой-то небольшой своей статье, опять-таки опубликованной в Интернете.

 

Я считаю, что человек моего склада понимает, что возникновение жизни на Земле чрезвычайно редчайшее, маловероятное, невероятное совпадение. Это вероятность, которая измеряется только одними нулями.

 

Но жизнь возникла, вот в этой жизни, через несколько миллиардов лет получилось так, что стечением совершенно уникальных, редчайших обстоятельств я появился на свет. То есть тот факт, что я родился, является невероятным, совершенно невероятным событием. И с огромной вероятностью, практически 100%-ой, мы все умрем. И в том числе и я. И вопрос: что после меня останется? После меня только останется память обо мне. Память о том, что я сделал, что я говорил в интервью Вам, что я писал в книгах, что помнят обо мне мои дети, друзья. Какие фирмы я организовал, какие идеи я смог реализовать, то есть только память — это только то, что после меня останется.

 

И вот в каком-то смысле, для меня смысл жизни, чтобы оставить после себя хорошую память. Для меня оказалось, что рай и ад, которыми пугают людей, - это и есть память о человеке, которую он о себе оставляет. 

 

Память, которую человек о себе оставляет может быть адом, когда он представляет, что про него будут помнить и говорить. Поэтому говорят, как не верующий в Бога человек, совершает те или иные этические поступки? Что его останавливает или не останавливает? Я обычно отвечаю, как что? Для меня очень важно, что обо мне будут говорить и помнить. Будут обо мне помнить, как об человеке-убийце, врун, тиран, или как человек, создавший Evernote и ПараГраф, для меня есть большая разница. Это одна цепочка размышлений.

 

Другая более красивая, принадлежи не мне, но я адепт этой религии, этой философии. Дело в том, что здесь нужно проследить за следующей логикой. Очень аккуратно. Есть некоторое, довольно, не важно какая, есть маленькая какая-то вероятность того, что наша жизнь, которую мы знаем на Земле, является единственной во Вселенной. Другой жизни нет. Может быть есть другая жизнь, но есть вероятность того, что мы единственная жизнь. Это вероятность не нулевая. Вполне можно логично допустить, что мы единственная жизнь во Вселенной. Второй пункт состоит в том, что жизнь легко уничтожить. Ну вот Солнце взорвется, и жизнь на Земле исчезнет. Какая-нибудь Эбола сожрет всех и вся. Термоядерная война, которая разразится, уничтожит все живое на Земле. То есть жизнь, с большой вероятностью довольно легко уничтожить.

 

Значит, первое - мы может быть самая уникальная и единственная жизнь во Вселенной, второе - довольно легко может случиться, что даже мы, являясь единственными, можем исчезнуть. Единственное, кто сегодня может хоть что-то предпринять, чтобы уменьшить вероятность исчезновения жизни – это человеческий разум и интеллект.

 

Только мы можем разобраться в физике и остановить взрыв Солнца, только мы можем отвести комету от Земли, только мы можем предотвратить термоядерную войну, только мы можем остановить Эболу или глобальное потепление. Поэтому смысл жизни состоит в том, чтобы уменьшить вероятность исчезновения жизни во Вселенной. Чтобы сделать все от тебя зависящее, чтобы сохранить жизнь, например, предотвратить схлопывание Вселенной, и сделать так, чтобы Вселенная не схлопнулась.

 

Смотрите полную версию видеоинтервью с Степаном Пачиковым в разделе ВИДЕО