×

22 Октября 2018 17:16
1974
0
22 Октября 2018 17:16
1974
0

Полная расшифровка интервью:

 

Федор Антонов: Понятно, что каждая деталь, каждая функциональная деталь, каждая  нагруженная деталь работает в определённых условиях. Она воспринимает определённые нагрузки. Эти нагрузки заранее конструктору известны. Он проектирует деталь под заданные нагрузки. Каждая конкретная деталь реагирует на эти нагрузки, в ней возникают внутренние усилия и напряжения. Наша задача направить волокна в каждой точке вдоль действия этих усилий, таким образом, мы можем проектировать деталь в процессе создания детали, мы можем оптимизировать не только её форму, но и внутреннюю структуру, то есть у нас дополнительное целое большое поле для оптимизации, таким образом деталь получается более оптимальной. Анизотропия дает нам дополнительное пространство свободы, мы можем фокусировать свойства материала в нужном направлении, поэтому нам, опять же, в процессе производства принципиально важно, в каком направлении у нас идёт выкладка, то есть мы должны это уметь контролировать, уметь программировать, уметь определять. Здесь от обычного послойного выращивания, квази – 3D, когда у нас всё идёт по слоям, мы переходим в настоящее 3D, в тот самый процесс, где нам важны траектории, а не только форма.

 

JSON.TV: Понятно. А материал, который вы используете, вы разрабатываете сами, занимаетесь ли производством или покупаете?

 

Федор Антонов: Материал, который используется в нашем производственном процессе – это два материала. Это армирующее волокно, оно и есть углепластик, и пластик. Обычный пластик, термопластичный полимер. В процессе печати они смешиваются, и вот этот полимер армируется волокном и приобретает все свойства. Композитный армирующее волокно мы делаем сами, оно нашего производства. Сейчас буквально на днях мы начинаем продажи нашего первого принтера. Это настольный принтер Composer. Он имеет открытую систему материалов с точки зрения полимера. Вы можете взять на рынке любой пластик виде нити у известных производителей с нужными вам свойствами, с нужными вам характеристиками и увеличить его прочность в разы, добавляя наше армирующее волокно в нашем производственном процессе. То есть пластик мы берём любой, берём наш станок и берём наше волокно, и получаем очень прочный жёсткий материал.



JSON.TV: Уникальность вашего станка в том, что вы просто миксуете…. экструдер фактически… Перед экструдером вы смешиваете…

 

Федор Антонов: Да. Само по себе здесь ничего сложного нет. Это головка, в которой есть механизм подачи блволокна, механизм подачи пластика, hotend, сопло, горячая зона, где пластик расплавляется, к нему примешивается непрерывная армирующая нить, и механизм обрезки нити, потому что если нам нужно сделать холостой ход, то нить нужно обрезать. Основное ноу-хау именно в самом материале, потому что мы не можем просто взять сухое волокно и использовать его в этом процессе, там есть определённые особенности, определённые технологические ограничения. Поэтому делаем свое, пропитанное специальным полимером подготовленное армирующее волокно именно для этого процесса.

 

JSON.TV: Понятно. Управляющий софт у вас тоже в собственности?

 

Федор Антонов: Софт у нас тоже свой. Естественно, для этого процесса стандартные слайсеры не подходят, поэтому в комплекте с 3D-принтером Composerу нас есть свой собственный слайсер AnisoprintAura. Он специально заточен на то, чтобы создавать армированные детали, слои с армированием он позволяет определять, задавать, менять направление армирования, тип армирования, количество армирования. Он специально заточен под это дело, но также он может использоваться и как обычный слайсер для MDM 3D-принтеров. Если отключить генерацию армирования, то его можно использовать как обычный слайсер. Понятно, что тут важно ещё проектирование, как правильно спроектировать, как рассчитать нагрузки. Сам слайсер этого делать не позволяет. Он просто берет 3D-модель и подготавливает её к печати. Расчёт делается при помощи отдельных инструментов. Этот настольный принтер – это наш такой первый продукт, с которым мы выходим на рынок. У нас есть глобальная цель следующего уровня – это промышленные станки.

 

JSON.TV: MDM всё-таки?

 

Федор Антонов: Станки, которые работают по нашей технологии. Мы первый прототип покажем в середине ноября во Франкфурте на Formnext. Это будет станок на основе промышленного робота, роботизированная ячейка с головой, чтобы можно было действительно уже… Собственно, вывести на рынок эти принтеры мы планируем 2020 году. Это будет уже действительно промышленный принтер, для которого мы также разрабатываем отдельный софт для оптимизации, для проектирования деталей под эту технологию. Собственно, там два блока. Блог проектирования и оптимизации и блок подготовки модели для станка. То, что называется CAT, CAI и CAM. Блоком CAT, CAI мы занимаемся практически полностью сами. Блог CAM мы делаем вместе Siemens Multi-Actual. Это все будет уже в промышленном решении. Для промышленного принтера основная область – это те отрасли, те детали, где важна высокая прочность, высокая жёсткость и малый вес при этом. Это авиация, космос, автомобилестроение, но не массовый сегмент, а спортивные машины, гоночные, тюнинг и робототехника - беспилотники, дроны, различного типа работы, как сервисные, так и промышленные, то есть то, где тоже важна жёсткость и малый вес. Это либо то, что летает, либо то, что быстро ездит, либо то, что носят, либо то, что должно быть жёстким и лёгким в силу… что-то, что воспринимает большие инерциальные нагрузки.

 

JSON.TV: Разница между промышленной версией и текущей только в объемах камеры и рабочей зоны или?... В чем тогда принципиальное отличие?

 

Федор Антонов: Нет. Объемы камеры – это не принципиально. Принципиальная разница в том, что промышленный станок – это, прежде всего, промышленная компонента, промышленный контроллер. Если на всех принтерах, которые вы здесь, в общем-то, видите, в основном везде используются плата, процессор на основе Arduino. Это потребительская электроника. Используются китайские шаговые моторы за 30 – 40 $. Это совершенно для промышленности неприемлемо. Они не обеспечивает ни резервируемости, ни надёжности, ни высокие нагрузки. Промышленный стандарт – это сервомоторы промышленные, промышленный контроллер, FANUC, Boschи так далее… Для сравнения: промышленный сервомотор, который стоит у нас на промышленном принтере стоит 1000 € за штуку против 30 $ за китайский шаговик. Это первое важное отличие. Второе: в первом промышленном прототипе у нас манипулятор будет на основе шестикоординатного робота, то есть если настольный принтер трёхкоординатный может армировать только в плоскости стола, в плоскости слоя, то на шестикоординатном принтере мы можем армировать из плоскости в разных направлениях. Это второе главное отличия. Третье отличие – то, что настольный принтер у нас имеет открытую систему материалов, то есть это очень ценно для НИОКР-клиентов, кто хочет экспериментировать, смотреть, играться, получать разные результаты, использовать разные свойства. Для промышленного клиента важно, чтобы кто-то отвечал за качество и за надёжность кроме них самих. Кто-то должен разделить с ними эту ответственность. Если, конечно, материал будет закрытый   . Мы говорим: вот, вот этот материал, который мы делаем вместе с партнёрами, допустим, Cliron или DuPont, вот этот полиамид-66, вот такие настройки, вот такие параметры, при этом мы гарантируем вам вот такие-то свойства с таким-то разбросом. Только в этом случае мы можем материал сертифицировать и гарантировать его использование в таких ответственных отраслях, как авиация и автомобилестроение.



JSON.TV: Сертификацией оборудования и материалов вы планируете заниматься?



Федор Антонов: Естественно, да.

 

JSON.TV: Потому что пока в России сейчас этим никто…

 

Федор Антонов: В принципе, мало кто этот путь прошел, кроме Stratasys, который успешно сертифицировал ULTEMи поликарбонат, как они называют… Я говорю про мировой рынок. Это, конечно, они сделали в США и в Европе вместе с Airbus. На самолётах Airbus сейчас больше 70000 разных деталей, напечатанных этим сертифицированным материалом, летают. В принципе, этот путь уже проходили до нас, и наши партнёры в Airbus уже знают, как это делать.

 

JSON.TV: Airbus сказал, что, пока вы не сертифицируете, мы не сможем…

 

Федор Антонов: Естественно. Но это обоюдно, потому что очень часто приходится слышать, когда приходишь к заказчику, что «он у вас не сертифицирован, вот когда будет сертифицирован – тогда и приходите». Я считаю, что это абсолютно не конструктивный подход, потому что если мы хотим как-то двигаться, мы должны это делать вместе, потому что кто лучше заказчика понимает условия, что им нужно и как это должно выглядеть? К тому же, мы – небольшая компании. Stratasys – небольшая компания по сравнению с Airbus

 

JSON.TV: Но большая по сравнению с вами.

 

Федор Антонов: Да. Это нужно делать вместе. Как правило, это совместная работа заказчика и поставщика. Если заказчик заинтересован в технологии, поставщик заинтересован, чтобы заказчику эту технологию продать. Но есть один барьер, которые они вместе должны преодолеть – это сертификация. То есть это делается. Сейчас мы промышленные принтеры… В этом году мы продали два прототипа, ещё два сейчас мы… Один – в исследовательский центр BMW, а второй – в исследовательский центр Airbus. Это наши основные клиенты, с которыми мы хотим работать. Сейчас ещё два прототипа пойдут в два университета, один в Германии, другой в Австрии. Университеты, которые занимаются именно исследованиями в композитах, в лёгких конструкциях, проектирование, новые методы производства, то есть они хотят… Они нам говорят: вот вы в BMW и в Airbus продали, нам нужно тоже самое, только лучше, чем у них, потому что мы должны всегда на голову впереди. Мы – исследовательский институт, мы готовы заплатить больше, и мы более гибки в том, что мы готовы все это модифицировать и менять, но нам нужно, чтобы сейчас у нас было лучше, чем у них, чтобы мы были впереди. Вот у них есть там такого типа конкуренция. Соответственно, с BMW и Airbus проблемы… Чем лучше с университетами работать, когда мы делаем прототип: корпоративные клиенты немножко закрыты, они не всегда хотят рассказывать, что они делают. Обратную связь они, как правило,  дают не очень охотно, либо очень избирательно. Airbus вообще ничего не говорят. С BMWAirbus говорит: мы хотим сами печатать что-то, он что - мы вам не скажем. С BMW чуть проще, они как-то более открыты. С университетами все гораздо лучше, мы вместе придумываем какие-то работы, они подают на гранты, это их работа, они так деньги зарабатывают. Мы вместе формулируем, ставим задачу, получаем какие-то результаты. Но обратная связь с корпоративными клиентами нам тоже очень важна, потому что если у них что-то не работает, что-то не получается, или они хотят что-то ещё, они просто говорят: сделайте нам вот так, исправьте вот это, не вдаваясь в детали, зачем это нужно. Но это очень важный feedback, который нам очень важно собирать именно сейчас, чтобы к старту продукта у нас уже были учтено как можно больше пожеланий от клиентов, которые, в общем-то, в мировом топе индустрии.

 

JSON.TV: Как я понял, вы смотрите, прежде всего, на мировой рынок. Это правильно. Российский рынок для вас какое-то значение имеет помимо того, что это для маленьких, доступных версий?

 

Федор Антонов: Российский рынок имеет для нас такое же значение, как рынок любой другой страны. Мы знаем, что российский рынок – это примерно 3 %.

 

JSON.TV: Вы переоцениваете, наверное.

 

Федор Антонов: Хорошо. Рынок Германии – это 4,5%, рынок Турции – примерно сопоставим с рынком России, поэтому это большой рынок. Конечно, для нас рынок России имеет особенный статус, потому что это наш родной рынок, нам здесь проще работать, потому что там нужно знать особенности. Например, в Германии по настольным принтерам мы работаем только через дистрибьюторов. Хотя клиенты, которые R&D университетов, готовы и хотят и могут работать и напрямую. Они часто сами находят… Но более промышленные клиенты, которые нам тоже интересны, в том числе, и для настольного принтера, с ними нужно уметь работать. Нужно ездить на выставки, нужно говорить с ними по-немецки, нужно знать, как им продавать. Допустим, в среде все говорят по-английски, а промышленной среде… В Германии больше 200000 промышленных предприятий, и каждое из них – наш потенциальный клиент. И, конечно, глупо не идти к ним. С ними со всеми нужно общаться.



JSON.TV: А маленький принтер вы тоже продаёте на Запад уже?

 

Федор Антонов: Да. Мы официально стартуем продажи в Германии на Formnext, при этом у нас уже по предзаказам 12 принтеров там продано.

 

JSON.TV: Маленьких?

 

Федор Антонов: Да. У нас заключены соглашения с одним из дистрибьюторов, они уже работают с нами официально, и ещё два у нас в стадии переговоров, то есть мы хотим иметь трёх дистрибьюторов в Германии.

 

JSON.TV: Для чего будут использоваться маленькие принтеры?

 

Федор Антонов: Сейчас мы видим по тем клиентам, которые у нас сейчас есть, по тем реальным клиентам, потенциальным клиентам, по тем кейсам, которые нас сейчас есть – это три очень разных сегмента. Первый сегмент, я уже много раз его упоминал – это НИОКР, институты, университеты, исследовательские центры, лаборатории.



JSON.TV: Не все покупают промышленные версии, некоторым хватает маленькой?

 

Федор Антонов: Да. Второй сегмент – это стартапы и небольшие предприятия в области беспилотников, робототехники, ещё каких-то вещей, которые только готовят к выпуску свой продукт и выбирают технологию производства. Понятно, что есть варианты. Можно пойти производство аутсорсить в какой-нибудь механической мастерской, можно купить себе фрезерный станок за 100000 $, нанять отдельного человека, специального, если ты хочешь держать все производство, особенно если у тебя какие-то ноу-хау есть, у себя под контролем - это второй вариант. И третий вариант – это взять наш дешёвый и простой станок, с которым работать гораздо проще, чем с многокоординатным фрезерным оборудованием, и работать у себя, создавать свои изделия в небольших сериях сразу, быстро, без сложной подготовки производства, без проработки. Это, скорее, востребовано для тех, кто начинают делать новые продукты. Будут ли они потом менять технологию или нет – мы пока не знаем, такого опыта у нас ещё нет, но такие клиенты есть, которые уже сейчас запускают свой продукт и работают с нами. Это второй сегмент. И третий сегмент – это производства, большое производство, производственная оснастка, то есть не конечные изделия, а различные приспособления для стандартных технологий, всякие зажимы, захваты.

 

JSON.TV: Чем их не удовлетворили обычные аддитивные MDM-принтеры, которые…

 

Федор Антонов: А не всегда хватает прочности и не всегда хватает жёсткости. Если у вас есть фрезерный станок, там, как правило, есть стол и всякие стандартизированные зажимы, которые стальные, естественно, но не любую деталь ими удобно захватывать, если её нужно поставить как-то на угол, на бок, щечками этими её как-то можно сложно захватить, и нужно какое-то специальное приспособление типа переходника, которое должно точно его фиксировать. Если его сделать из пластика, и у вас и шпиндель на огромной скорости начинает его обрабатывать, вибрация - и сразу вас пластик либо раскалывается, либо не обеспечивает жёсткость, поэтому его нужно зафиксировать жёстко, и чтобы воздействие силового шпинделя, допустим, не выбивало его из оснастки. Всякие захваты для роботов, когда вам нужно переносить формы и детали, они тоже могут быть сложной формы, и достаточно длинные, что, допустим, из пластика их делать – просто не хватит жетскомти. Таких кейсов довольно много. Очень интересны у нас сейчас кейс с Lego. У них своё производство очень большое литьевое, у них все очень автоматизировано, много маленьких форм, которые нужно все время очень быстро переносить, двигать, распределять, и нужно много разной оснастки. Они всю эту оснастку изготавливают сами и ищут способы упрощения, удешевления производства этой оснастки.



JSON.TV: О российском коммерческом, государственном, промышленном сегменте: к вам они обращались, воспринимают как вас как поставщика?

 

Федор Антонов: Да.


JSON.TV: Расскажите, пожалуйста, немножко б этом.

 

Федор Антонов: В России мы много тоже работаем с институтами, в основном, всякие институты химической промышленности, композитной, авиационные, которые, может быть, сами ведут аналогичные разработки или разрабатывают что-то в этой отрасли. И наши партнёры, с которыми мы совместно материалы разрабатываем, допустим. Это те же самые небольшие стартапы, компании, то, что я приводил пример, которые делают собственную продукцию. У нас есть, я считаю, очень успешный кейс с компанией Supreme Motors. Это стартап, они делают… Они в прошлом году заняли, по-моему, второе или третье место в конкурсе «Шоу стартапов» на НТВ. Они делают электрическую приставку для инвалидных колясок. Там у них есть несколько деталей, они взяли деталь сначала стальную, сварную из трубок. Она работает, все нормально. Она не дорогая, но она очень тяжелая. Потом они пошли, напечатали из ULTEM’а на Fortus’е. Она сломалась. Взяли нашу – она все выдерживает, все нагрузки, она работает, но дешевле, чем её сделать на Fortus’е, и она весит восемь раз меньше, чем стальная.


JSON.TV: Самая тяжелая часть – это просчет математического моделирования. Вы делаете это сами или привлекаете партнёров? Я знаю, что сколковские компании типа МГУ

 

Федор Антонов: Мы делаем это сами. У нас очень большая именно в этом экспертиза…



JSON.TV: То есть команда программистов, инженеров?..


Федор Антонов: Да. Это, в общем-то, та область, из которой мы пришли изначально. Мы начали заниматься этой технологией, когда поняли, что мы знаем, как проектировать, и как должны выглядеть детали из композитов, но технологии, позволяющей это изготовить, нет. Так получилось, что нам пришлось самим эту технологию с нуля разрабатывать и внедрять. Сейчас, конечно, у нас фокус уже немножко сместился именно в сторону технологии, но изначально мы пришли из понимания того, как нужно проектировать детали и как они должны выглядеть, поэтому это одна из наших ключевых компетенций, которую, естественно, мы держим у себя.