×

Российский рынок ВАТС в 2014-2018 гг. Прогноз до 2022 г.

Июнь 2019 года

Аналитический Отчет (полная версия)

Запросить стоимость полной версии исследования: news@json.tv

Аналитический Отчет (полная версия)

Российский рынок ВАТС в 2014-2018 гг. Прогноз до 2022 г.
Российский рынок ВАТС в 2014-2018 гг. Прогноз до 2022 г.
Июнь 2019

Российский рынок ВАТС в 2014-2018 гг. Прогноз до 2022 г.

Июнь 2019 года

Зарегистрируйтесь или войдите, чтобы скачать PDF-версию Информационного бюллетеня

Скачать

+7 926 561 09 80; news@json.tv

Пишите, звоните, если есть вопросы

Компания J’son & Partners Consulting завершила подготовку исследования российского рынка виртуальных (облачных) АТС по итогам 2018 г. и прогнозам его развития до 2022 г. Результаты исследования показывают, что в случае инерционного развития рынок ВАТС уже в ближайшие годы подойдет к своему насыщению, несмотря на относительно небольшой размер в денежном выражении.

 

Российский рынок ВАТС в 2018 году

 

По оценке J’son & Partners Consulting, в 2018 году рынок Виртуальных АТС в натуральном выражении (количестве абонентов) вырос на 32%, в денежном на 29% и достиг 6,8 млрд. руб.

 

ВАТС – это продукт, сочетающий в себе услуги голосовой связи (офисная IP-телефония с привязкой к зонам нумерации телефонных сетей), и функции учрежденческо-производственных АТС (УПАТС) и мини-АТС, предоставляемых в формате облачного сервиса. Таким образом, драйверы роста рынка ВАТС можно разделить на две группы: относящиеся к услугам телефонии и относящиеся к корпоративной коммуникационной и сетевой инфраструктуре, функции которой реализуются в виртуализованном виде в сервисах ВАТС.

 

В части функциональности ВАТС основных драйверов два. Первый – это возможность для компаний, работающих в основном в сфере торговли и услуг (70% абонентской базы ВАТС – см. Рис. 1), организовать эффективную работу распределенного подразделения продаж, что особенно важно в современных условиях сжимающегося уже более четырех лет потребительского спроса и растущих издержек. Поэтому, в частности, основным приложением с которым обеспечивается интеграция ВАТС, выступают CRM и таск-трекеры. Второй значимый драйвер – это возможность для предприятия значительно сократить удельные затраты на корпоративную коммуникационную инфраструктуру и ее эксплуатацию.

 

Существенная разница в размере снижения затрат при переходе на ВАТС для предприятий различного размера приводит к существенной разнице в уровне проникновения. Так, если для сегмента крупных и средних предприятий проникновение ВАТС подошло к уровню насыщения, с учетом наличия значительной доли предприятий не планирующих отказываться от имеющихся у них физических учрежденческих/офисных АТС, то для малых и в особенности микропредприятий проникновение сервисов ВАТС пока незначительно. То есть там, где при существующих тарифах на ВАТС экономическая выгода очевидна, проникновение кратно выше, чем там, где она неочевидна. Это говорит о том, что для сегмента микропредприятий нужны предложения со специфичным для этого сегмента соотношением цены, функциональности и SLA, которых пока на рынке нет. Более того, даже для сегмента малых предприятий, а это вполне заметные бизнесы с оборотом до 800 млн руб. в год, существующее продуктовое предложение также находится на грани эффективности.

 

 

Что касается фактора снижения корпоративных расходов на коммуникации как драйвера роста рынка по отношению к другой части сервисов ВАТС - телефонии, то в этой части заметного влияния на рынок пока нет. Стоимость минут в тарифах с ВАТС не ниже, чем в обычных B2B-тарифах на телефонию, а в структуре выручки провайдера услуг ВАТС оплата за номера и минуты голосового трафика может превышать 50%.

 

Таким образом, если задача обеспечения эффективной работы распределенной службы продаж малых и средних предприятий уже в значительной степени реализована в существующем на рынке продуктовом предложении, то для полноценной реализации фактора существенного снижения затрат на эксплуатацию коммуникационной инфраструктуры предприятий при обеспечении стабильного качества сервиса как драйвера роста рынка ВАТС, требуется модификация существующего продуктового предложения, в первую очередь для крайних сегментов – микропредприятий и ИП с одной стороны, и верхней части крупных предприятий с другой.

 

Перспективы российского рынка ВАТС

 

В период 2014-2018 годов рынок ВАТС в России показывал уверенный рост объема в денежном выражении. Однако, если в период 2015-2017 годов наблюдалось ускорение темпов роста рынка с 24% в 2014 году до 38% в 2017 году, то в 2018 году наступил перелом этой тенденции - темпы роста замедлились до 29%. Более того, по оценке J’son & Partners Consulting, инерционный сценарий развития рынка приведет к падению темпов роста рынка в денежном выражении до 14% уже в 2019 году, с последующим дальнейшим снижением до +5% в 2022 году.

 

Таким образом, налицо наличие факторов сдерживающих рост потребления сервисов ВАТС как в терминах расширения абонентской базы, так и в терминах расширения используемой потребителями номенклатуры функций ВАТС, преодоление которых требует глубокого пересмотра облика ВАТС.

 

При всей своей кажущейся простоте сервис ВАТС – это вид бизнес-SaaS, являющийся одним из наиболее сложных для качественной реализации, который как по своим требованиям к удельной себестоимости, так и по QoS сопоставим с наиболее продвинутыми сервисами Интернета Вещей.

 

Столь высокий уровень технических, организационных и экономических требований к платформам ВАТС формируется сочетанием трех основных факторов.

 

Первый – это низкий размер платежа в расчете на подключенное рабочее место – 300-550 руб./мес. включая оплату минут, против, например, более тысячи рублей даже у простейших учетных систем. Это объективный и практически не подлежащий изменению фактор, проистекающий из ограниченного относительно других бизнес-SaaS функционального наполнения сервиса ВАТС. Отсюда требование к чрезвычайно высокой удельной эффективности - минимизации используемых ресурсов в расчете на точку подключения, позволяющей провайдеру ВАТС получать прибыль, работая с низким средним чеком.

 

Еще один фактор, исходящий из ограниченной функциональности ВАТС – критичность наличия развитой API-интеграции с внешними приложениями и сервисами: учетными и CRM-системами, таск-трекерами и так далее, что наряду с требованием высокой удельной эффективности и чувствительности к QoS, роднит платформы ВАТС с интеграционными платформами Интернета Вещей. Несмотря на значительный прогресс в направлении API-интеграции платформ ВАТС с внешними приложениями, эта задача пока далека от полноценного решения. Более того, представляя из себя монолитные multi-tenant приложения, концептуально платформы ВАТС значительно отстают от наиболее продвинутых интеграционных IoT-платформ, реализующих гибкую микросервисную архитектуру.

 

Второй – это выраженные резкие пики нагрузки, неравномерно распределенные как в течение суток, так и дат («черные пятницы», например). Усугубляет эту проблему нестабильность абонентской базы, например, плохо прогнозируемые всплески новых подключений, поскольку подключение к услуге не требует инсталляции или перепрошивки аппаратных средств на стороне клиента. Наличие таких пиков делает чрезвычайно сложной задачу достижения высокой удельной эффективности.

 

Третий – высокая требовательность сервиса к сетевым и OSS/BSS компонентам QoS.

 

В отличие от других бизнес-SaaS с низким средним чеком, таких как подача электронной отчетности и онлайн-кассы, сервис ВАТС крайне требователен к задержке (latency) и времени отклика платформы. При высокой задержке имеет место потеря звонков, сбои при их переадресации, низкое качество звука («булькание», эхо и т.п.), а каждый такой сбой – это прямые финансовые потери для компаний-пользователей ВАТС. Усугубляет проблему с задержкой то, что являясь коммуникационной облачная платформа ВАТС находится между абонентами, и для установления соединения важна end-to-end задержка в цепочке «абонент-платформа-абонент», а не задержка «абонент-платформа», как для других видов бизнес-SaaS, например, транзакционных. При этом звонок проходит через сети различных операторов: из сотовой или проводной сети вызывающего абонента в магистральную сеть, затем в дата-центр, где физически расположена облачная платформа ВАТС, и далее в фиксированную или (реже) в мобильную сеть к рабочему месту оператора.

 

Только в сетях доступа формируется суммарная задержка на уровне 80-100 мс.: около 30 мс. в фиксированной оптоволоконной сети и до 50 мс. в беспроводной сети доступа. Учитывая, что платформы ВАТС, как правило, расположены в дата-центрах в Москве и Санкт- Петербурге, то для абонентов, например, за Уралом данные должны быть доставлены по магистральной сети в Москву, обработаны платформой ВАТС, а затем возвращены назад, что формирует задержку в магистральных сетях еще на уровне 30-50 мс., а суммарно – 110-150 мс. По данным Cisco, задержка более 150 мс. является критичной для подавляющего большинства облачных бизнес-приложений и вызывает их недоступность для абонентов даже при стабильно работающей в дата-центре платформе и достаточной пропускной способности каналов связи.

 

Таким образом, управление сетевыми QoS, в первую очередь задержкой, причем в гетерогенных сетях различных операторов, является критичным для корректного функционирования облачных платформ ВАТС. Решение этой задачи, требующей полноценного внедрения SDN на сетях доступа и магистральных сетях, пока в полной мере не решена нигде в мире. Но она будет решаться по мере внедрения технологий network slicing в сетях сотовой связи пятого поколения, SD-WAN в гетерогенных сетях доступа и SDN/T-SDN на магистральных сетях, позволяющих дифференцированно управлять сетевыми QoS для различных видов трафика.

 

Для достижения высокой утилизации ресурсов (удельной эффективности) наряду с выдерживанием QoS по задержке сигнала и времени отклика приложения потребуется сложная логика обработки трафика, с созданием сети распределенных дата-центров с динамической балансировкой нагрузки между ними. Параметрами балансировки служит, с одной стороны, необходимость выдерживания требуемых параметров QoS (в частности, end-to-end задержка не более 150 мс. и доступность достаточных для обработки данных вычислительных мощностей), а с другой – достижение высокого уровня утилизации мощностей ЦОД в условиях наличия выраженных пиков нагрузки сервисов ВАТС, что критично для обеспечения маржинальности при малом размере платежа за подключенное рабочее место. В настоящее время наиболее распространенной схемой развертывания платформы ВАТС является статичная: монолитная платформа располагается в одном дата-центре, причем с ограниченными возможностями по быстрому масштабированию вычислительных мощностей, что приводит к невозможности гибко реагировать на пики и спады нагрузки на платформу ВАТС, и проявляется таким типичными проблемам как, например, низкая скорость отклика приложения, особенно при формировании аналитических отчетов.

 

Другой важный компонент QoS связан с необходимостью сквозной автоматизации процессов OSS/BSS от заказа услуги до ее предоставления, мониторинга и управления сетевыми метриками QoS, биллинга и взаимодействия с абонентом. Причем для игроков рынка ВАТС, не являющихся разработчиками и использующих партнерские схемы взаимоотношений с внешними разработчиками, требуется сквозная автоматизация OSS/BSS процессов, выходящая за границы одной компании. Пока такие процессы в должной мере не выстроены. Например, типовой проблемой является нестабильное и несвоевременное прохождение информации о заключенных договорах и осуществленных клиентами платежах, и, как следствие, отключение сервиса абонентам его оплатившим. Поэтому реальный SLA, предлагаемый традиционными лидерами рынка ВАТС, одновременно являющимися и разработчиками платформ, в настоящее время существенно выше, чем предлагаемый новыми игроками, выступающими фактически только каналом продаж и реализующими сервисы ВАТС в партнерстве со сторонними разработчиками.

 

Наличие перечисленных технологических ограничений означает, что целевая аудитория сервиса ВАТС в его существующем виде ограничена предприятиями и организациями, функционирование которых критически зависимо от интенсивного голосового взаимодействия с клиентами и контрагентами, но не имеющими финансовых возможностей по развертыванию on-premise решений класса Unified Communications. Преимущественно это территориально распределенные компании среднего размера в сфере онлайн и омниканальной торговли, а также сфере услуг. И в настоящее время эта целевая аудитория близка к исчерпанию.

 

Поэтому перспективы дальнейшего роста рынка ВАТС критическим образом зависят от преодоления описанных выше технологических ограничений. Ввиду масштабности данных проблем представляется очевидным, что решать их только для одного вида облачного сервиса нет смысла – это необходимо делать для всех видов SaaS, работоспособность которых критически зависима от возможности выдерживать сквозной QoS, а это, как отмечено выше, подавляющее большинство облачных IoT-сервисов.

 

Необходимость реализации таких требований приведет к формированию экосистемы, включающей разработчиков платформ ВАТС и других SaaS-платформ, специализированных провайдеров IaaS/PaaS и провайдеров магистральной емкости, способных формировать виртуальные системы распределенных ЦОД с динамической балансировкой нагрузки между ними и дифференцированным управлением QoS, которые будут выступать технологическими партнерами разработчиков платформ ВАТС. Роль операторов сетей доступа, очевидно, будет в обеспечении канала продаж и, в случае реализации технологии network slicing и SD-WAN – в управлении QoS на последней миле.

 

Формирование таких экосистем потребует кардинального пересмотра архитектуры построения платформ ВАТС, с переходом от монолитной multi-tenant архитектуры к микросервисной, подразумевающей разделение функционала платформы на многочисленные служебные и прикладные компоненты, и объединения их с виртуализованными сетевыми функциями в сложные сочетания multi и single-tenant микрофункций с использованием технологии service chaining и контейнеризации. Очевидно, что столь радикальные изменения архитектуры построения платформ ВАТС создадут возможности для появления на рынке принципиально новых игроков.

 

Комментарии участников рынка

 

 

Мария Тюрина, Генеральный директор «Телфин»

«По нашему мнению вывод о падении темпов роста рынка является в целом верным, однако на наш взгляд оно вызвано в большей степени общими проблемами в экономике, чем какими-либо другими причинами. Сейчас существующий бизнес больше озабочен выживанием, чем развитием своих инфраструктур, а новый бизнес чаще умирает на стадии 1-2 человек и не успевает дорасти до размеров потенциального клиента рынка ВАТС.

 

Телфин работает на рынке ВАТС с момента его возникновения в России, и низкий размер платежа - это привычная данность, с учетом которой мы строили все процессы в компании. Для поддержания высокого качества услуг мы имеем онлайн-систему мониторинга как работы наших сервисов, так и работы сервисов операторов-партнеров. Также у нас реализовано полноценное резервирование IP-транзита, и мы активно предлагаем клиентам использование DNS-SRV для снижения зависимости корпоративной телефонии от качества каналов, а модульность платформы ВАТС позволяет при необходимости выносить части системы в географически удаленные дата-центры.

 

Необходимость иметь широкое API для интеграции с внешними приложениями и сервисами было заложено изначально в архитектуру платформы ВАТС Телфин. Такой подход привел к тому, что на текущий момент API нашей платформы - одно из самых широких на рынке ВАТС. Плюс оно является открытым и бесплатным».

 

Андрей Козловский, руководитель отдела маркетинга «Манго Телеком»

«Основываясь на наших собственных исследованиях и оценках, поддержу прогнозы грядущей трансформации продукта и не поддержу тезис о том, что аудитория сервисов очерчена исключительно бизнесами, зависимыми от интенсивного голосового контакта со своими клиентами и контрагентами. Потребительский сегмент виртуальных АТС существенно шире. Мы это видим на примере спроса на решения класса UC и их отдельные элементы.

 

То есть речь как раз идет о вовлечении в потребление облачных коммуникаций не только сотрудников, непосредственно работающих с клиентами, а также об эффективной организации внутренних коммуникаций, что кратно увеличивает количество пользователей в рамках одного контракта. Одновременно ориентир на крупных заказчиков постепенно трансформирует виртуальную АТС как сервис. С точки зрения оператора облачная замена физических АТС для средних и крупных бизнесов — это действительно отдельный технологический продукт, имеющий совершенно другие свойства, требования к ресурсам и инфраструктуре».

 _______________________________________________

 

Информационный бюллетень подготовлен компанией J'son & Partners Consulting. Мы прилагаем все усилия, чтобы предоставлять фактические и прогнозные данные, полностью отражающие ситуацию и имеющиеся в распоряжении на момент выхода материала. J'son & Partners Consulting оставляет за собой право пересматривать данные после публикации отдельными игроками новой официальной информации.

 

 

Детальные результаты исследования представлены в полной версии отчета

«Российский рынок ВАТС в 2014-2018 гг. Прогноз до 2022 г.»

 

Содержание

1. 1.   ОПРЕДЕЛЕНИЯ       

  1. РЫНОК        

2.1.    ОСНОВНЫЕ ИГРОКИ        

2.2.    ОБЪЕМ, ДИНАМИКА И СТРУКТУРА РЫНКА       

2.2.1.  Объем и динамика рынка в 2014-2018 гг.       

2.2.2.  Структура рынка в вертикальном (отраслевом) разрезе    

2.2.3.  Структура рынка в горизонтальном разрезе (по размеру компаний-пользователей)   

2.2.4.  Структура рынка в территориальном разрезе

2.3.    ДРАЙВЕРЫ   

2.4.    СДЕРЖИВАЮЩИЕ ФАКТОРЫ       

2.5.    ТЕНДЕНЦИИ И ПРОГНОЗЫ

2.5.1.  Прогноз количества предприятий-пользователей     

2.5.2.  Прогноз объема рынка в денежном выражении       

2.5.3.  Прогноз динамики ARPU   

2.5.4.  Прогноз изменения структуры рынка   

2.5.5.  Прогноз положения игроков рынка     

  1. МОДЕЛЬ РЫНКА     

3.1.    МЕТОДИКА ИСПОЛЬЗОВАНИЯ МОДЕЛИ РЫНКА         

 

Список рисунков

Рис. 1. Доли основных групп игроков рынка по выручке и размеру клиентской базы, %, 2018 год

Рис. 2. Объем рынка ВАТС в натуральном выражении, юр. лиц., 2014-2018 гг.

Рис. 3. Объем рынка ВАТС в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2014-2018 гг.

Рис. 4. ARPU на рынке ВАТС, рублей без НДС, 2014-2018 гг.

Рис. 5. ARPU в горизонтальных сегментах рынка, рублей без НДС, 2014-2018 гг.

Рис. 6. Проникновение сервисов ВАТС в России: общее и в горизонтальных сегментах рынка, в % от общего кол-ва действующих хозяйствующих субъектов имеющих ШПД-подключение, 2014-2018 гг.

Рис. 7. Структура пользователей ВАТС по вертикалям (отраслям), %, 2018 год

Рис. 8. Горизонтальная (по размеру компаний-пользователей) структура рынка ВАТС в денежном выражении, %, 2014-2018 гг.

Рис. 9. Горизонтальная (по размеру компаний-пользователей) структура рынка ВАТС в натуральном выражении, %, 2014-2018 гг.

Рис. 10. Территориальное распределение потребления ВАТС в России в денежном выражении, %, 2014-2018 гг.

Рис. 11. Территориальное распределение потребления ВАТС в России в натуральном выражении, %, 2014-2018 гг.

Рис. 12. Прогноз по проникновению ВАТС в России, %, 2022 год в сопоставлении с фактом за 2018 год

Рис. 13. Прогноз объема рынка ВАТС в натуральном выражении, юр. лиц., 2018 г. факт, 2019-2022 гг. прогноз

Рис. 14. Прогноз объема рынка ВАТС в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2018 год факт, 2019-2022 гг. прогноз

Рис. 15. Прогноз динамики ARPU, руб. без НДС, 2018 год факт, 2019-2022 гг. прогноз

Рис. 16. Прогноз ARPU в горизонтальных сегментах, руб. без НДС, 2022 год в сравнении с фактом за 2018 год

Рис. 17. Прогноз отраслевой структуры потребления ВАТС в денежном выражении, %, 2022 год в сравнении с фактом за 2018 год

Рис. 18. Горизонтальная (по размеру компаний-пользователей) структура рынка ВАТС в денежном выражении, %, 2022 год в сравнении с фактом за 2018 год

Рис. 19. Прогноз горизонтальной (по размеру компаний-пользователей) структуры рынка ВАТС в натуральном выражении, %, 2022 год в сравнении с фактом за 2018 год

Рис. 20. Прогноз территориального распределения выручки от услуг ВАТС, %, 2022 год в сравнении с фактом за 2018 год

Рис. 21. Прогноз долей основных групп игроков рынка по выручке и размеру клиентской базы, %, 2022 год в сравнении с фактом за 2018 год

Рис. 22. Распределение доли игрока рынка на шкале ARPU