×
Третья волна невероятного настоящего

Пока ученые бьются над определением искусственного интеллекта, бизнесмены вынуждены решать практические задачи. Например, как научить телевизор понимать естественный язык и реализовать управление голосом, как обрабатывать некорректные письменные запросы в поисковой строке или как научить робота отличать теннисный мяч от лимона. И надо сказать, что со многими из нерешаемых в теории задач так или иначе инженеры уже справились на практике.

 

В России существует несколько групп ученых, которые практически независимо друг от друга работают над проблемами, связанными с созданием искусственного интеллекта. Представители этих школ готовы до хрипоты спорить друг с другом о базовой терминологии, о том, что можно называть искусственным интеллектом, а что нет. Справедливости ради стоит сказать, что даже в отношении человеческого интеллекта не существует единого мнения. Различные научные дисциплины и даже отдельные школы определяют его по-разному: одни - через способность решать логические задачи, другие - как умение адекватно реагировать на окружающее, третьи - как творческое начало. С искусственным интеллектом все усугубляется "дефектом" перевода. Под английским термином Artificial Intelligence, введенным в оборот в 1953 году, его создатель Джон Маккарти имел в виду вычислитель или "решатель задач". И в этом смысле искусственный интеллект давно создан.

 

Более того, разработчики добились того, что программные роботы могут принимать звонки и вести связные беседы на заданные темы или генерировать осмысленные "выжимки", реферируя большие текстовые массивы. Современные системы научили распознавать и эмулировать человеческие эмоции. Общаясь с системой IVR (Interactive Voice Response) или продвинутым чат-ботом, можно даже не понять, что на другом конце провода не человек. И, тем не менее, большинство как ученых, так и простых граждан с уверенностью скажут, что в этом нет интеллекта. Дело в том, что отравленное поп-культурой массовое сознание требует чуда и механического гуманоида, который бы думал как человек и чувствовал соответственно.

 

Общество хотело киберэмоций - и компания Aldebaran Robotics дала их, создав робота NAO, который ведет себя как маленький ребенок. Он демонстрирует простые эмоциональные реакции: может радоваться или обижаться, бояться или испытывать гордость. Он достаточно хорошо отыгрывает переживания. И все же это только игрушка - ну, или пособие для студентов. В то же время многим разработчикам искусственного интеллекта совершенно не понятно, зачем роботу ходить на двух конечностях или переживать эмоции. Для решения подавляющего большинства прикладных задач это совершенно ни к чему. Сами посудите, вы доверили бы управление самолетом автопилоту с холерическим эмоциональным складом? Может быть, вам хотелось бы, чтобы система управления движением железнодорожного транспорта умела впадать в депрессию? Полагаю, что нет. Вас вполне устраивает сухой математический аппарат существующих систем управления. И, тем не менее, признать наличие интеллекта у машины люди готовы только по факту наличия богатой эмоциональной жизни. А между тем системы становятся умнее, в их компетенции оказывается все более широкий спектр задач. При этом уровень их автономности неуклонно растет.

 

Популяризаторы науки, такие как Митио Каку, говорят о третьей волне интереса к искусственному интеллекту. Первые две нам подарили вычислительную технику, автоматизированные промышленные производства, автоматизированные системы управления и отрасль ИТ в целом. От новой волны стоит ждать появления "мыслящих" автономных роботов, систем управления, которые способны рассуждать логически, "думающих" хранилищ знаний, создания комфортных для человека интерфейсов взаимодействия с информационными комплексами (текстовых, голосовых и т.д.) и тотальной кибернетизации мира людей. И это несмотря на то, что часть теоретических задач из области информатики так и останутся в категории нерешаемых.

 

Иногда реальность опережает самые смелые предположения. И если мы хотим, чтобы наша страна была на передовых позициях в области создания "мыслящих" систем, то всем отечественным разработчикам и ученым надо отложить теоретические разногласия и направить совместные усилия на создание передовых продуктов. И нам не надо никого догонять в этой области - она практически нетронута. Несмотря на все PR-заявления, "передовые" страны, создавая искусственный интеллект, пока используют устаревшие подходы, в большинстве случаев лишь механически увеличивая вычислительные мощности. Такие проекты, как, например, автоматическая система управления космическим челноком "Буран", до сих пор уникальны. У нас мощная теоретическая база, поэтому нам по силам создавать принципиально новые классы продуктов, которых нет ни на Востоке, ни на Западе.