×

24 Февраля 2015 11:43
2023
0

Скандал вокруг отменённого увольнения с радио «Эхо Москвы» значительно увеличил посещаемость личных блогов, но лишь временно, сказал в интервью JSON.TVтеле- и радиоведущий, блоггер и обозреватель Интернета Александр Плющев. «Я разместил в Инстаграме фотку со своей собакой, например – раньше на нее, как обычно, 200-300 лайков. И тут – полторы тысячи или две, и столько же в Facebook, куда это все транслируется, в Twitter гигантское количество ответов. А потом внимание проходит, скандал проходит – и все забыли».

 

Александр Плющев дал также характеристику некоторым контентным проектам в Рунете. «Медуза» – они молодцы, и продвигаются здорово. Они современные, красивые, вообще отличные. Кроме них – Кашин, который из одного имени себя сделал СМИ. Это то, что не получалось у многих людей. Slon с «Быстрым Слоном» – вполне интересная штука. И всякие молодежные вещи. Я их «молодежными» очень условно называю. Типа AdMe, тоже построено по тому же принципу. Стали довольно интересными даже довольно старые проекты, которые считаются довольно пошлыми, типа Fishki.net. Они стали поумнее, поинтереснее. Потому что совсем дебильный пользователь, просто тупо гыкающий над картинками, вырождается».

 

По словам Александра Плющева, Роскомнадзор внес огромный вклад в образование российского населения или хотя бы его активной части. «Раньше, если я давал какую-нибудь ссылку где-нибудь на заблокированный Роскомнадзором ресурс, у меня было гигантское количество комментариев: «я не могу посмотреть», «это заблокировано», «зачем давать ссылку на заблокированный ресурс». Сейчас таких практически нет. Люди обходят блокировки совершенно спокойно. Они научились это делать, это совсем несложно. Их не прижмешь к ногтю, не заставишь смотреть то, что хочешь смотреть. Одно дело, ты запрещаешь показывать информацию, это то, что делает Роскомнадзор. Но нельзя запретить смотреть информацию. Это то, что Роскомнадзор еще не может делать ни по закону, ни по Конституции».

 

В полной версии видеоинтервью Александр Плющев отвечает на вопросы о региональных интернет-проектах, о сравнении Кремниевой долины со Сколково, об интеграции перспективных технологий в носимые устройства, о личных пристрастиях в электронных гаджетах.

Ведущий – Сергей Корзун.

 

Справка JSON.TV

Персональный профайл

 

Александр Владимирович Плющев

Родился 16 сентября 1972 г. в Москве

Учился в МХТИ, с 1994 г. работал журналистом на радио «Эхо Москвы», позднее обозревателем в различных СМИ.

Программа Плющева «ЭхоNet» — лауреат Национальной премии Попова в области радиовещания за 1999 год в номинации «Лучшая спецпрограмма» и лауреат «Национальной интернет-премии» за 2001 год в номинации «Интернет в традиционных СМИ». В 2010 году — автор идеи, главный продюсер и ведущий «Премии Рунета-2010».

 

 

Полный текст расшифровки интервью:

 

JSON.TV: Всех приветствую. Это JSON.TV. Меня зовут Сергей Корзун. В гостях у меня сегодня интернет-обозреватель, блоггер – можно не бояться, наверное, этого слова ‑ Александр Плющев. Александр, здравствуйте!

 

Александр Плющев: Здравствуйте! Можно даже не бояться слова «микроблоггер».

 

JSON.TV: Микроблоггер? А почему? Так мало посетителей, кризис повлиял на них или как?

 

Александр Плющев: Так обычно говорят о тех, кто ведет микроблоги, то есть маленькие формы типа Twitterи прочее. Я и там тоже бываю.

 

JSON.TV: Вы, пожалуй, на всех площадках отмечались в свое время. И уже давно осели на своей собственной plushev.com. Это основная площадка, личная, скажем так. О рабочих площадках тоже поговорим.

 

Александр Плющев: Да. Просто я по работе вынужден был пользоваться всем и до сих пор вынужден осваивать все, чтобы просто быть в курсе, что это такое. Какие-то соцсети появляются, я везде регистрируюсь, но далеко не везде остаюсь. Но со временем выкристаллизовался собственный блог. И вокруг него что-то есть.

 

JSON.TV: Регистрация в международном домене .com – зачем? Средство защиты от кого-то?

 

Александр Плющев: Я как-то сразу очень сильно не доверял ни русскоязычной зоне .ru, ни хостингу здесь. И я сам это не очень умею, как ни странно, но люди, которые мне помогают, сказали, что, во-первых, это менее напряжно, регистрироваться в международной зоне. Во-вторых, мне не нравится словосочетание: если у вас на «в» заканчивается домен второго уровня, потом .ru, получается «вру». Мне как-то не очень это нравилось.

 

JSON.TV: Большая команда помогает вести этот блог? Или он чисто личный?

 

Александр Плющев: Два человека. Один еще и пишет к тому же, и мы помечаем это. То есть это не литературный негр. У него есть собственный блог. Таким образом, мы делаем такую ситуацию «win - win». Он получает трафик с моего блога со ссылкой, как на сайте «Эха» примерно делается, а я получаю очень хороший контент, я ему доверяю. Он в Екатеринбурге, поэтому это еще взгляд со стороны, из регионов, что у них интересно. Есть, например, какие-то разработки, которых нет здесь, в Москве, но есть в регионах, и они очень классные. Рано или поздно они придут или уже пришли, или приходят. И второй человек занимается в основном хостингом, регистрациями и прочим. Он очень мне помогает. Вот такой небольшой командой мы все это делаем. Хотя это некоммерческое предприятие. Это по-дружески.

 

JSON.TV: То есть это вообще не бизнес, это игрушка? Потому что некоторые, в том числе Алекс Экслер, это не секрет, да и много есть таких, которые зарабатывают на своем блоге.

 

Александр Плющев: Известно, что бизнес у меня другой. В том смысле, что я работаю журналистом. И поэтому у меня есть ряд ограничений. Я не могу брать деньги за публикации того или иного рода и все прочее. Другое дело, что это очень много вещей в себе сочетает. Во-первых, нетворкинг, то есть поддерживание связей. С компаниями, которые что-то производят, выпускают продукты программные или хардвер, гаджеты и все прочее, ты таким образом поддерживаешь все связи, и они тебе дают на тест свою продукцию. Ты смотришь, критикуешь или хвалишь и так далее. Это поддержание связи. Они ко мне из-за этого приходят на передачу, я знаю, что у них происходит. Это мне с моей загрузкой без блога было бы гораздо труднее. Мне надо было бы интересоваться, временами позванивать: «а что у вас происходит?», приходить на какие-то мероприятия. А тут я получаю информацию из первых рук. Это тоже, может быть, не совсем чистые эксперименты, не совсем чистая журналистика, но это один из способов. Второй способ: у меня два блога, один посвящен высоким технологиям, другой личный, там всякая политика и все прочее. Они на одном и том же домене. Второй ‑ он, скорее, чтобы не забыть. Чтобы какие-то события складировать. Последний пример: я недавно искал, мне нужно было в ссылку, про приезд Цукерберга в Москву. Я сам был на его посещении МГУ, на его небольшой встрече со студентами, и я помнил, что я писал, я просто нашел по своему блогу ссылку. Я делаю это почти каждый день, это такой дневник на память заодно. Ребята мне помогают. Я им что-то подкидываю, если у меня есть возможность. Одному ‑ гаджеты на обзор, ему тоже все это интересно. Со вторым у нас условно-денежные отношения.

 

JSON.TV: Посещаемость какая? Можно о цифрах сказать?

 

Александр Плющев: Я особо не слежу, честно говоря, потому что там нет смысла гнаться. Если бы я зарабатывал рекламой, расставлял бы что-то. Как раз моему человеку, который занимается всякими техническими вещами, на откуп отдана реклама. Не в текстах, а баннеры, ссылки, контексты и все прочее. Он этим занимается. И он, конечно, иногда меня шпыняет, что лучше сделать, чтобы была лучше посещаемость – по SEO, по чему-то еще и так далее. Я особо не слежу. Мне кажется, как было около тысячи в день, около 30 тыс. в месяц, плюс-минус. Бывали всплески огромные, когда напишешь какую-нибудь статью типа «Как обходить блокировки», там сразу месячная норма может быть в день. Но я совершенно не гонюсь за этим, есть и есть.

 

JSON.TV: А личная известность и скандал, в центре которого Вы оказались, работая на «Эхе», они как-то влияют на посещаемость, виден приток, отток?

 

Александр Плющев: Очень точечно, потому что в те дни, когда это происходило, это две, три недели, стоило что-то написать, неважно, что – я разместил в Инстаграме фотку со своей собакой, например – раньше на нее, как обычно, 15-200-300 лайков. И тут – полторы тысячи или две, и столько же в Facebook, куда это все транслируется, в Twitter гигантское количество ответов. Точечно. А потом внимание проходит, скандал проходит – и все забыли. Когда я первый раз вышел в эфир после возвращения, было гигантское количество слушателей, хотя он был не лучше и не хуже остальных. Был совершенно обычный эфир. Потому что просто приковано внимание. А потом как-то спадает. Точно так же и в блоге.

 

JSON.TV: Личная и профессиональная короткая карточка: родились Вы 16 сентября 72-го года, случилось это в Москве. Учились тоже в Москве. После этого был химический институт, Институт высокотемпературных материалов и технологий.

 

Александр Плющев: Это очень хорошее заблуждение, уже не первый раз, кто-то в Интернете написал. Как о нас создают мифы. Я никогда не учился в подобном заведении, я учился в Химико-технологическом университете им. Менделеева, он же сначала институтом назывался. Я там не доучился, доучился до третьего курса, после чего случилось в моей жизни «Эхо Москвы». Я познакомился с Сергеем Корзуном, и он звал меня на работу через некоторое время. И, собственно, на этом мое обучение завершилось. Я не связываю эти два события, просто я вдруг неожиданно понял, что я нашел дело своей жизни. Я понял как-то случайно. И учеба совсем потеряла смысл и интерес. Я стал работать.

 

JSON.TV: Дополнительное образование какое-то понадобилось по жизни? Либо есть те, кто учится, и есть те, кто учит? На какой Вы стороне?

 

Александр Плющев: Я все время учусь, у меня сложно с обучением, чтобы я учил. Потому что меня приглашают куда-то читать лекцию или еще что-то, и для меня это всегда большой вызов и большое испытание, потому что сформулировать что-то, как-то передать свой опыт мне трудно. Я могу посадить рядом с собой человека и сказать: «Смотри, как я делаю». Но я боюсь, что он все равно не поймет, потому что каждый раз я делаю по-разному, так получается. Что происходит в моей работе, я не очень себе представляю. Это на ощущениях. Это у Вас бы спросить, на самом деле, с чего Вы меня на работу взяли?

 

JSON.TV: Уже забылось это за давностью лет.

 

Александр Плющев: Конечно, очень забавно, когда человек, который это сделал, спрашивает у тебя: «Учился ли ты дальше?». У нас сейчас тут такой клуб, производственное совещание в некотором смысле. «Эхо Москвы», если кто не знает, это очень большая школа сама по себе. Там научишься всему, что связано с журналистикой, так или иначе, очень быстро. Особенно если ты этого хочешь. И, по большому счету, если ты выбрал для себя это направление, эту стезю, то, мне кажется, остальные обучательные ‑ не стоит. Если только какой-нибудь MBA, если ты собираешься всем этим руководить. Но я не собирался, поэтому...

 

JSON.TV: «Эхо» «Эхом», журналистика ‑ журналистикой, но, тем не менее, программа «Эхонет» ‑ это была одна из первых программ вообще на радио и на просторах Интернета, с которой, собственно, обозревательская деятельность в Интернете и началась, если я правильно понимаю?

 

Александр Плющев: Она была не первой, но она была последней. Мне кажется, она и будет последней, потому что там уже третий ведущий, я «Эхонет» не веду уже лет 5, но свои 11 или 12 лет я ее отвел. Там была еще такая история, что вот эти программы, которые были до нас, были журналы, «Интернет», «Мир Интернет», они все отмирали, а мы продолжали действовать и работать, и до сих пор продолжаем. Я надеюсь, и продолжим. Для этого не требовалось какое-либо обучение, потому что на «Эхе» это принято в некоторых программах, в некоторых сферах, когда журналист становится в один ряд со слушателем, а они ничего не знают. И он ничего не знает, и пытается узнать вместе с ними и рассказать, что он узнает. Так эта программа выходила несколько лет. Но потом поневоле ты набираешься всего этого, от этого нельзя скрыться. Если ты однажды рассказал про Facebook, ты, подходя к другой социальной сети, должен иметь в виду, что уже есть Facebook, и ты об этом рассказывал. И с этим передача видоизменилась. Жизнь учила, несомненно. Но специального обучения, курсов, чтения и посещения лекций – вот этого, к сожалению, не было. Я бы, может быть, и с удовольствием, но как-то не попадалось.

 

JSON.TV: Кроме «Эха», было довольно много других проектов в разных изданиях – и в печатных, и, не побоюсь этого слова, в информационном агентстве. Насколько я понимаю, «РИА Новости». Там была идея о том, чтобы поехать в Кремниевую долину и там поработать. Что случилось с этим? Почему не получилось? И откуда был такой интерес?

 

Александр Плющев: Я всячески старался в этом смысле Вам подражать, Сергей Львович. В смысле диверсификации своей деятельности. Но это очень интересно. Я поработал во всем видах СМИ – и в печатном, и на телике, и в информационном агентстве. «РИА Новости» уже имели в виду мой стаж интернет-обозревательства. Просто так получилось, я еще на телике работал, вел программу, связанную с интернет-обозревательством, и как-то сложилось такое впечатление, и я его всячески поддерживал и до сих пор всячески за него ратую, что я временами могу простыми словами рассказывать о каких-то малопонятных штуках. Это как раз то, что закладывалось – когда журналист ничего не знает, и потом изучает. Естественно, какими словами он может рассказывать? Простыми, других у него просто нет. Им это понравилось, Светлане Миронюк тогда, и она подумала, что было бы классно, тогда много всяких модных проектов было у «РИА Новостей», они было медиа диждитал, что-то вот это все, очень много слов звучало. И они хотели сделать, чтобы с какой-то периодичностью выходили фильмы прямо из сердца Кремниевой долины. У них таких проектов планировалось несколько, как мне Светлана говорила, по медицине, про космос. И я должен был рассказывать про самые передовые разработки, про острие, про фантастику. Такое «очевидное-невероятное» из мира высоких технологий. А не сложилось, потому что бюрократическая машина «РИА Новостей» очень большая. Светлана Миронюк ‑ человек передовой. Нам на «Эхе Москвы», на маленькой станции, где один человек все решает, где все очень быстро проворачивается, этого не понять. Я 9 месяцев здесь проварился, поделал передачку у них на «РИА Новости» про разных интернет-деятелей, после чего они сказали: «Давай ты еще рекламные проекты поделаешь». Я сказал: «Я не хочу». Они сказали: «Тогда и мы не хотим».

 

JSON.TV: В Кремниевую долину удалось съездить?

 

Александр Плющев: Я был там, но независимо от «РИА Новостей». Я был там один раз, еще когда работал на «Вестях», вел передачу «Вести.net». Это была моя последняя командировка, как раз после нее меня уволили. Но это не связано никак. Там интересно, там можно было бы делать этот проект без проблем. Контента там просто завались.

 

JSON.TV: В чем феномен Силиконовой долины? Почему «Сколково» даже не приблизилось?

 

Александр Плющев: Это огромная тема, можно совершенно спокойно говорить до утра. Мне кажется, что в Силиконовой долине возникли эти условия сами по себе, возник запрос на то, чтобы высокотехнологичная отрасль где-то кучковалась. А она не то чтобы кучкуется на нескольких квадратных километрах, это не совсем так. Пешком от офиса, условно говоря, Googleдо офиса Facebook ты не дойдешь за один день. Я утрирую, но, тем не менее, я помню, как мы ездили. А они близко находятся друг к другу, надо сказать, по их меркам. Например, какой-нибудь офис Microsoft – вообще в другом штате. Там были созданы условия и даны преференции федеральными властями или властями штатов, скорее всего. Запад Америки совсем по-другому дышит, живет, размышляет, нежели Восток. Поэтому неудивительно, что там это началось. Что касается «Сколково», это был изначально искусственный проект, очевидный, чтобы показать, что у нас есть инновации. Очередная показушная вещь, на которую, мне кажется, заставили подписаться большие высокотехнологичные компании, в том числе иностранные. А поскольку это ‑ одно из условий комфортного ведения бизнеса, подписались. И пошли все, Microsoft я знаю, еще кто-то, в это «Сколково».

 

JSON.TV: То есть для России идея вообще в принципе бесперспективная? Либо по уму можно сделать?

 

Александр Плющев: Перспективная абсолютно, почему нет? Другое дело, мы к чему стремимся? Мы хотим показать, что это у нас есть, или мы хотим это создать? Создать – это другая история совсем, это довольно кропотливая работа не одного дня. Это не просто создание в одном месте какого-то кластера. Это инвестиционный климат, создание обстановки в стране в целом. Хотя бы в отдельно взятом регионе, по меньшей мере. Потому что у нас, кстати, от региона к региону по-разному с этим делом. Есть с условно советских времен предприятия, с ранних российских. Я, когда приезжаю в регионы, бывают иногда открытия. В Перми есть «Прогноз», в Новосибирске ‑ 2ГИС и так далее. В Казани сделали целый центр очень большой. И везде у нас лезет государство со страшной силой. Как только какой-то бизнес более-менее, без участия государства вообще ничего не сделаешь у нас в стране.

 

JSON.TV: С помощью лезет или с советами?

 

Александр Плющев: Оно лезет в компаньоны, как мне кажется. Я везде это вижу. Хорошо еще, что высокотехнологичная отрасль – такая, в которую силовые структуры не очень могут влезть, потому что там, кроме мозгов, ничего особо и нет. Ничего не возьмешь. Даже налаженная схема бизнеса сворачивается за один день и разворачивается за один день. Все остальное – это мозги, а с ними трудно взаимодействовать, если они не в твоей голове. Но все равно государство ставит какие-то условия или заставляет работать на какие-то свои проекты. Это дело очень наживное. Все равно бизнес будет работать с государством, так или иначе. И на государственные социальные проекты – обязательно. Но не сразу. Ему нужно самому как-то встать на ноги и закрепиться, а потом пойти. Он сам это сделает, без всякого давления со стороны, как мне кажется.

 

JSON.TV: Про регионы не забудем, тема очень важная, как раз хотел отдельно поговорить, поскольку Вы ездите довольно много в последнее время. Да и вообще обозревали стартапы и много чего. Даже премия была такая имени Александра Плющева.

 

Александр Плющев: Один раз, давно.

 

JSON.TV: «За лучшие стартапы» или что-то в этом роде.

 

Александр Плющев: Её место заняла премия Бизнес-инкубатора Высшей школы экономики «Стартап года». Я очень рад. Понятное дело, что я чисто в силу того, что я не обладаю достаточными ресурсами, не могу проводить это сам. Мне помогли один год, но потом как-то желающих больше не нашлось. Это дорогостоящее мероприятие. Даже если очень скромно все делать, если собраться в небольшой комнате или клубе и так все раздать. Это все равно стоит приличных денег.

 

JSON.TV: Насколько велика московско-питерская централизация ИКТ-бизнеса по Вашим ощущениям? Есть ли другие центры? И что происходит сейчас в регионах?

 

Александр Плющев: Очень сильная. Она, конечно, какая-то фантастическая и гигантская, потому что у нас в Москве все в основном сосредоточено. Питер, может быть, чуть-чуть. Я несколько раз ездил, там игровая индустрия, есть компании типа SPB Software, «ВКонтакте» из Питера. Есть, безусловно. Пожалуй, это два гигантских центра по меркам нашей страны. Во всем остальном его практически нет. По одному большому предприятию-лидеру. Я вспоминал 2ГИС в Новосибирске, очень известные. При этом страна разделена. Москва, Питер и так далее не знают, что такое 2ГИС. Это такая картографическая система вроде Яндекс.Карт. Плюс, условно говоря, Яндекс.Навигатор. Она, например, может ориентировать вас внутри здания. Яндекс.Карты еще не могут, а они уже могут. Но в Москве никто не знает, что такое 2ГИС. Есть Яндекс.

 

JSON.TV: Я знаю. Мне, когда я был в Питере, понадобилась карта. Она может в скачивании идти.

 

Александр Плющев: Я был в Барнауле, это не город, где разрабатывался 2ГИС. Тем не менее, вся Сибирь знает. В Барнауле я слышал рекламу на улице из какого-то репродуктора, там магазин рекламировали. И говорят: «Адрес такой-то, подробнее посмотрите в 2ГИС». То есть подразумевается, что любой человек, который слышит эту рекламу, знает, что такое 2ГИС, как им пользоваться. Как у нас сказать: «Посмотрите в Яндексе». Точно так же. Этот разрыв потрясающий. У нас так мало IT-шников, притом что кажется, что их много. Нет, их мало по сравнению с США. Так мало всей этой индустрии своей, так мало компаний, которыми мы реально может гордиться – Яндекс, Kaspersky, еще кто-то. И это остается совсем неизвестным. Есть по чуть-чуть в центрах, в регионах.

 

JSON.TV: В чем причина того, что не децентрализуется? У нас же со связью все нормально. Кстати, как у нас со связью в разных регионах? Потому что по всем сведениями у нас везде очень хорошее представление.

 

Александр Плющев: Сейчас уже получше, сейчас уже стоит проблема подключения всяких отдаленных поселков и так далее. Есть тот, кто будет смотреть нашу передачу и скажет: «А у меня на даче в Подмосковье нет Интернета». Понятно, что маленькие населенные пункты, как правило, неважно, насколько они близко находятся к большому центру, они часто страдают. Но особенно с развитием мобильной связи, LTE, такой проблемы, как была несколько лет назад, уже нет.

 

JSON.TV: И в чем причина того, что регионы отстают? Там что, мозгов не хватает? Или деньги сконцентрированы в Москве?

 

Александр Плющев: Я Вас удивлю. На самом деле, по сравнению с другими индустриями в смысле IT у нас диверсификация. Это правда. Просто если мы ее как сферического коня в вакууме рассматриваем, то это Москва и Питер, и все. И плюс какие-то разрозненные по стране точки. А если мы ее рассматриваем на фоне диверсификации промышленности и так далее, о связанности я уже не говорю, учитывая, что у нас там до определенных наших территорий нет железной дороги, например, то связанность страны в этом смысле сильно опережает другие коммуникации. Это с чем сравнивать. Для населения, которое живет там, не по качеству, а по количеству (может быть, и качеству тоже), мне не кажется, что есть сильная проблема. Хотя, с другой стороны, и Казань, и Новосибирск с его традициями, там Академгородок, Екатеринбург, наш гигантский промышленный центр, Владивосток с его ориентацией на Юго-Восточную Азию могли бы гораздо более продвинутыми.

 

JSON.TV: Так что мешает, если к вопросу вернуться?

 

Александр Плющев: Да все то же самое, о чем я говорил. Отсутствие инвестиционного климата, какого-то будущего и так далее. Огромное количество людей уезжает. Если не за рубеж, то в Москву, Питер. Тех же программистов и других сотрудников с той стороны дисплея, если можно так выразиться. Только это и все. Больше ничего, на самом деле.

 

JSON.TV: Два слова о кризисе и о санкциях. Санкции как-то влияют на то, что происходит в регионах и в Москве тоже? По рынку мы тоже спрашиваем людей, которые работают в этой области. На кого-то влияет, на кого-то не влияет, кто-то вообще только в наших условиях может существовать. Например, криптографы, у нас своя система криптографии, а самое главное, свои требования, которые проходят через это. Что происходит в связи с кризисом?

 

Александр Плющев: Я не думаю, что санкции их сильно коснулись, потому что я себе не очень представляю, чтобы они сильно кредитовались на Западе. Это самая главная санкция, отсутствие возможности взять кредиты. Что касается роста курса доллара, то, поскольку все эти компании либо на внутреннем рынке, либо экспортно-ориентированные, они практически ничего не импортируют. Оборудование – да, оборудование для них критично, но не так критично, как, например, для автосервисов, условно говоря. Потому что ты приобретаешь оборудование, оно работает какое-то время, довольно долго, и это не запчасти, которые ты вынужден все время покупать, не расходники. Мне кажется, что на них в меньшей степени влияет кризис. Наоборот, если они экспортно-ориентированные, как Kaspersky, то для него вообще, мне кажется, повышение курса доллара только пошло на пользу. Учитывая, что его основные рынки находятся не в России, я не знаю, как там по политической ситуации, не упал ли на него спрос, я не слышал о том, чтобы где-то кто-то его не устанавливал или его запрещали. И если на него не упал спрос, то мне кажется, что такие компании как раз в выигрыше. Тот же Яндекс, я не думаю, что сильно страдает от кризиса. Не слышал, чтобы у них, например, были какие-то сокращения в отличие от нашей отрасли СМИ.

 

JSON.TV: Кстати, Яндекс или Google? Раз уж об этом речь пошла, теперь о личных пристрастиях профессиональных.

 

Александр Плющев: И то, и другое, на самом деле. Например, какие-то вещи в западном Интернете мне, конечно, легче найти в Google. Я все равно обычно начинаю с Яндекса, я так привык, если я сижу за лэптопом. Но если я ищу на мобильном устройстве, то та операционная система, которая вшита в браузер. Я в браузерной строке набираю запрос, и если там вбит Google, значит, вбит Google. Если нет – Яндекс. В принципе, я не вижу какой-то серьезной разницы, я просто привык больше к Яндексу, я им и пользуюсь.

 

JSON.TV: С Android-устройствами как раз эта проблема. Ну, или не проблема. Проблема, возможно, для Яндекса. Потому что вшитые браузеры и многие другие вещи немножко склоняют баланс сил в пользу Google в этом великом противостоянии на территории России. Кто, Яндекс или Google возьмет верх?

 

Александр Плющев: Яндекс уже долгие годы сопротивляется экспансии Google. У нас одна из редких стран, где это вообще происходит. Где есть собственный поисковик, и где он удачно конкурирует и так далее. Потому что мы сильно завязаны на языке, а у них отличные специалисты по морфологии и реально огромный опыт, гигантская экспертиза. Я думаю, что у Google сейчас большое преимущество в связи с мобильными устройствами. Он делает большие шаги вперед. Это не значит, что Яндекс это вот так пропустит. Известно, что у него есть собственные разработки. И Яндекс.Кит – это такой специальный Android для аппаратов. И некоторые производители выпускают на нем. Я не скажу, что они гигантским каким-то успехом пользуются. Потому что, мне кажется, пользователь не очень понимает, зачем ему с каким-то специальным Китом покупать, кашалотом. Но, тем не менее, Яндекс не сидит на месте. Очень умные, креативные ребята, они не будут это просто так терпеть. Это большая конкурентная борьба, это огромный кусок, огромные деньги. Я, например, не удивлюсь, если Яндекс, условно говоря, купит какого-нибудь производителя мобильных телефонов. У него есть на это деньги, он может вполне это сделать. Какого-нибудь китайского. И будет производить свои телефоны, которые будет продавать по бросовой цене, но ты там не сможешь установить Google, например. Или сможешь, но с какими-то там закорючками. Как делает Amazon в Kindle? Ты покупаешь устройство, которое стоит ниже собственной себестоимости, но ты можешь покупать книжки только в Amazon. Такая же история и здесь может быть. Я не удивлюсь, если так произойдет, как не удивился совершенно в свое время, что Microsoftкупил Nokia. Так и здесь, мне кажется, почему нет?

 

JSON.TV: Серия вопросов: что новенького? Что самое важное в железе появилось за последнее время? Куда идет мир?

 

Александр Плющев: Мне кажется, самое главное, это то, что не появилось в железе. В том смысле, что до сих пор какая-то есть пробуксовка, не так все быстро развивается с очками, это про Google. Очки Google, все что-то ждали их, ждали, и вроде бы в этот год, и как-то все потихоньку отходит. Их в одной стране запретили, в другой стране. И сам Google как-то не торопится их выводить на рынок.

 

JSON.TV: Он же объявил, по-моему, о второй серии очков? А о первой забыли.

 

Александр Плющев: Как-то все пробуксовывает с этим. То есть первая еще не вышла, поносили там какие-то люди, которым дали.

 

JSON.TV: Признали, ошибка была.

 

Александр Плющев: Значит, это направление не то чтобы не так перспективно, но не так легко осваиваемо. И это, мне кажется, одна из главных вещей. По железу сейчас, мне кажется, уже мало кто смотрит на смартфоны в смысле передовых разработок, потому что мы даже понимаем, что пятый iPhone от шестого не очень сильно отличается. Нет никаких революций, и ожидать их в ближайшее время не приходится. Носимые устройства: все ждут часов от Apple в апреле. До этого вышли несколько похожих устройств от Samsung. Я вот только что написал, я в полном восторге от «умного» браслета Sony (у них есть и часы, и браслет, чтобы не путали), по которому можно говорить по телефону, и ты слышишь. Это впечатляет. Конечно, всякие разработки, касающиеся здоровья – всякие датчики и так далее. Они рано или поздно все равно все мигрируют внутрь смартфона. Смартфон постепенно вытесняет очень многие устройства. Это давняя тенденция, но сейчас он стал заменителем практически всего. Фотоаппарат уже мало кто носит с собой, навигатор отдельный тоже мало кто покупает. Смартфон или планшет – все таксисты ездят с планшетами. Специальные навигаторы мало у кого есть. Сейчас такая же судьба ждет видеорегистраторы, очень модные ныне. Я уже не говорю про давным-давно помершие пейджеры. Он продолжит замещать эти устройства, некоторые нам будут удивительны. Например, фонарик, очень важно. Сильно условно говорю, например, зубная щетка или термометр, которым мы меряем температуру тела. Конечно, это все тоже очень быстро заместится в какое-то время. Это нас ждет.

 

JSON.TV: Что новенького на рынке связи? Как поживает большая тройка, и чем пользуетесь лично? Кто из операторов предоставляет наилучшие услуги с точки зрения активного пользователя?

 

Александр Плющев: На самом деле, я не пользуюсь всеми. И теперь у нас вроде бы не тройка, а четверка. Yota прибавилась, хотя она полу-МегаФон.

 

JSON.TV: Когда говорят о четверке, чаще вспоминают о сотрудничестве Tele2 с «Ростелекомом» как возможный вариант пришедшего оператора.

 

Александр Плющев: Tele2 и «Ростелеком», да, но его пока нет в Москве, поэтому пока трудно оценить, трудно назвать это четверкой. Москва все-таки, при всем уважении к региону, это гигантский рынок. Я не могу оценить, я живу тут. Ждем пятого, придет, конечно. Пустят рано или поздно. Кто из них лучше, не могу сказать. Я сижу на «МегаФоне», так исторически сложилось. Вообще, Москва – это безобразное место для оценки качества связи, потому что вечером в людных скоплениях, особенно где-нибудь у метро или в метро, вообще нереально абсолютно соединиться. С другой стороны, у нас, в отличие от многих городов мира, я уже молчу про Россию, есть wi-fi в метро, и очень неплохой. Можно к нему предъявлять претензии – в одном вагоне не работал, в другом было медленно. На самом деле, в 80% случаев он работает здорово, и это отличный проект. Что касается именно телефонной связи – сейчас многие используют Yota. Я не знаю, я использую ее только для Интернета, потому что мне телефонной, в принципе, хватает «МегаФон». У меня есть еще «Билайн». МТС никогда не использовал. Не знаю, что сказать. В Москве все ужасно. Как выезжаешь куда-нибудь в регион – и слышно все хорошо, и связь не прерывается, и Интернет летает – непонятно. Здесь и частоты плохие, и здания очень мешают. В Нью-Йорке такая же история, между прочим.

 

JSON.TV: Что новенького в содержании, в контенте в Интернете? Что нового появляется и как чувствует себя российское интернет-сообщество блоггеров и так далее?

 

Александр Плющев: Про блоггеров точно ничего не скажу. Оно как-то разделилось на тех, кто наигрались в блоггинг, вроде меня, и используют его чисто как склад, чтобы не забыть, как нетворкинг, поддержание связи и так далее, и тех, кто превратил это в работу, наживу. Это стал совсем неинтересный сегмент. Там одни платные публикации, как правило. А платят, как правило, те, о чем читать не очень интересно. Это не всегда так, иногда платные публикации, платный контент бывают весьма интересны. Но в 90% случаев деньги готовы заплатить за продвижение в Интернете те, кто как-то не очень здорово продвигаются сами. Увы, такой парадокс. С удовольствием бы заработать на том, что интересно. Но приходится писать черт знает о чем у этих людей. Что касается того, что нового в контенте. Тут трудно сказать, потому что контент особо не меняется. Видео, тексты и так далее.

 

JSON.TV: Скорее, тексты. Интернет-мемы появлялись чуть ли не каждую неделю, в общем-то, активно. Сейчас что-то в последнее время не слышно. Или я не прав?

 

Александр Плющев: Это абсолютно так. Потому что сытые развлекательные годы сменились военными и голодными. И сейчас если Вы посмотрите, везде так или иначе эта Украина, политика. И там особо не до мемов. Хотя и не без этого. Один из них – веселый coub с тем, как отодвигают стул у Путина – родился прямо на этих переговорах, 12-го числа. Есть и такое. Просто акценты несколько смещены. Я бы обратил внимание на то, что форма изменилась. Лонгриды появились, когда ты читаешь и вынужден все время кликать страничку за страничкой, они маленькие, с картинками и так далее. Потому так лучше продается и это считается «более современной», более молодежной формой. Мне кажется, что первый аргумент – что продается лучше, в смысле, больше рекламы ты покажешь. Он здесь большее значение имеет. Мобильный контент стал. У меня появился не очень большой телефон, экран 4,5 дюйма, у меня были побольше до этого. И я смотрю – у них текст не оптимизирован под это дело. Я вынужден то так сделать, то так, то куда-то его отправить, то где-то скопировать. Я уже отвык от этого. Все должно быть оптимизировано, чтобы я мог увеличить, чтобы мои глаза не напрягались. И это очень важно. Люди все читают, все смотрят на мобильных устройствах в основном. Уже мало кто сидит за компьютером. Меня недавно спросили: «А на чем ты кино смотришь на Mac, каким плеером?». Я задумался и понял, что я кино на Macсмотрел года два назад последний раз. Все время на каких-то мобильных устройствах. Или ты уже выводишь себе на телевизор нормально и смотришь.

 

JSON.TV: Новые контентные проекты какие-нибудь впечатляют? Мне на память только «Медуза» приходит, родившаяся из «Ленты». Что-то есть еще важное на этом рынке? Как оцениваете появление «Медузы»? Насколько она вписалась и выполняет свои задачи?

 

Александр Плющев: «Медуза» – они молодцы, и продвигаются здорово, и в журналистском плане, и в Интернет. Они современные, красивые, вообще отличные. Что здесь скажешь? Кроме них – Кашин, который из одного имени себя сделал СМИ. Это то, что не получалось у многих людей. Может быть, в некоторой степени и меня, но у Кашина было гораздо больше стимулов к этому. У меня-то есть работа, а он в изгнании. Поэтому он большой молодец. То, что получилось – хорошая вещь. Slon с «Быстрым Слоном» – вполне интересная штука. И всякие молодежные вещи. Я их «молодежными» очень условно называю. Типа AdMe, тоже построено по тому же принципу. Стали довольно интересными даже довольно старые проекты, которые считаются довольно пошлыми при этом и как бы их даже упоминать, может быть, не очень здорово, типа Fishki.net. Они стали поумнее, поинтереснее. Потому что совсем дебильный пользователь, просто тупо гыкающий над картинами, вырождается. Поэтому не только новые появились, но и качество некоторых старых улучшилось. Мне кажется, это залог выживания.

 

JSON.TV: Напоследок: Роскомнадзор хорошо порезвился на просторах Рунета? Либо его деятельность все-таки ограничена и пока не влияет на сущность информационных ресурсов?

 

Александр Плющев: Мне кажется, Роскомнадзор внес огромный вклад в образование российского населения. Во всяком случае, его части. Раньше, если я давал какую-нибудь ссылку где-нибудь на заблокированный или впоследствии заблокированный Роскомнадзором ресурс, у меня было гигантское количество комментариев, ощутимое: «я не могу посмотреть», «это заблокировано», «зачем давать ссылку на заблокированный ресурс и все такое». Сейчас таких практически нет. Люди обходят блокировки совершенно спокойно. Они научились это делать, это совсем несложно. Их не прижмешь к ногтю, не заставишь смотреть то, что хочешь смотреть. Я бы тут разделил. Одно дело, ты запрещаешь показывать информацию, это то, что делает Роскомнадзор. Но нельзя запретить смотреть информацию. Это то, что Роскомнадзор еще не может делать ни по закону, ни по Конституции. И поэтому его деятельность внесла такой вклад. Да, потеряли что-то издания, например, «Грани.Ру», которые вечно заблокированы. С одной стороны. С другой стороны, если бы они хотели, и был бы интерес со стороны пользователей ответный, как это происходит с сайтом Навального, то им никакие блокировки были бы не страшны. Я думаю, если они будут продолжать в том же духе, у нас население еще лучше в этом смысле будет образовано.

 

JSON.TV: Самое последнее: личные гаджеты. Я понимаю, что это срез на сегодняшний день, потому что много всего проходит через руки, в том числе и как обозревателя. Чем пользуетесь сегодня?

 

Александр Плющев: У меня iPhone6, Mac. Я один раз как-то переключился с Windowsна Mac, мне подарили лэптоп, тогда еще MacPro. Сейчас это MacAir, 13 дюймов. Я, скорее, дома его использую. Редко куда-то таскаю с собой. Для того чтобы таскать, лучше 11.

 

JSON.TV: То есть домашнего стационарного нет?

 

Александр Плющев: Нет, давно уже нет. Как только появились лэптопы, я сразу понял, что квартиры-то у нас маленькие. И если ты где-то сидишь, ты непременно кому-то мешаешь. А с лэптопом ты можешь куда-то уйти, пойти в кафе. И это очень удобная для нас штука. Помимо этого, у меня сейчас SonyXperiaZ3, последний их флагман. Androidу меня. У меня Lumia 930, соответственно, WindowsPhone. То есть все три системы у меня так или иначе есть, я что-то там смотрю, испытываю, пробую, и все они очень интересные. Часы, браслет SmartBand, сониевские, очень забавные. Всякие уведомления о письмах и всем прочем. И наконец-то у меня появились часы. Собственно, наверное, и все. Может быть, какие-то аксессуары. Конечно, iPad. iPad я использую точно так же, как Вы, когда веду передачи, только мини. Еще я на нем смотрю кино. Я ехал сюда на метро, смотрел кино на нем.

 

JSON.TV: Фотоаппарат – про пейджер, конечно, не спрашиваю – встроенный в камеру? Что с фотоаппаратом?

 

Александр Плющев: Не только. Я раньше выпендривался: «Я только iPhone, я будут прям вот такой блоггер, такой высокотехнологичный, и всё». На самом деле, иногда, особенно когда пишешь о гаджетах, требуется. Я не беру чужие фотографии, хотя можно в Интернете набрать, но зачем, если ты можешь сам сфотографировать? У жены какой-то простой Canon550, а у меня остался после теста Tamron объектив универсальный, он помогает. В этих случаях я его использую. Куда-то с собой в поездку – нет, это очень тяжело. У меня еще есть Android-аппарат от Samsung, это очень интересная разработка в том смысле, что у него есть хороший зум, неплохая оптика для мыльницы, и ты можешь с него прямо отправлять фотки. Ты не можешь с него звонить, но можешь отправлять фотки в Инстаграм. Довольно интересная штука, это просто по описанию, но довольно интересно, когда ты держишь это в руке. Тем же iPhone ты не можешь снять что-то на высоте и в деталях, чтобы показать. Человек залез на крышу. Ты на iPhone снимешь, он будет такой маленький или зернистый.

 

JSON.TV: Для видео – фото или что-то свое?

 

Александр Плющев: Для видео – iPhone. И интервью я все пишу, и звук, и видео. Я придумал жанр, называется селфи-интервью. Еще один гаджет, или аксессуар, ‑ палка для селфи. Это хорошо для группового селфи, потому что много народа влезает. Штативчик небольшой. Но у нее есть отличная особенность, о которой мало кто знает: ты точно так же можешь управлять ей как фото, так и видео. Неважно, кнопка затвора срабатывает, и все. И я подумал: «А почему бы не делать селфи-интервью»? Раньше я просто снимал человека или ставил на штатив. Он один был. Теперь я к нему присоседился в кадр, что приятно всегда. И вообще, это как-то интересно, когда два человека и можно полетать камерой туда-сюда. Это, конечно, ерунда, никакой это не жанр, но я смотрю, почти никто это не использует, я особо не видел. И снимаю в поездках, если кого-то интересного встречаю, селфи-интервью. И звук, и видео iPhone пишет отлично для таких целей. Когда я в «РИА Новостях» работал, мы и передачу снимали частично на камеру. Их несколько стояло, и одна из них – iPhone. И с iPhone одни из самых лучших были съемок.

 

JSON.TV: Спасибо! Я напомню, что гостем студии JSON.TV был Александр Плющев, интернет-обозреватель, блоггер и прочая, прочая. Счастливо всем!