×

22 Сентября 2014 10:07
1740
0

Суть проекта «Мохнатый сыр» – создавать СМИ на деньги клиента и по его заказу на базе социальных сетей, заявил учредитель агентства – известный стартап-менеджер Антон Носик. Это продвижение через создание своих мета-СМИ, как мы их называем. При этом у нас появляются деньги для собственных проектов.  Пример – «Образовач», сообщество, посвященное достижениям современной науки на платформе ВКонтакте. Там сидят те люди, из которых вскоре будет состоять экономически активное население России.

 

В эксклюзивном интервью для JSON.TV Антон Носик сказал, в частности, что журналистика только тогда имеет право на существование, когда является частью бизнес-пейзажа. Он не может брать деньги на издание у спонсора или благодетеля, а СМИ не должно поворачиваться задницей к своему читателю.

На медийные проекты с амбицией быть вторым «Коммерсантом» денег не дадут, поскольку там присутствуют политические риски. По словам Носика, у него не было таких задач. Он намеревается делать проекты, штат которых составляет от 6 до 10 человек.

 

Проектов, похожих на Lenta.ru, Gazeta.ru или Newsru.com не будет, утверждает Антон Носик. То, что создается сегодня, должно выглядеть, как продукт, который создается сегодня. Многое поменялось в повадках людей, странно было бы этого не учитывать.

 

В планах Носика – создание в ближайшее время нескольких проектов, в том числе видеопортала коротких роликов. Для того, чтобы оставить реплику в соцсетях или поделиться фоткой, считает он, не нужны 4G и LTE. Это все нужно для того, чтобы прокачивался видеоконтент.

 

В программе Антон отвечает также на вопросы о китайской модели интернета, о рейтинге медийных ресурсов, о перспективах регистрации в качестве СМИ своего блога.

 

 

Справка JSON.TV

Носик Антон Борисович. Родился 4 июля 1966 г. в Москве. Высшее образование – медицинское (МГМСУ - Московский государственный медико-стоматологический университет). В 1986 году впервые увидел PC, в 1987 друзья-кооператоры стали торговать компьютерами, а в 1988-м в Берлине купил первый собственный компьютер. В 1991 г. учредил в Израиле компанию по веб-разработке. Работал в Рамблере, консультировал Яндекс и SUP. Учредитель благотворительного интернет-фонда Pomogi.org. Выиграл Кубок Яндекса по поиску в 2001 г.

 

Полная расшифровка интервью:

 

JSON.TV: Всех приветствую! Сегодня JSON.TV в гостях у блогера, стартапера, предпринимателя и просто человека Антона Носика. Добрый день, Антон!

 

Антон Носик: Добрый день!

 

JSON.TV: Антон принимает нас в своем рабочем помещении, не обращайте внимания, что оно такое, оно еще восстановится. Не просто openspace, как это принято, это openair, можно сказать. Это все, чего вы добились пока в вашем новом проекте?

 

Антон Носик: Там ниже находятся несколько офисов, в которых сидят мои сотрудники и делают волшебные штуки.

 

JSON.TV: О волшебных штуках, сотрудниках и о прочем мы еще поговорим, а сначала небольшое вступление. Посмотрим данные, которые есть в интернете, соответствуют ли они действительности. Родился 4 июля 1966 года в Москве?

 

Антон Носик: Все правда.

 

JSON.TV: Учеба была в третьем Медицинском?

 

Антон Носик: Так точно.

 

JSON.TV: Больше не пригодились нигде в жизни медицинские навыки или пригодились?

 

Антон Носик: Ну, так, время от времени. В самолете кому-нибудь плохо станет.

 

JSON.TV: Доводилось в итоге?

 

Антон Носик: Да.

 

JSON.TV: Дополнительное обучение было где-то? По интернет-делам?

 

Антон Носик: Я учусь всю жизнь, но не гонюсь за корочками, поэтому свидетельства дополнительного образования у меня нет.

 

JSON.TV: Знакомство с компьютером когда произошло?

 

Антон Носик: В 86-м году я впервые увидел PCв подвале 33-й городской больницы, где в то время проходило мое обучение. В следующем году уже мои друзья начали ввозить компьютеры из заграницы, ранние кооператоры, а в 88-м году я уже сам поехал в Западный Берлин, привез себе оттуда компьютер и с тех пор с ним не расставался.

 

JSON.TV: Когда IT-бизнес или что-то связанное с ним стало бизнесом, работой для вас?

 

Антон Носик: В 91-м году я учредил компанию в Израиле, которая занималась тем, что сейчас называется веб-разработкой, а тогда называлось дизайном, потому что сама идея разработки не была так понятна.

 

JSON.TV: Вы вернулись в Россию в 97-м, если мне память не изменяет?

 

Антон Носик: Да, в марте 97-го.

 

JSON.TV: И сразу взялись за работу, практически сразу появились те ресурсы, которые смотрел сегодня по «Медиалогии». Среди пяти наиболее цитируемых четыре ваших, к которым имели отношение «Лента», «Газета», «Вести», News.ru и БФМ, к которому они тоже имели самое непосредственное отношение где-то в конце двадцатки самых цитируемых ресурсов.

 

Антон Носик: Это приятно.

 

JSON.TV: Какие проекты были, которые хочется отметить? Работа в «Рамблере», например?

 

Антон Носик: В «Рамблере» я работал чиновником. Это не мной созданный проект, я еще и «Яндекс» консультировал в другие годы, и в компании СУП работал, которая владеет ЖЖ. Это не так интересно, потому что это не про создание чего-то своего, а из чего-то своего хочется отдельно отметить благотворительный интернет-фонд Помоги.org, который, в общем, являлся отправной точкой для огромной на сегодняшний день индустрии интернет-благотворительности, вернее, для ее цивилизованной части.

 

JSON.TV: Есть и награды от интернет-сообщества, по-моему, Кубок «Яндекса» в каком-то далеком 2001-м или около того?

 

Антон Носик: Да, когда «Яндекс» запустил этот Кубок, я в тот момент был президентом «Рамблера», и было делом чести прийти и выиграть его.

 

JSON.TV: Это был кубок по поиску в Интернете?

 

Антон Носик: Да.

 

JSON.TV: И примерно 2009-й год за ресурс, название которого по-русски произносить, в общем-то, может быть, не очень и прилично, WhoYOUgle. Жив еще ресурс? Работает?

 

Антон Носик: Да, был такой ресурс. Он сейчас немного в замороженном состоянии.

 

JSON.TV: Это не из самых больших побед в жизни в смысле вот этих стартапов?

 

Антон Носик: К сожалению, нет.

 

JSON.TV: В июне этого года, то есть совсем недавно, после ухода значительной части редакции из Lenta.ru, вы заявили о том, что создаете свой холдинг. Довольно громко об этом заявили, насколько я понимаю, здесь, в помещениях под нами, где мы сидим, часть этого холдинга и находится. Какие из его элементов уже запущены, о чем идет речь?

 

Антон Носик: Речь идет о том, что в Lenta.ru работало 83 человека, из них трех человек: Галину Тимченко, Юлию Миндер и Илью Азара — собственник 12-го марта уволил своим приказом, а из оставшихся 80 человек 75 в следующие дни подали заявления об увольнении. Это, на мой взгляд, был в высшей степени достойный поступок, беспрецедентный в истории российской журналистики, так как обычно первых лиц снимали, а те, кому это не нравилось, просто огорчались и провожали их взглядом, максимум приезжали к ним в гости рассказать, какие дела без них происходят. А тут люди встали и ушли, ушли абсолютно в никуда, без всякой компенсации, не строя до этого никаких планов по поводу того, чтобы работать где-то в другом месте. Люди, у которых семьи, которые надо кормить, у которых ипотека, у которых съемные квартиры в Москве. Просто им было невозможно работать в ситуации, когда издание «обезглавили». Тушка курицы без головы, быть в ней перышком для них было ниже достоинства, потому что это профессионалы, они более-менее понимали, что без работы не останутся. Классная команда. Такой второй команды в истории российского интернета не было.

 

JSON.TV: Надо уточнить, что значительную часть этой команды вы знали еще с 90-х годов.

 

Антон Носик: Какую-то часть команды я знал с 90-х годов, в частности, тех, кого собственник уволил, Юлию Миндер, которая, кстати, здесь сидит тоже у нас на втором этаже, и Галину Тимченко, но основную массу составляли все-таки сотрудники, нанятые в нулевые-десятые годы, люди, с которыми я мало пересекался или совсем не пересекался в мою бытность главным редактором и генеральным директором этого издания. Но я потреблял их продукт, я был постоянным читателем Lenta.ru и, естественно, когда услышал о том, что все эти люди ушли в никуда, понял, что моя пенсия и мой отпуск закончились и что мне нужно срочно ехать в Москву, знакомиться со всеми этими людьми и учреждать с ними какие-то новые ресурсы.

 

Антон Носик: Насколько я понимаю, кроме своего фонда вы же благотворительностью не особенно занимаетесь в отношении журналистов, по крайней мере, в то время как многие закрывают свои ресурсы, переводят их на другие основы, сокращают и т. д., вы решили запустить целый холдинг. Есть ниша для какого-то медийного контента? Для чего есть ниша сейчас на рынке?

 

JSON.TV: Безусловно, я считаю, что журналистика только тогда имеет право на существование, когда она является частью бизнес-схемы, бизнес-пейзажа. Я абсолютно не верю в возможность профессионального журналистского издания, профессионального СМИ выживать в условиях, когда денег на это СМИ не приносит читатель, когда деньги на это СМИ нужно брать у какого-то хозяина, спонсора, благодетеля. Я считаю, что независимая журналистика и современная журналистика так строиться не может и не должна. В государстве Израиль, например, существует закон, который запрещает выступать учредителями СМИ политическим партиям. То, что всегда было нормой жизни в Советском Союзе, что правительство бывает только по большому счету партийное, в Израиле такая практика просто вне закона. Почему? Потому что партия не является коммерческой организацией, она не может издавать эту газету с целью прибыли, а если это не с целью прибыли, значит, это с целью пропаганды. Если это с целью пропаганды, значит, это не газета. Пропаганда — это не только тогда, когда государство ставит задачи и финансирует их из бюджетных средств, пропаганда — это когда не просят завоевывать читателя, от тебя не просят становиться успешным рекламоносителем, а вся задача, которая перед тобой стоит, — это озвучивать определенные политические взгляды. Я считаю, что это недопустимо даже из самых благих побуждений, даже если это прекраснейший журналистский коллектив, даже если это люди, к которым я хорошо отношусь и которых я уважаю. Если они не борются за свое место под солнцем в экономическом смысле, если они не заточены на создание такого СМИ, которое имеет большую аудиторию или дорогую аудиторию и может быть через это монетизировано, значит, они просто теряют хватку, теряют квалификацию и скатываются в какую-то секторальность, они поворачиваются задницей к своему читателю, а это никакое СМИ позволить себе не может. Поэтому, естественно, когда я говорил о том, что буду создавать проекты с этими людьми, я имел в виду такие проекты, которые коммерчески состоятельны, коммерчески осмысленны, и важно, что в каждом из этих проектов у людей будет доля, у тех сотрудников редакции, которые заняты в этом проекте, будут акции этих предприятий. Это очень важно именно с учетом того, что случилось с Lenta.ru, когда пришел некий человек, который в своей жизни не вложил в Lenta.ru ни одной копейки (давайте все-таки понимать, Lenta.ru была прибыльной, приносила 240 миллионов рублей в год), в рамках сделки с предыдущим собственником получил «Ленту» в управление и сказал: «Я тут хозяин потому, что на меня все акции оформлены». Значит, на будущее мы должны это учесть, значит, в будущем все акции не должны быть оформлены на денежный мешок, который не имеет никакого отношения ни к традиции издания, ни к культуре издания, ни к идеологии издания, ни к редакции. У редакции должен быть пакет, я для себя его определил в минимум 30 % в любом предприятии, которое я создаю.

 

JSON.TV: Кто дал начальный капитал на этот стартап? Наверняка ваших денег, может, и хватило бы, но никто не действует в одиночку. Сейчас все говорят, что деньги, кроме как в кругах администрации президента либо губернаторов, найти достаточно сложно на медийные проекты.

 

Антон Носик: Естественно, если мы говорим о медийных проектах с амбицией быть вторым «Коммерсантом», вторыми «Ведомостями», третьим РБК, конечно, на такие проекты, думаю, и губернаторы побоятся давать, так как такого рода проекты — это в первую очередь политические риски. Поскольку я был свободен в выборе, поскольку я был свободен выбирать жанр и формат и т. д., то у меня не было проблемы, что я сейчас должен найти денег на вторую газету «Ведомости»

 

JSON.TV: И на вторую Lenta.ru не было таких амбиций и задач?

 

Антон Носик: И на вторую Lenta.ru, а Lenta.ru, как я уже сказал — это 83 сотрудника. Это гигантское по оборотам предприятие с миллионами долларов в год, которое съедает только фондом оплаты труда и арендными ставками. Я понимаю, что поднять такие деньги абсолютно нереально, но, что для меня гораздо важнее, даже если б их реально было поднять, то их нереально окупить в обозримых перспективах, поэтому я стал делать проекты, штат которых от 6 до 15 человек.

 

JSON.TV: Сейчас о них поговорим, еще два слова о Lenta.ru. Галина Тимченко ушла, многие подозревали, что рыночная модель сработает таким образом, что с уходом хороших журналистов и руководителя, соответственно, и прибыль, и объемы смотрения снизятся. Я смотрю по рейтингу, по тому же индексу цитируемости на том же самом первом-втором месте делит с РБК и по общему объему, насколько я понимаю, тоже не падает на первых местах. Что случилось? Нет запроса на качественную, на независимую журналистику? Вообще, произошло ли что-то с Lenta.ru?

 

Антон Носик: Когда вы смотрите на ракового больного, который только что вышел с химиотерапевтической процедуры или через пять минут туда зайдет, если вы просто человек и он просто человек, и он не на каталке, то вы ничего не заметите, потому что этот рак у него внутри. Когда смотрит на этого же ракового больного врач, даже необязательно онколог, даже врач общего профиля, он замечает какие-то вещи, которые на первый взгляд могут быть не замечены. Разумеется, пресс-служба холдинга, в составе которого разлагается труп Lenta.ru, очень радостно машет у всех перед носом данными «Медиалогии», свидетельствующими о том, что Lenta.ru сохранила первое место. Разумеется, если вы читаете пресс-релизы «Рамблера» про эту «Медиалогию», то вы можете в них поверить. А если вы просто сделаете один шаг на сайт «Медиалогии», то вы увидите, что в январе этого года (январь — это не очень напряженный с точки зрения медийности месяц) на Lenta.ru было 9 тысяч ссылок, а сейчас 4 тысячи. Это значит, что у нас падение в два с лишним раза фиксирует та самая «Медиалогия», которой они гордятся. Разумеется, аудиторию, конечно, живую аудиторию, живое лояльное ядро можно заместить любым покупным трафиком, и, учитывая, какое количество денег они теперь экономят на зарплатах, то, конечно, все эти деньги можно направить на покупку трафика, в том числе и в странах дальнего зарубежья, в том числе и реально массово. Но когда вы смотрите на поведение аудитории, когда вы смотрите на глубину просмотров, на переходы из социальных сетей — это показатель живого интереса. Там падение в 3-4 раза переходов из «Твиттера» и в семь раз переходов из «ВКонтакте». Это довольно ощутимые показатели. Понятно, что можно купить аудиторию взамен ушедшей и показать, что у тебя в абсолютных цифрах ничего не изменилось, хотя изменилось, конечно, потому что 3,5 миллиона в суточной аудитории, которую «Лента» имела в марте, она не будет иметь больше никогда, но дело не в этом. Март можно списать на украинские события, хотя я не припомню, чтоб украинские события вообще закончились. Я думаю, что на украинские события можно было бы списать трафик апреля, мая, июня, июля, августа. Дело не в этом, дело в том, что нынешний состав редакции не запрограммирован на производство качественного и оперативного контента, собственно, не в этом состояла его задача.

 

JSON.TV: Остается вопрос: качественный и оперативный контент востребован на рынке именно или востребован только некой узкой группой специалистов, которые этим интересуются?

 

Антон Носик: Это очень хороший вопрос. Узок круг этих революционеров, страшно далеки они от народа. Какой процент населения России ел хамон? Вот это все, что на самом деле есть. Спрос на невкусную здоровую пищу тоже прослойка ничтожная, а основная масса… Нет, на самом деле суровая правда состоит в том, что «ножки Буша» являются кормовым компонентом, подмешиваемым вообще во все сорта дешевого мяса, как раз которые основная масса россиян ест. Если начать разбираться, куда входят ингредиенты, запрещенные в российском сыроварении, в выращивании так называемого российского лосося из мальков, извиняюсь, норвежских. Та же самая история и с качественным контентом, с качественными медиа. Да, можно думать, что качество Lenta.ru в первую очередь оценивали мониторщики других СМИ, которые черпали оттуда информацию, но, если их лишили этого сырья, народу-то что кушать? Конечно, понятно, что сейчас основное содержание сообщений медиа — это фашисты, фашисты, фашисты, укрофашисты, укропы, ненавидим, хунта, — это все дебилизирует не столько читателя, сколько автора. Читатель в какой-то момент захочет спросить: «Ну хорошо, про укрофашистов я уже сегодня с утра 15 раз прочитал, как лютует хунта в Киеве, я прочитал, про конец украинской экономики я прочитал, шпроты где?» Вот на этот вопрос, к сожалению или к счастью, как угодно, на вопрос, где шпроты, не умеет ответить международное информационное агентство RussiaToday.

 

JSON.TV: Еще короткий вопрос вдогонку к «Ленте». Галина Тимченко, ходят слухи вокруг ее проекта с Ходорковским, неком возрождении Lenta.ru за пределами России. Как вы оцениваете перспективы, будет ли оно востребовано, будет ли оно коммерчески удачным? Может ли быть?

 

Антон Носик: Галя очень много раз говорила, что для возрождения Lenta.ru нет места, что то, что кончилось, то кончилось. Если что-то делать, то качественно новое, и в этом смысле я ей абсолютно верю и, кстати, с ней совершенно согласен, так как возрождение того же самого в тех же формах было бы игнорированием того факта, что то самое в тех формах все-таки мы с Лебедевым создавали в 99-м, а всякие перестройки и переоборудования происходили в 2004, 2012 годах. То, что создается сегодня, должно выглядеть как продукт, создаваемый сегодня. Как продукт, учитывающий то, как все поменялось и с 1999, и с 2004, и с 2012 годов. Поменялось очень многое в поведении людей, в вопросах людей, в повадках людей, в их взаимоотношениях с информацией. Очень многое поменялось, и очень странно было бы этого не учитывать.

 

JSON.TV: Теперь, собственно, к вашим проектам, которые вместе с людьми с бывшей Lenta.ru осуществляются. Первый, о котором объявлено, — это «Мохнатый сыр». Сразу спрошу, медийные проекты похожи, хотя бы отдаленно, на News.ru, «Ленту», «Газету» будут или не будут?

 

Антон Носик: Похожих не будет. Будут на схожих принципах основаны.

 

JSON.TV: То есть какие-то контент-проекты все-таки будут?

 

Антон Носик: Нет, «Мохнатый сыр», кроме того, что он продает определенного рода услуги коммерческим клиентам, тут важно понимать, в чем состоит услуга. Услуга состоит в создании некоего СМИ. Просто на деньги клиента и его информационного материала и на платформе социальных медиа.

 

JSON.TV: То есть это не только продвижение в социальных сетях?

 

Антон Носик: Это продвижение через создание собственных, как мы это называем, метаСМИ. Это по большому счету не средства массовой информации, существующие для того, чтобы насосать большую аудиторию и продать рекламу, а некое метасредство массовой информации, сверхзадача которого — привлечь внимание к своему издателю, к своему создателю. Это то, чем мы занимаемся за деньги клиента. Но при этом у нас от клиентов есть свои деньги, на которые мы занимаемся созданием своих собственных проектов, контентных, не имеющих никакого клиента, кроме нас самих, никакого заказчика, кроме своего создателя. И примером первого такого проекта я могу привести «Образовач». Это сообщество, посвященное достижениям современной науки, в целом образованию в этой сфере, на платформе «ВКонтакте». Это платформа, про которую многие ошибочно думают, что там вообще ничего не происходит. Многие люди старшего возраста, которые там не зависают, считают, что там ничего не происходит, кроме студенческого трепа «кто идет за Клинским» и обмена пиратскими музыкой и видео. На самом деле ничего подобного. Там сидят все те люди, из которых будет состоять экономически активное население России в ближайшие двадцать лет. И это совершенно нормальные люди, у которых есть любые запросы, в том числе и новостные, и культурные, и научные. И на этом сообществе действует осиротевшее, лишившееся информационного партнера в лице «Лента.ru» сообщество «Лентач», у которого 560 000 подписчиков. Это люди, которые узнают из этого сообщества новости и на основе этих новостей создают свой собственный креатив.

 

JSON.TV: Как бизнес это работает? Возможно монетизировать каким-то образом? Либо деньги, заработанные в одном месте, потом отправляете в другое?

 

Антон Носик: Ну, об этом как бы не обязательно думать, потому что есть некоторые железные непреложные законы этого рынка, которые говорят, что если товаром является внимание читателя, то рано или поздно за узлом, в котором сосредоточено это большое количество внимания, придут интересующиеся: «Как бы у вас здесь рекламу разместить?»

 

JSON.TV: То есть конечная модель тоже рекламная?

 

Антон Носик: Нет, это не значит, что в этом состояла цель существования. «Лентач» — проект абсолютно общественный, им занимаются люди, ни один из которых не получает зарплату. «Лентач» — это продукт творчества нескольких десятков добровольных модераторов и редакторов и нескольких тысяч людей, которые присылают туда свой контент для публикации. Так что в этом смысле «Лентач» — это проект общественный, а «Образовач» — это проект не общественный, потому что там есть инвестиции от создавшего этот проект юридического лица, от «Мохнатого сыра». И «Мохнатый сыр», очевидно, рассчитывает на его монетизацию в будущем.

 

JSON.TV: Не уточнил с самого начала — ваша нынешняя должность? Вы занимаете какую-то должность: руководитель, инвестор, владелец во всем этом могучем на 80 человек, что зреет здесь?

 

Антон Носик: Нет, оно не зреет на 80 человек. Оно зреет каждое со своим штатом. Например, в «Мохнатом сыре» есть шесть учредителей. Это по большому счету акционеры.

 

JSON.TV: Это сотрудники?

 

Антон Носик: Пять из них сотрудники, один из них я.

 

JSON.TV: А ваш статус какой во всем этом?

 

Антон Носик: Никакого.

 

JSON.TV: А титровать как? Антон Носик.....

 

Антон Носик: Есть слово «учредитель». Учредитель агентства «Мохнатый сыр», учредитель благотворительного фонда Помоги.org, член попечительского совета фонда «Измени одну жизнь», что тоже очень важное направление деятельности, но тоже не имеет никакого отношения к зарабатыванию денег, скорее к трате.

 

JSON.TV: Кроме «Мохнатого сыра» и «Образовача» вместе с «Лентачем», что еще намечается? Вы говорили о 4-5 проектах, которые собираетесь запустить, и один из них с фото. И вообще, в сентябре собирались, по-моему?

 

Антон Носик: Да, и к сентябрю удалось сделать много важных вещей. Не удалось закончить тему дизайна и движка, потому что они завязаны на сторонних подрядчиков, но удалось закрыть тему денег, инвестиций, инкорпорирования, поэтому этот проект сегодня уже сдал технические задания и дизайнерам из студии имени Артемия Лебедева, и разработчикам соответственно. А продукт, редакционный продукт, который на этом движке и в этом дизайне будет предъявлен публике, уже производится второй месяц. Люди сидят там в редакции, делают сюжеты. И все эти сюжеты вы увидите в тот день, когда сайт откроется. Весь этот архив будет доступен.

 

JSON.TV: Когда наступит этот день примерно?

 

Антон Носик: Это зависит от наших дизайнеров и разработчиков. Если они завтра мне позвонят и скажут, что все готово, то через неделю мы выйдем. Но они завтра не позвонят и не скажут, что все готово, потому что это работа месяца на полтора. Так что я думаю, что к первому ноября было бы идеально успеть.

 

JSON.TV: Вы заговорили о деньгах, и снова вопрос: кто осмеливается или решается давать деньги на эти проекты? Есть же наверняка какие-то сторонние инвесторы. Люди же рассчитывают. Нет, я не прошу назвать фамилии, если вы не хотите их назвать, если хотите — назовите. В чем смысл? Они хотят осуществить вложение своих денег в эти проекты и получить коммерческую отдачу?

 

Антон Носик: Безусловно!

 

JSON.TV: Либо это сочувствующие просто?

 

Антон Носик: Нет, сочувствующих нет. Есть технология работы с сочувствующими. Я считаю, что это технология для тех, кто не умеет работать с коммерческими инвесторами. Если человек, допустим, пишет хорошие стихи, ему надо обращаться к сочувствующим. Если человек написал хорошую книгу, нарисовал красивую картинку и хочет донести это до аудитории, то тут, конечно, надо обращаться к меценатам. В медийных проектах я не позволяю себе обращаться к людям, с которыми я не могу договориться на их языке о том бизнес-плане, под которым они могут подписаться. Без этого неинтересно.

 

JSON.TV: О сроках окупаемости. Вообще, в медиа, по крайней мере в традиционных, они довольно велики. Есть некоторые исключения, но они исчисляются годами, а иногда растягиваются до 5-10 лет. В интернет-проектах это немножко по-другому происходит.

 

Антон Носик: Тоже очень сильно зависит от того, когда ты его запускал. Например, «Яндекс», запущенный в 1997 году, не мог рассматривать перспективы окупаться в том тысячелетии, в котором он был создан. И когда он привлекал инвестиции в нулевом, он тоже, в общем, не говорил о том, что эти инвестиции вернутся. Окупаемость тем дольше, чем дороже проекты и чем моложе рынок. Поэтому, когда ты запускаешься с дорогим проектом на молодом рынке, как «Яндекс», «Рамблер», Mail.ru, тут действительно 10 лет для окупаемости — это нормально. Но опять же Google, Yahoo, Amazon — тут действительно нормально.

 

JSON.TV. YouTube до сих пор не окупается.

 

Антон Носик: Нет. Youtube же купил Google. В себя всосал. Сделал частной компанией. Там хозяин-барин, может, нам вообще не надо, чтобы он окупался, никогда. Это их право. Компания, на 100 % принадлежащая Google. Но ситуация, когда ты имеешь дело с очень развитым, устоявшимся рынком, рынком интернет-рекламы в России, который, конечно, схлопнется, на какую-то часть за счет экономической стагнации, на другую часть за счет обесценивания рубля. Даже, может быть, от санкций ему чего-то перепадет в виде схлопывания. Тем не менее этот рынок устоявшийся, рынок с многомиллиардными оборотами, на этом рынке понятно, как работать, и проекты, которые я создаю, дешевые. Они дешевые благодаря тому, что то, что другие бы на моем месте покупали за деньги, я беру за счет ноу-хау. Я беру за счет понимания того, как все работает. Вот если бы тот же мой фотопроект вызревал в недрах какой-нибудь издательской корпорации, медиахолдинга, не знаю, хочу-не хочу называть их имена, но если бы он вызревал на базе independentmedia, то там бы просто была бы такая графа «на привлечение аудитории». Речь бы шла о миллионных, без преувеличения, маркетинговых расходах в виде размещения рекламы этого ресурса во всех концах Сети. Это та статья, на которой я могу экономить. И экономлю на ней. Потому что у меня есть «Мохнатый сыр». То есть «Мохнатый сыр» умеет привлекать аудиторию не за деньги, а за интерес. Для этого просто надо знать, где твоя аудитория находится, в частности, в тех же социальных медиа. И там с этой аудиторией взаимодействовать.

 

JSON.TV: Что будет потом, следом за фотопроектом? Или параллельно с ним?

 

Антон Носик: Будет телевидение, интернет-телевидение. Компания, производящая и продвигающая в Сети онлайн-видео.

 

JSON.TV: И производящая в том числе? Не только продвигающая?

 

Антон Носик: Да, да. В основном производящая.

 

JSON.TV: Это же нужны огромные мощности.

 

Антон Носик: В первую очередь производящая. Как сказать, огромные мощности. Ну есть, разумеется, некоторое количество кранов, петель и камер, которые придется купить.

 

JSON.TV: Это будет специализированная продукция, можете сказать?

 

Антон Носик: Упаси Боже.

 

JSON.TV: Или в том числе сериалы, художественные фильмы.

 

Антон Носик: Какие сериалы? Какие художественные фильмы?

 

JSON.TV: О чем идет речь?

 

Антон Носик: Я же сказал, я умею делать дешево. Я умею делать малой кровью. Я считаю, что на сегодняшний день основной формат, который типичный современный зритель готов смотреть, — это до 5 минут длительности. Совершенно четко. Если человек видит в нижнем углу ролика, что ему предстоит на него потратить 15 минут, у него уже сразу скулы сводит. Потому что нет такого кванта времени — 15 минут. Есть такой квант времени, как час, 43 минуты, время, за которое ты смотришь одну серию сериала, есть два часа — это то, что ты, включая перерывы, отдаешь на просмотр футбольного матча, но вот нет таких 15 минут, 20 минут, 25 минут, полчаса. Такого нет. Есть до 5 минут. Вот до 5 минут — это какое-то время, которое в любом случае не жалко потратить. И это есть длительность наиболее востребованных видеосюжетов, включая пресловутый Gangnam Style. Я считаю, что все что угодно может быть сделано в формате до 5 минут. Включая и новости, и моду, и медицину, и экономику, и поэзию, и мультфильмы, и юмор. Все, что вам может прийти в голову, все может уместиться в пределах пяти минут. Я не говорю про «Войну и Мир». Я говорю в данном случае про видео, которое производится с тем, чтобы большое количество народу его посмотрело. Есть такое словосочетание — вирусное видео, это такое видео, которое произведено с прицелом на то, что большое количество аудитории посмотрит и захочет им поделиться с другими людьми. Вирусные видео — это, собственно, основной продукт моего телеканала.

 

JSON.TV: Будущий заработок, соответственно, тоже на рекламе. Рекламная модель?

 

Антон Носик: Да. Там есть очень внятная рекламная модель. Там есть абсолютное знание того, сколько денег можно получить с тысячи показов видеоролика. Соответственно, эта сумма денег увеличивается в тысячу раз, если твой ролик посмотрел миллион человек. Вот и все. Вот и вся арифметика. Дальше мы смотрим, какова получается себестоимость ролика. Если у нас себестоимость этого нашего видеоряда составляет 20 тысяч долларов, значит, для того, чтобы он вышел в ноль, мы должны заработать 20 тысяч долларов с просмотров произведенных нами роликов. И это такое вот количество просмотров, исходя из согласованных с продажниками цифр. А дальше все остальное прибыль. Это в том, что касается производства. Кроме того, существует огромный массив видео, отснятого другими людьми, не для того, чтобы торговать на нем рекламой, а просто потому, что так случилось, что вот у этих людей, например, есть лекторий, и в этом лектории читаются лекции. Эти лекции снимаются на камеры с одной точки, с двух точек, расшифровываются потом и лежат мертвым грузом на сайте этих лекториев, потому что на лектории люди не хотят смотреть видео.

 

JSON.TV: Ну, вы «Мохнатым сыром» поможете. Туда через социальные сети загоните аудиторию.

 

Антон Носик: Нет, мы поставим это на наш канал. И это второе направление нашей работы, когда мы на производство ролика потратили ноль. Мы ничего не потратили на производство ролика. Ролик произвели другие люди. Потому что эти люди, условно говоря, лектории, у них счет этих роликов идет у каждого на несколько сотен. Нам не стоит ничего, они уже произвели, а выручку эту самую мы делим пополам. Вот на таких условиях, в первый же день после того, как я объявил о телеканале, после первых пяти человек, которые ко мне обратились с вопросом, помогу ли я им в монетизации, у меня уже образовалось 900 роликов на продвижение.

 

JSON.TV: Перспективы этого рынка, поскольку в нем работают сейчас многие? Вообще есть какие-нибудь перспективы этого рынка именно в продвижении коротких роликов и почему будут ходить именно к вам, а не искать, условно говоря, в google-поиск?

 

Антон Носик: Я не буду говорить, что они будут ходить именно ко мне. Потому что я не готов занять людей на целые сутки смотрения. У меня просто моя ниша. Мой ролик, если он понравился какому-то количеству людей, покажут друг другу. Мне совершенно не надо, чтобы они при этом они перестали смотреть сериалы или не смотрели бы другие ролики на YouTube, допустим. Наоборот, я хочу, чтобы они смотрели другие ролики на YouTube, ведь это культура рассмотрения. Если она есть, то они более восприимчивы к моему продукту. Наоборот, зрители роликов — это люди, для которых я работаю.

 

JSON.TV: Все кручусь вокруг вопроса. Правда или неправда, что контент по-прежнему istheking, как говорят, какие бы там ни были технические наработки, продвижения, LTE, 4G, 5G?

 

Антон Носик: Именно. А что такое LTE и 4G? Это именно что большая пропускная способность для контента. Для того чтобы пропустить реплики твоих друзей в Facebook’е, не надо увеличивать пропускную способность, 3G для этого хватает с головой. Не надо LTE, чтобы прочитать, где твой друг ужинает. И чтобы фотку посмотреть, LTE не нужно. Это все нужно только для того, чтобы прокачивался видеоконтент. Так что видеоконтент — это довольно-таки актуальная тема на ближайшие 5 лет, именно точка роста. Потом уже все так устоится, что будет ногу не просунуть. Потом уже все сделают себе этот контент, потом уже все поймут, что его надо делать вирусным, а не абы каким, и дальше уже будет поделенный рынок.

 

JSON.TV: Доля любительского производства, скажем, неоплаченного и доля профессионального производства в тех же самых роликах, какова она будет? Потому что можно же брать, собственно, записи людей, которые находятся в YouTube или Rutube, например.

 

Антон Носик: Обычная вилка. Любительское производство реже становится вирусным, но его больше в абсолютных цифрах в тысячи раз.

 

JSON.TV: То есть вы не будете гнушаться ни тем, ни другим? Ни любительским, ни профессиональным?

 

Антон Носик: Ну что значит любительским? Нам никакой любитель не принесет на реализацию. Любитель будет пытаться реализовать сам. У нас только профессиональный продукт. У нас планка. Но любительское не значит плохое. Самое популярное, что сегодня есть, это как раз любительское.

 

JSON.TV: Ну и, наверно, последнее, ближе к концу этой программы — перспективы российского сегмента интернета. Есть страшилки, что он закроется на манер китайского, возможно ли это, и что ждет в ближайшие годы?

 

Антон Носик: Нет. Китайский интернет — это то, о чем Россия, к сожалению, не может мечтать. Китай — это страна, где власть осознает важность интернета для национальной экономики, относится к своим интернет-активам чрезвычайно бережно, помогает им, опекает их, защищает их, в том числе от инвесторов. В России власть совершенно не дозрела до этого, она в понимании важности интернета отстает от Китая лет на 15, поэтому готова крушить, рушить, запрещать, кошмарить. Вот сейчас открывается осенняя сессия Государственной думы. Я думаю, половина законов, которая там будет внесена, будет посвящена тому, что бы такое еще запретить в интернете и как бы еще наказать людей за то, что они создают сайты, создают рабочие места, строят в России цивилизованный рынок. Какие еще страшные кары и угрозы должны обрушиться на их головы. Это спят и видят наши парламентарии, как бы наказать людей, которые вместо телевизора придумали что-то свое, не так подконтрольное государству. Поэтому не надо обижать Китай, не надо говорить, что у нас китайская модель. Китайская модель — это цивилизованная модель. У нас модель Северной Кореи, у нас модель чучхе, модель, при которой наша власть просто приходит в ярость от мысли, что люди неподконтрольно обмениваются мнениями между собой. Она это хочет и намерена затоптать. То, что произошло с компанией «ВКонтакте», то, что произошло с компанией «Яндекс», то, что происходит с ценными бумагами другого крупнейшего российского холдинга, собственника «ВКонтакте», компании Mail.ruGroup— это все абсолютное свидетельство того, что ни о какой китайской модели говорить не приходится, не надо оскорблять китайских коммунистов.

 

JSON.TV: Вы лично уже выполняете принятые законы, зарегистрировали уже свой блог как средство массовой информации?

 

Антон Носик: Закон меня к этому не обязывает. Закон обязывает государственных чиновников заниматься на протяжении трех месяцев измерением посещаемости моих блогов, составлять реестры всех сайтов в мире на предмет того, есть ли у них 3000 посетителей, и результаты этих своих изысканий сделать основой для обращения к оператору для получения контактных данных тех, кто, по их мнению, имеет более 3000 аудитории. После того как они получат эти контактные данные, они могут обратиться к юридическому или физическому лицу с предложением зарегистрироваться, внести себя в реестр. Вот пока я такого запроса не получил, закон меня не обязывает чесаться.

 

JSON.TV: Сегодня мы были в гостях у Антона Носика. Это канал JSON.TV. Спасибо вам огромное за это интервью. Удачи. И всего доброго всем.