×

18 Января 2017 15:50
2457
0

Слушайте подкаст программы:

 

В секторе правоохранительных органов рынок биометрических технологий ждет качественное развитие «вглубь», когда будут интегрироваться более надежные и точные решения там, где биометрия уже используется. Гражданский сегмент ожидает массового развития «вширь», когда биометрические технологии начнут охватывать все больше отраслей применения.

 

«В государственном секторе правоохранительной деятельности тренд движется в сторону уменьшения трудозатрат человека, который занимается раскрытием преступлений. Для эксперта-криминалиста важна надежная система с более высокой точностью поиска и распознавания. Например, для получения изображения оттиска пальца в оперативных целях требуется «прокатка» от ногтя к ногтю. Мы используем метод компенсации смаза при прокате, имеем патент на это решение. Оно позволяет получить качественные отпечатки пальцев для последующего надежного сравнения и получения результата.

 

Коммерческий сегмент биометрии в ближайшее время может выстрелить настолько, что сравняется по доходности с правоохранительной деятельностью. В последние годы биометрия развивается все быстрее и быстрее. Точно также, как в свое время не были популярны сотовые телефоны, теперь они у всех. Биометрия должна пройти какой-то рубеж и стать общедоступной для всех граждан. В итоге это приведет к тому, что люди будут пользоваться услугами банков, получать социальные услуги без использования «бумажных» документов»

 

Перспективные направления развития развития биометрических технологий в государственном секторе: переход на биометрические документы, создание национальной биометрической базы данных, иммиграционный контроль и «нестандартные» направления использования (идентификация трупов, система идентификации пуль и гильз для учета оружия)

 

«Больше половины всего рынка биометрических систем — это госсектор. В ближайшие 5 лет он продолжит расти, потому что здесь есть свои задачи, которые нужно решать. Не секрет, что в ближайшее время будет создаваться федеральная система биометрического учета и оперативно-розыскных данных. Создание этой системы уже анонсировано.

 

Будут задействованы другие секторы деятельности правоохранительных органов, например, учет иностранных граждан, которые въезжают в РФ. Возможно, здесь будет реализован учет не только по отпечаткам пальцев и ладоней, но и другие биометрические характеристики (лицо, ДНК, голос, походка). Сюда, возможно, пойдет основное усилие государства.

 

Есть инициативы внедрения общегосударственной дактилоскопической регистрации. Если у государства хватит усилий для того, чтобы довести до гражданина мысль о преимуществе внедрения биометрических технологий, когда, например, можно удаленно получить госуслугу или получить справку или пособие в более удобном виде, то рано или поздно такая программа будет реализована. По примеру Южной Америки — Аргентина, Уругвай, Бразилия, где человека дактилоскопируют через 30-40 дней после его рождения, а затем в возрасте 5 лет, потом в 16 лет и далее каждые 10 лет. То есть сдать отпечатки пальцев для получения ID это такая же процедура, как сфотографироваться.

 

Турецкие правоохранительные органы посчитали наши технологии наиболее оптимальными для использования в паспортном контроле — e-Gates, когда человек может пройти паспортный контроль в аэропорту, используя отпечатки пальцев и изображение лица.

 

Помимо системы распознавания по отпечаткам пальцев и ладоней, у нас есть система Арсенал, которая позволяет получить изображение отстрелянной пули и гильзы, потом эксперт-криминалист может с помощью поиска идентичных изображений объединить преступления. Такие системы у нас активно развиваются и за рубежом они находят хорошее применение.

 

В Российской Федерации несколько тысяч трупов опознаются благодаря тому, что эксперты-криминалисты устанавливают неопознанные трупы по отпечаткам пальцев. Пока что эта цифра – треть от возможных установлений, их можно было бы устанавливать и больше, если бы население было дактилоскопировано, и дактилокарты поставлены на учет».


Полная расшифровка интервью:

 

JSON.TV: Мы продолжаем говорить о российском рынке биометрических систем. У нас в гостях Глеб Хабибуллин, заместитель генерального директора компании «Папилон». Глеб, добрый день, спасибо, что приехали к нам сегодня.

 

Глеб Хабибуллин: Добрый день.

 

JSON.TV: Расскажите несколько слов о вашей компании, как давно вы на рынке, чем вы занимаетесь, какие продукты предлагаете.

 

Глеб Хабибуллин: Наша компания в ноябре этого года отпраздновала 25-летие. Основной продукт нашей компании – это автоматизированная дактилоскопическая идентификационная система «Папилон», с таким же названием, как и компания. Это наш основной продукт, в общем, мы занимаемся разработкой, поставкой и обслуживанием систем, связанных с распознаванием по отпечаткам пальцев, ладоней, радужной оболочке глаза, лиц – это можно назвать биометрическими системами, все, что связано с человеком, его биометрическими характеристиками.

 

JSON.TV: Но начинали вы именно с отпечатков пальцев?

 

Глеб Хабибуллин: Да. Как я уже сказал, основной продут – это автоматизированная дактилоскопическая идентификационная система. Так сложилось, что таких систем, которые действительно можно назвать экспертными, немного, пересчитать хватит пальцев на двух руках. Мы являемся разработчиком, поставщиком и держателем ноу-хау, патентов именно в части распознавания отпечатков пальцев и ладоней и активно внедряем это не только в нашей стране, но и за рубежом.

 

JSON.TV: А можете поподробней рассказать о вашем опыте за рубежом, с каких странах есть ваши продукты и кем они используются?

 

Глеб Хабибуллин: В нашей географии около 50 стран, куда мы поставляем наши решения. В основном, это системы для решения криминалистических задач. Если углубиться поподробней в эту систему, для чего она нужна, то ее задача – помочь полиции раскрыть преступление, и это одна из немногих автоматизированных систем, от работы которой напрямую зависит успех раскрытия преступления. Не только раскрытия, но еще и установления личности преступника, неопознанного трупа и т.д.

 

JSON.TV: Даже можно труп идентифицировать?

 

Глеб Хабибуллин: Да, можно привести пример, что в Российской Федерации несколько тысяч трупов опознаются благодаря тому, что эксперты-криминалисты устанавливают неопознанные трупы по отпечаткам пальцев. Пока что эта цифра – треть от возможных установлений, их можно было бы устанавливать и больше, если бы население было дактилоскопировано, и дактилокарты поставлены на учет. Если говорить о значимости в криминалистике для правоохранительных органов РФ, система способствует раскрытию порядка 100 тыс. преступлений ежегодно. Это убийства, разбои, грабежи.

 

JSON.TV: А можете рассказать о масштабах продукта, я сейчас говорю про АДИС систему, насколько она большая в России, что там есть внутри?

 

Глеб Хабибуллин: Это не секрет, это есть в открытых источниках. Система сейчас находится на государственном уровне, это государственная межведомственная система, имеется централизованный банк данных, в котором находится несколько миллионов автоматизированных дактилоскопических карт, в которых содержится 10 отпечатков пальцев, ладони, в некоторых есть и изображение лиц. Это активно сейчас используется, модернизируется, и надо сказать, что правоохранительные органы, понимая ценность работы этой программы, уделяют развитию этой системы очень серьезное внимание.

 

JSON.TV: Изучая зарубежные рынки, мы сталкиваемся с таким трендом, когда оперативные криминалистические службы нуждаются не только в АДИС системах, но и в оперативных методах идентификации преступника, человека, и в этом плане есть какие-то наработки у компании Папилон?

 

Глеб Хабибуллин: Да, в один из отдельных контуров автоматизированной дактилоскопической идентификационной системы входит часть, которая позволяет установить личность оперативным способом, то есть достаточно 4 отпечатков пальцев приложить к живому электронному сканеру, и в течение нескольких секунд у оперативника будет информация по человеку, которого он проверяет, когда он задерживался, т.е. вся информация, которая ему нужна данный момент. Эти технологии используются правоохранительными органами нашей страны больше 10 лет, это не инновационное решение, а рутинная работа сотрудников органов внутренних дел. Что касается преимущества нашей системы, можно отметить, что еще в далеком 1997 году с помощью нашей системы сотрудники МВД по Республике Татарстан начали раскрывать преступления по следам ладоней, снятых с места преступления, то есть не только следам пальцев,  а по следам ладоней стали проводиться идентификации. Сейчас это рутинная  работа. Таких отпечатков остается где-то четверть на местах преступлений, то есть это весомый вклад в дело раскрытия преступлений, увеличения раскрываемости.

 

JSON.TV: Вы ранее упомянули и про другие технологии, не только дактилоскопия, но и радужная оболочка, фотоидентификация. Скажите, пожалуйста, какие технологии у вас есть уже в этих сегментах, или какие из них вы собираетесь развивать в ближайшее время?

 

Глеб Хабибуллин: Около 10 лет назад мы создали систему распознавания по радужной оболочке глаза, это включает в себя и программное обеспечение сравнения закодированных изображений радужной оболочки глаза, и само устройство, которое может получить объект, скан радужной оболочки глаза. Эта система в основном находит применение в контроле удаленного доступа в СКУДах, и пока что какого-то иного применения этой системе мы не замечаем. Этим активно пользуются подразделения Росатома.

 

Глеб Хабибуллин: Что касается системы распознавания по лицам, наш продукт, Полифейс так называемый, позволяет проводить поиск, идентификацию по лицам, то есть эксперт-криминалист получает фотографию какого-то лица и может проверить ее по базе данных, найти родного или более похожего. Это тоже используется уж в течение нескольких лет, система постоянно совершенствуется, алгоритмы улучшаются. Сейчас за рубежом проводится множество тестов, связанных с поиском более надежной , более качественной системы. В этих тестах мы принимаем участие, и в некоторых даже находимся не на последних местах.

 

JSON.TV: Многие эксперты выделяют 2 тренда на биометрическом рынке, и на российском, и на мировом. Первый тренд – это мультибиометрия, когда используется как минимум двухфакторный подход, и второй тренд – это touchless, то есть это те технологии, которые позволяют проводить идентификацию без прикосновения. На ваш взгляд, эти два тренда действительно существуют, и что вы об этом думаете?

 

Глеб Хабибуллин: Что касается трендов, мнение такое. Есть государственный сектор, который занимается правоохранительной деятельностью, там тренд движется в сторону уменьшения трудозатрат человека, который занимается раскрытием преступлений. Для этого эксперту-криминалисту важна надежная система, в которую, он знает, он введет след, и по нему найдется тот, когда он ищет. В этом смысле тренд по государственному сектору  правоохранительной деятельности будет двигаться в сторону поиска систем с более высокой надежностью, с более высокой точностью распознавания и поиска. Что касается коммерческого направления деятельности, то в последние годы биометрия развивается все быстрее и быстрее, скорее всего, использование биометрических технологий, мультибиометрических в том числе, станет общепринятым. Точно также, как в свое время не были популярны сотовые телефоны, теперь они у всех, социальные сети… Биометрия через какой-то определенный период должна пройти какой-то рубеж и стать общедоступной для всех граждан. В итоге это приведет к тому, что граждане смогут пользоваться услугами банков, получать социальные какие-то услуги без использования документа, который они с собой носят. И там тренд будет даже не совсем в мультибиометрию, а в клиентоориентированность, то есть как будет человеку комфортнее, надежнее и защищеннее провести ту или иную операцию, открыть счет в банке, провести транзакцию, получить субсидию. Там, может быть, и не понадобится мультибиометрия.

 

JSON.TV: А какая, на ваш взгляд, технология наиболее оперативная, надежна, безопасна?

 

Глеб Хабибуллин: Вы имеете в виду, для гражданского применения?

 

JSON.TV: Да, для гражданского.

 

Глеб Хабибуллин: Там тоже подразделяется на некоторые задачи. Если вам не нужна высокая точность, надежность, грубо говоря, или вы хотите перевести рубль  или миллион. У вас будет вариант, либо вы введете палец и лицо, или достаточно будет пальца и голоса. Рынок, мне кажется, найдет решение. Главное, что технологии для поиска этого оптимального варианта уже имеются, и они у нас в арсенале все находятся. Так скажем, что за 25 лет мы занимались не только теми задачами, которые нам ставились для повышения раскрываемости преступлений, мы старались еще идти по пути удобства использования технологий. Я думаю, что этот тренд продолжится, и дальше, если поставить задачи перед банком, например, что нужно обеспечить определенную надежность по пальцам, по лицу, по голосу, то побежим и будем делать. Сделаем, испытаем, поставим, подключим и будем обслуживать. А в криминалистике да, там тренд останется за высокой надежностью, потому что в зависимости от того, как система себя проявит, можно сказать, зависит судьба человека. Это сплошь и рядом, сейчас это уже рутина для правоохранительных органов.

 

JSON.TV: Вы сказали, что компания Папилон представляет собой определенное комплексное решение, когда вы предоставляете и оборудование, и программное обеспечение, и саму интеграцию. Это ваше оборудование или вы его где-то закупаете, в чем уникальность этого оборудования, в частности, дактилоскопических сканеров и сканеров, которые позволяют проводить идентификацию по радужной оболочке?

 

Глеб Хабибуллин: Основное наше направление – это разрабатывать самим, самим использовать и самим внедрять. Что касается сканеров для отпечатков пальцев, разработками мы занимаемся практически с основания компании. В 1995 году были уже собственные разработки сканеров, за это время они эволюционировали до, практически, совершенства. Сейчас эти наши устройства конкурентны на рынке, там имеются технологии, которых мы не наблюдаем пока у конкурентов.

 

JSON.TV: Можете поподробней, что это за технологии? Что такое живой сканер, и чем он отличается от просто сканера?

 

Глеб Хабибуллин: Живой сканер – это то устройство, к которому вы приложите палец, и в компьютер запишется отпечаток вашего пальца. У этого отпечатка пальца должны быть определенные параметры, он должен быть определенного разрешения, к нему есть определенные требования. Эти требования практически застандартизированы. Но в любом деле есть свои нюансы. Получить изображение, например, просто оттиска пальца – это не так сложно, как получить изображение оттиска, когда он прокатывается от ногтя к ногтю, как этого требует стандартная дактилоскопическая карта. В области получения отпечатков пальцев прокатного типа мы, можно сказать, собаку съели. Наши изображения получаются идентичными натуральным. Это метод компенсации смаза при прокатке, мы имеем патент на это решение. Оно позволяет получить качественные отпечатки пальцев для последующего качественного сравнении и получения результата.

 

JSON.TV: Это уникальная технология в мировом масштабе?

 

Глеб Хабибуллин: Да.

 

JSON.TV: А как давно она уже используется?

 

Глеб Хабибуллин: Более 10 лет она уже используется.

 

JSON.TV: Хорошо, а если говорить про оборудование, которое рассчитано на идентификацию по радужной оболочке, здесь какие у вас разработки?

 

Глеб Хабибуллин: Здесь тоже собственное производство, собственные разработки. Комплектующие мы, правда, используем зарубежные, но вся схемотехника – наша.

 

JSON.TV: Давайте поговорим про какие-то конкретные кейсы внедрения. Я понимаю, что у вашей компании совершенно колоссальный опыт работы именно в государственном сегменте, в криминалистических, оперативных службах. Скажите, с учетом вашего опыта, какая специфика у этого сегмента, как у потребителя? Сложно ли с ними работать, есть ли барьеры или наоборот, почему вам с ними легко, если есть какие-то позитивные моменты?

 

Глеб Хабибуллин: Что касается этого сегмента, если мы работаем 25 лет, значит, мы находим пути, как взаимодействовать. НА самом деле, в последнее время мы наблюдаем активную государственную поддержку в нашей области в части экспортной поддержки. Нас зовут на некоторые международные мероприятия, органы государственной власти нас привлекают к различным встречам международного уровня. Надо сказать, что нас поддерживают компании, которые занимаются экспортом вооружений в разные страны. В этом смысле мы не видим здесь каких-то проблем. Наоборот, в последнее время, т.к. наша продукция является не сырьевой, с высокой добавленной стоимостью, мы видим активизацию органов исполнительной власти, правительства, правоохранительных органов, они нас заметили и пытаются помочь во внедрении наших технологий за рубежом.

 

JSON.TV: А интересен ли вам коммерческий сегмент, как перспективное направление?

 

Глеб Хабибуллин: Разумеется, интерес есть. Коммерческий сегмент – это сегмент, который через какое-то время сможет выстрелить настолько, что может сравняться по доходности с правоохранительной деятельностью. Опять, возвращаясь к своему тезису, здесь тоже надо идти от постановки задач. Если задача стоит в использовании мультибиометрии, пожалуйста, мы готовы представить и такую систему. Можно сказать, что в системах, которые используют правоохранительные органы, уже используется мультибиометрия, в качестве поиска используются отпечатки пальцев и ладоней. Хоть и на одной руке, но это разные объекты для системы. Условно, можно сказать, что АДИС, которую мы разработали, уже мультибиометрическая, там есть и фотоизображения, тоже сохраняются. Сейчас это не секрет, обсуждения идет и по части внедрения всеобщей дактилоскопической регистрации, на прошлой неделе было отмечено, что есть инициатива дактилоскопировать мигрантов при въезде в РФ, то есть есть, к чему стремиться, есть, куда развиваться.

 

JSON.TV: Изучая зарубежные рынки, мы тоже видим, что одно из направлений – это дактилоскопия мигрантов. В связи с общемировой обстановкой, это очень популярное направление. Я думаю, что Россия подхватывает это, как инициативу.

 

Глеб Хабибуллин: Да, тут есть определенный парадокс, с которым сейчас мы сталкиваемся. Когда мы едем за границу, в Европу, мы сдаем отпечатки пальцев. Эти отпечатки пальцев сохраняются где-то на центральном европейском сервере, и в следующий раз вам придется сдать отпечатки пальцев через 5 лет. До этого момента, куда бы вы ни ехали в Европу, эти отпечатки пальцев будут сохранены, и при въезде, если у вас сканировали отпечатки пальцев на визу, вы их снова сдаете, чтобы подтвердить вашу личность. Вся эта технология уже отработана, себя уже доказала, наверное, имеет смысл подумать с какими-то странами и нам в пилотном режиме такую технологию отрабатывать. Будет ли это полезно для правоохранительных органов – без сомнений. Если человек знает заранее, что он находится на учете, это профилактика того, что он не захочет совершить противоправные действия у нас в стране. Это разумный подход.

 

JSON.TV: Вы сами являетесь интегратором или у вас есть партнерские компании, интеграторы, через которых вы внедряете все эти системы?

 

Глеб Хабибуллин: Возможны различные схемы взаимодействия. Мы работали как напрямую, как с интеграторами, так и через наши представительства, дочерние предприятия за рубежом. В этом смысле как-то ограничиваться не видим оснований.

 

JSON.TV: А какие сложности вы испытываете на рынке, чего не хватает?

 

Глеб Хабибуллин: На российском рынке – может быть, некоторой динамики в развитии. Поскольку имеющиеся, уже разработанные технологии, идут вперед, нам все время хочется эти технологии внедрить поскорее для общей пользы. В этом смысле, наверное, динамики бы хотелось. Государственная машина  это все-таки сложный механизм, и для принятия решения зачастую требуются месяцы, иногда даже годы. Только в этом, наверное, сложность.

 

JSON.TV: Ну, может быть, это как раз возможность нырнуть в коммерческий сектор, где все более динамично, и быстрее принимаются решения?

 

Глеб Хабибуллин: Возможно.

 

JSON.TV: Вы начали говорить о том, что у компании Папилон есть некий опыт работы за пределами РФ. Если можете, расскажите подробнее, в каких регионах, с какими потребителями и с какими продуктами вы уже представлены за рубежом, и какие регионы, страны вам интересны на перспективу?

 

Глеб Хабибуллин: Один из проектов, которые мы реализуем в настоящее время и уже в течение 3 лет реализуем, это проект, связанный с Турцией, турецкие правоохранительные органы обратили внимание на наши технологии и посчитали наиболее оптимальными их для своего использования. Что касается реализации, в этой стране мы внедрили систему, т.н. BEOGS, когда человек может проходить паспортный контроль, используя отпечатки пальцев и изображение лица. По сути дела, это автогейт. Имеется база данных лиц, которым разрешено проходить, и люди уже оценили удобство такого автоматического прохода границы, сейчас эта пилотная зона работает в турецком аэропорту. Это что качается применения нашей технологии. В мире около 50 стран используют наши технологии. Наверное, нет смысла их перечислять, они есть у нас на сайте.

 

JSON.TV: А если укрупненные регионы, что это, Америка, Европа, Азия, Ближний Восток? Или просто разбросаны по всему миру?

 

Глеб Хабибуллин: Это Европа Африка, есть опытные эксплуатации в Южной Америке наших решений, я не говорю биометрических, Азия. Нельзя сказать, что где-то нас особо нет, в Австралии разве только.

 

JSON.TV: Речь идет о продуктах для криминалистики?

 

Глеб Хабибуллин: Да. Помимо системы распознавания по отпечаткам пальцев и ладоней, у нас есть система Арсенал, это система учета оружия по пулям и гильзам. Она позволяет получить изображение отстрелянной пули и гильзы, потом эксперт-криминалист может с помощью поиска идентичных изображений объединить преступления. Такие системы у нас активно развиваются и за рубежом огни находят хорошее применение.

 

JSON.TV: По вашему опыту, российский заказчик отличается от зарубежного? И вообще, есть ли у российского рынка биометрических технологий, в вашем сегменте, что-то уникальное специфическое, отличающееся от других стран? И если есть, то что это?

 

Глеб Хабибуллин: Нет, российский заказчик – самый хороший заказчик, самый правильный. Люди, которые занимаются непосредственно раскрытием преступлений, вводом следов, поиском – эксперты-криминалисты – они, в общем-то, делают одно дело, что в России, что за рубежом. Требования практически одни и те же: установить след с места преступления и найти того, кто его оставил. Если это выполняется, то все остальное – навес, так сказать. В этом есть основное качество системы и основное техническое требование. Кто надежней и точнее эту задачу решает, тот имеет успех на рынке правоохранительной деятельности. Примерно такая же тенденция будет и в коммерческом секторе, вряд ли кто-то захочет, чтобы вместо него кто-то приложил палец, и с его счета списали какую-то n-ую сумму, кто-то зарегистрировался.  Раньше вместо него приложили палец, система ошиблась, и вместо одного человека деньги ушли другому. Этого никто не хочет, в этом никто не заинтересован.

 

JSON.TV: Когда вы работаете с зарубежными заказчиками, особенно, госсектор, то, что связано с криминалом, с оперативной деятельностью, не испытываете ли вы сложностей, как российская компания, например, с персональными данными и пр.

 

Глеб Хабибуллин: Может быть, на первоначальном этапе такие мифы существуют, но после того, как эксперты включаются в работу и оценивают систему, тут же все мифы улетучиваются. Тот человек, который работает над  преступлениями, говорит: мне нужна эта система, неважно, откуда она, кто ее сделал, если она дает реальные результаты. Я не припомню таких случаев, чтобы российское происхождение помешало нам какие-либо образом в реализации проекта.

 

JSON.TV: Если посмотреть в общем на российский рынок биометрических систем, который может включать в себя все известные нам технологии, по вашему мнению, доля госсектора большая или маленькая? В настоящее время, сейчас.

 

Глеб Хабибуллин: Он основной.

 

JSON.TV: То есть больше половины?

 

Глеб Хабибуллин: Больше.

 

JSON.TV: А как-то изменится эта картина в будущем, в ближайшие 5 лет.

 

Глеб Хабибуллин: В ближайшие 5 лет будет расти и то, и другое, скорее всего. У госсектора есть задачи, которые надо решать, выполнять, и на это все равно будет обращено внимание. Не секрет, что в ближайшее время будет создаваться федеральная система биометрического учета и оперативно-розыскных данных. Создание этой системы уже анонсировано.

 

JSON.TV: А что она предполагает? Снятие биометрических данных со всех жителей страны?

 

Глеб Хабибуллин: Не совсем, скорее всего, это будет система, которая будет строиться на той системе, которая уже есть у правоохранительных органов. Сложно комментировать, поскольку мы не авторы этой системы. Скорее всего, она будет задействовать другие секторы деятельности правоохранительных органов, например, учет иностранных граждан, которые въезжают в РФ. Возможно, там будет реализован учет не только отпечатков пальцев и ладоней, но и другие биометрические характеристики, и все это будет взаимоувязано с личностью. И фотография, и отпечатки пальцев, и ладоней, и ДНК, и голос, и походка. Вот туда в течение 5 лет, возможно, пойдет основное усилие государства. Что касается коммерческой деятельности, то тут, скорее всего, банковский сектор, по договоренности с ЦБ, будут находить решения, чтобы уходить от ненадежной идентификации с помощью паспорта, всем известно, что это не та надежность, которая нужна. Сейчас только кристаллизируется понимание, какие там будут использоваться технологии. Как только понимание кристаллизируется, дальше появится ТЗ, и технологически наша компания готова это ТЗ выполнить и поставить решение. Дальше рынок уже оценит качество, стоимость и т.д.

 

JSON.TV: Пальчиковые технологии пока продолжают оставить лидерами на российском рынке, да и на мировом тоже, какие у вас прогнозы у вас по структуре рынка, какие технологии, после пальчиковых, сейчас начнут набирать наибольшие обороты?

 

Глеб Хабибуллин: Напрашивается ответ, что будут развиваться технологии связанные с фотоизображением, с поиском по лицам. За последние несколько лет произошел качественный рывок в улучшении алгоритмов распознавания , наверное, в той области использование дополнительных параметров, мимики, каких-то уникальных черт. Наверное, после отпечатков пальцев, скорее всего, это тренд в области распознавания по лицам. Он уже реализуется в некоторых банках. Известно, что вы может позвонить по телефону, по скайпу, вас идентифицируют по голосу и лицу, это тоже не новинка.

 

JSON.TV: Ну и оперативными органами, это потоковое видео, видеофиксация

 

Глеб Хабибуллин: В какой-то мере, это и сейчас используется. Реализуется же программа «Безопасный город» во многих субъектах РФ. Там тоже проходят через органы тысячи фотоизображений, некоторые способствуют раскрытию преступлений. Наверное, и в той области это тоже будет использовано.

 

JSON.TV: А менее популярные технологии, тоже на ближайшие 5 лет?

 

Глеб Хабибуллин: Это, наверное, распознавание по ушной раковине…

 

JSON.TV: Такое есть сейчас, распознавание по ушной раковине?

 

Глеб Хабибуллин: Вы знаете, если встанет задача у экспертов-криминалистов…у него в качестве объекта появится ухо в каком-то виде, может, фотоизображение, случайно попавшее в камеру. Будут подбираться образцы для исследования похожих ушных форм. Это, конечно, шутка. Из параметров отпечатки пальцев, голос и фотоизображение  особых аутсайдеров нет. Надо не забывать, что есть геномная регистрация, там тоже идет развитие и включаются новые категории для учета. Скорее всего, в дальнейшем будет важно делать взаимоувязывание генетической информации с другими параметрами, как отпечатки пальцев, лицо и голос, для того, чтобы сократить время на повторный забор и обработку генетической информации. Эта задача будет решаться.

 

JSON.TV: Почти весь бизнес ощущает последствия экономической нестабильности в последние годы, как обстоят дела у вас в госсекторе, чувствуете ли вы влияние кризиса, как вы его преодолеваете?

 

Глеб Хабибуллин: В кризис, как правило, ухудшается экономическое положение населения, и вместе с этим возрастает преступность. Это совершенно закономерно. И тут во главу угла ставится инструмент, который помогает полиции бороться с возросшим криминалом, поэтому существенных проседаний не ожидается.

 

JSON.TV: То есть, вам на руку эта история?

 

Глеб Хабибуллин: Нет, нельзя сказать, что на руку. Это было бы цинично. Просто есть задачи, которые стоят перед  правоохранителями, они их наметили и будут их решать. Будет меняться экономическое состояние, но расходы на создание такой системы несопоставимы с той выгодой, которую она приносит. Это тоже не очень, может быть, проговариваемый сейчас тезис, но это так: вложив рубль в создание системы, вы сэкономите 10 на том, что вам придется дополнительные силы привлекать к розыску преступника, установлению личности неопознанных трупов. По статистике, их несколько десятков тысяч. Гораздо выгоднее вложить 1-2 млрд., обязать население сдавать отпечатки пальцев при получении паспорта, и через 10-15 лет, если планомерно над этим работать, будет результат. Даже сейчас уже в регионах, если правоохранительные органы видят, что человек относится к категории социально незащищенных, его дактилоскопируют.

 

JSON.TV: Кто определяет социальную незащищенность, это какие параметры или факторы?

 

Глеб Хабибуллин: Относятся к группам риска, бездомный человек, например, или у него проблемы, связанные с памятью. Его дактилоскопируют.

 

JSON.TV: Добровольно?

 

Глеб Хабибуллин: Да, добровольно, и хранят эту дактилокарту до тех пор, пока он может вдруг потеряться, и тогда его личность установят.

 

JSON.TV: А вот эта российская база дактилокарт, обладаете ли вы информацией, как она растет ежегодно?

 

Глеб Хабибуллин: Известно, что в год прирост базы составляет несколько миллионов дактилокарт. Примерно, половина из них – это криминал, ранее судимые лица, и половина – это лица, которые получают услугу в виде патента на работу.

 

JSON.TV: Как вы считаете, есть ли ментальные барьеры со стороны самого населения к развитию подобной базы?

 

Глеб Хабибуллин: Вы имеете в виду не к развитию базы, а к внедрению закона о том, чтобы можно было получать отпечатки пальцев при получении паспорта.

 

JSON.TV: Приведу в качестве примера. Один из экспертов нам рассказывал, как они внедряли систему управления рабочим временем на объекте крупного ритейла. Внедрили, поставили, ушли, ему начал клиент звонить, у меня что-то система не работает. Оказалось, что сам персонал устроил забастовку этой системы и прикладывал пальцы не подушечками, а ногтями. Я вот об этом говорю, то есть настороженность населения относительно сдачи каких бы то ни было биометрических параметров, тормозит ли это создание единой дактилоскопической базы всего населения?

 

Глеб Хабибуллин: Пример с предприятием понятен, он говорит о том, что на предприятии имеет место быть саботаж. Мне кажется, на уровне государства такого быть не может. Если население будет понимать, что эта информация будет во благо для них использована, не во вред, то никаких сильных возмущений по этому поводу ожидать не стоит. Сейчас граждане, которые едут в Европу и Америку, сдают отпечатки пальцев, и никаких нет на этот счет волнений.

 

JSON.TV: Ну, они просто не могут не сдать, просто они тогда не поедут.

 

Глеб Хабибуллин: Помимо этого, если вы получаете биометрический паспорт, то вы тоже сдаете отпечаток пальца, 2 указательных отпечатка пальца собираются у вас и записываются в чип микросхемы. Они не хранятся, но простому человеку, наверное, не очень важно, хранятся они потом или нет. На всякое действие существует противодействие. Если у государства хватит усилий для того, чтобы довести до гражданина мысль о том, что информация, которую он отдаст, будет использована не для того, чтобы его каким-то образом дискредитировать, и возбудить дело, а для того, чтобы он мог в какой-то момент получить госуслугу удаленно, не показывая паспорт, пройти в госучреждение, получить справку, пособие в более удобном виде. Наверное, противников этой инициативы поуменьшится. Так она обсуждается на протяжении довольно долгого времени. Есть инициаторы внедрения общегосударственной дактилоскопической регистрации, и, наверное, рано или поздно общество будет готово. Здесь, конечно, без руководящей линии государства не обойтись. По примеру Южной Америки, Аргентина, Уругвай, Бразилия, человека дактилоскопируют через 30-40 дней после его рождения, это в первый раз.

 

JSON.TV: Каждого?

 

Глеб Хабибуллин: Да. Вот он рождается, его дактилоскопируют.

 

JSON.TV: А как давно это?

 

Глеб Хабибуллин: Возможно, что это с начала прошлого века происходит. Я точно не могу сказать. Сначала его дактилоскопируют через 30 дней после рождения, затем его дактилоскопируют в возрасте 5, потом 16 лет, и потом через каждые 10 лет.

 

JSON.TV: То есть, как в России паспорт меняется

 

Глеб Хабибуллин: Да, при замене паспорта получают бумажную дактилокарту, и люди с этим спокойно живут, и никаких нет на этот счет забастовок. В Турции аналогичная ситуация, если гражданин получает паспорт или водительское удостоверение, тоже сдает отпечатки пальцев, при этом не замечает разницы, сфотографироваться или сдать отпечатки пальцев. В его понимании, это такая же процедура.

 

JSON.TV: Я надеюсь, что в ближайшем будущем с помощью государства и с вашим участием биометрия войдет в массы однажды. У нас в гостях был Глеб Хабибулин, заместитель генерального директора компании Папилон.