×

27 Октября 2014 14:54
4539
0

Слушайте подкаст программы:

Люди важнее идей

 «Я - член правления фирмы Evernote, и в моей бизнес-карточке написана моя должность – основатель. Я full time сотрудник фирмы, я получаю зарплату, и моя работа - быть ее основателем», - рассказывает Степан Пачиков в эксклюзивном интервью для JSON.TV. Идея пришла ему в голову в 2000-м году. В 2002 была зарегистрирована фирма Evernote, а в 2007 Степан встретил Фила Либина и сделал ему предложение возглавить компанию. Продукт вышел на рынок в 2008.

«Если проект сделан хорошо, бизнес-модель сама как-нибудь создастся. Мы создали первый работающий прототип Evernote в 2004-м году и запустили его в октябре для Windows. Но по сегодняшним понятиям – это был прототип идеи. Пришел Фил и превратил это в настоящий бизнес. Я всегда советовал начинающим антрепренерам, бизнесменам не ломать себе голову по поводу бизнес-моделей. Это от лукавого».

«Я вообще считаю, что идей - как грязи, и главная проблема – это люди, которые могли бы их реализовать, - говорит Степан Пачиков. - Например, я уже три года вынашиваю проект «Клубок». Я хочу создать другой способ обсуждений статей, публикаций, вообще способ дискутирования. Я придумал этот способ. Даже хочу его запатентовать. Но уже 2 года я не могу найти человека, которому бы я доверил эту идею реализовать».

Среди других идей Степана Пачикова – создание большого филиала МГУ или Физтеха в Сочи, на подготовленной к Олимпиаде инфраструктуре. Он считает, что сам климат, близость моря и гор будут способствовать, как в Калифорнии, созданию российского Академгородка.

История «Параграфа», особые требования Apple к разработчикам программ, синдром «цыганского табора», почему 128-я дорога в Бостоне проиграла Кремниевой долине, высокая польза от «летунов», глобализм против санкций, где в Западном полушарии лучше глушить ностальгию по России и многие другие сюжеты – в полном варианте видеоинтервью.

Ведущий – Сергей Корзун

 

Справка JSON.TV

Степан Александрович Пачиков

Родился в городе Варташен (с 1991 года — Огуз). Высшее образование начал получать в Новосибирском государственном университете, окончил  Тбилисский государственный университет с красным дипломом, получил степень кандидата наук за работы в области размытых множеств в МГУ имени М. В. Ломоносова.

С 1989 по 1997 работал в компании ParaGraph International. В 1992 году открыл представительство ParaGraph в Силиконовой долине. С 1997 по 1998 год занимал пост вице-президента Silicon Graphics. В 2002 году основал компанию Evernote.

 

JSON.TV: Всех приветствую! Меня зовут Сергей Корзун. И сегодня у нас на видеосвязи, по скайпу культовый персонаж российского и мирового ИКТ Степан Пачиков. Степан Александрович, здравствуйте.

 

Степан Пачиков: Добрый день, спасибо за представление.

 

JSON.TV: ПараГраф, который помнят еще те, кто начинал какое-то компьютерное прошлое в еще Советском Союзе, не только в России. Много чего было после этого, и об этом тоже немного поговорим, ну в том числе Evernote. Сейчас Ваша должность, или Ваше основное занятие – это что?

 

Степан Пачиков: Я член правления фирмы Evernote, и в моей бизнес-карточке написана моя должность – основатель. Я full time сотрудник фирмы, я получаю зарплату, и моя работа быть ее основателем.

 

JSON.TV: Хорошо, на этом и остановимся. И пойдем дальше. Короткая справочка о Вас, чтобы обновить как-то данные, вдруг где-то закралась ошибка. Родились Вы 1 февраля 1950 года.

 

Степан Пачиков: Да.

 

JSON.TV: Было это в городе Варташен, который с 91-го года именуется Огуз, да?

 

Степан Пачиков: Да, да.

 

JSON.TV: Образование. Учились много где, тут целая история об этом ходит. Новосибирский государственный университет – было?

 

Степан Пачиков: Да.

 

JSON.TV: Тбилисский государственный университет – было?

 

Степан Пачиков: Да, я его закончил с красным дипломом.

 

JSON.TV: МГУ им. Ломоносова?

 

Степан Пачиков: Да, я там учился в аспирантуре и написал диссертацию о размытых множествах.

 

JSON.TV: А в области нечеткой логики, так написано в нашей справке?

 

Степан Пачиков: Нечеткая логика, либо по-русски, точнее будет – размытые множества, размытая логика.

 

JSON.TV: Ну, а собственно в ИКТ-бизнес Вы погрузились начиная с 1989 года? ПараГраф интернешнл?

 

Степан Пачиков: Можно сказать, почти да. То есть ПараГраф основан в июне 89-го, но до этого еще полгода-год был небольшой кооператив под тем же названием.

 

JSON.TV: Но все равно с именем ПараГраф вы работаете с 89-го или 88-го года, чтобы быть уж точными нам совсем.

 

Степан Пачиков: С 89-го года.

 

JSON.TV: С 89-го года. Это было по 97-й год. И в частности там одной из первых бала разработка системы распознавания рукописного текста для Apple Newton. Для этого персонального компьютера, так?

 

Степан Пачиков: Да.

 

JSON.TV: Два слова, поподробнее, если можно.

 

Степан Пачиков: Подробности о контракте с Apple?

 

JSON.TV: Ну, вообще, о первых годах работы ПараГрафа.

 

Степан Пачиков: Вы знаете ПараГраф был основан на базе группы людей, которые посещали семинар Гельфанда. Был такой великий математик. И группа ученых, которые кучковались в группе Гельфанда, составили первый костяк фирмы. Это профессор Губерман, это Илья Лосев, Дзюба, Кузнецов. Группа людей, которые были высокого класса учеными, но при этом горели реализовать свои идеи. И наша идея была создать что-то вроде российской Bell Lab'ы, Lucent. То есть сделать фирму, которая бы капитализировалась на научных разработках. И не было идеи заработать деньги, сделать известную фирму. Хотелось просто научиться превращать знания, понимание науки в практические действия, практические шаги, практические результаты.

 

JSON.TV: Когда появилась бизнес-инициатива? В 92-м, когда Вы переместились в Силиконовую Долину или раньше?

 

Степан Пачиков: Нет, раньше, потому что в 90-м году на выставке в Кондексе мы были первые и, видимо, единственной советской фирмой, которая открыла стенд на Кондексе. У нас было два флага: американский и советский. Это был конец мая 90-го года. Только что впервые приехал Горбачев в США, поэтому была такая Горбомания, было увлечение всем русским, мы были в большой моде, и к нашему стенду было очень много интереса. Мы показывали распознавание рукописного текста со сканера. И нас спросили могли бы мы научиться распознавать не со сканера, а с цифровых таблеток, планшетов. И мы за лето сделали версию «Планшет», но привезли ее уже на выставку в Лас-Вегас. И там мы познакомились с людьми, которые нас очень быстро вывели на фирму Apple, и мы тут же осенью 90-го года приехали в фирму Apple, провели демо нашей технологии. Apple предложила контракт с одним условием, что их сотрудник приедет в Москву и месяц пробудет с нами. Им очень хотелось убедиться, что мы реально существуем. Потому что одной из главных проблем, которую испытывали тогда американские фирмы по поводу советских, а потом российских, это то, что я называю «синдром цыганского табора». Это когда табор поселяется около деревни или города. Все хорошо, торгуют, обмениваются, девочкам, обещают выйти замуж, берут деньги в долг, а просыпаешься как-то утром и табора нету, он растворился.  Вот так относились в то время, так боялись российских фирм, что они завтра неожиданно исчезнут. Но мы прошли тест, мы не исчезли, и Apple с нами в 91-м году подписал очень большой по тем временам контракт, на 6 миллионов долларов, причем контракт не был эксклюзивным. По интеграции нашей технологии в Newton. Но главная проблема, которая все сильно испортила, состояла в том, что у Apple была такая паранойя с секретностью, они не сказали нам для чего нужно наша технология. То есть мы разрабатывали технологию, не зная, что это будет маленькое карманное устройство для ввода текста, и очень много решений были бы другими, если бы мы заранее знали, для чего мы делаем технологию.

 

JSON.TV: Вы сказали не эксклюзивная работа, значит другие параллельно с Вами работали над теми же самыми проблемами?

 

Степан Пачиков: Нет, нет. Не эксклюзивная, это означает, что мы были не ограничены Apple. Мы могли свою технологию лицензировать другим компаниям.

 

JSON.TV: C этим понятно. Сколько народу Вы, кстати, увезли тогда в 92-м году с собой?

 

Степан Пачиков: Ну, наверно, около 25 семей.

 

JSON.TV: Этого было достаточно для работы? Либо были еще и американские специалисты, я имею в виду всех, кто находился в Силиконовой Долине.

 

Степан Пачиков: Потом прибавлялись люди, но главное условие контракта было то, что ключевые разработчики будут находиться в Купертино. Это было требование Apple.

 

JSON.TV: Брата своего, Георгия, чего не забрали? Ну, вернее, он нам рассказывал, что Вы хотели, но в последний момент он отказался от этого.

 

Степан Пачиков: Так оно и было. Жора занимался трехмерными технологиями, а это не имело отношения к контракту с Apple. Жора занимался моим любимым проектом АльтерЭго с 15 января 93-го года. И фактически весь центр трехмерных технологий был сосредоточен в Москве, Московском центре. Поэтому не было необходимости переводить людей.

 

JSON.TV: Теперь скажите два слова, как Вы развалили Silicon Graphics. Это известная история, продали свою компанию за приличные деньги, а после этого через некоторое время она вдруг раз и рассыпалась?

 

Степан Пачиков: Дело в том, что уже до того, как Silicon Graphics купила нашу компанию, дела у них шли довольно плохо. И попытка купить ПараГраф, в частности, была попыткой эти дела поправить и исправить. Дело в том, что когда подписали контракт, и сумма была по нынешним временам не такая сумасшедшая, одно из условий контракта состояло в том, что руководить проектом АльтерЭго будут американские менеджеры. Было такое клише, что вы, русские – талантливые программисты, а мы, американцы – гениальные менеджеры. Вот если мы соединим наш гениальный менеджмент с вашим талантливым программизмом, то все будет замечательно. У меня с тех пор любимая шутка – чтобы развалить хорошую компанию одного хорошего менеджера не достаточно, нужна целая команда.

 

JSON.TV: Но вы же были в этой команде? Вы были вице-президентом, насколько я понимаю.

 

Степан Пачиков: Я не имел никакого отношения к проекту. Одно из условий состояло ровно в том, чтобы я не вмешивался, ничему не мешал, но был недалеко рядом. Поэтому через 3 месяца мне создали новое отделение, называлось PananInternet, куда я взял 11 человек из разработчиков рукописных текстов, и мы сделали новый рекогнайзер уже сильно больше лучшего, как говорят последнее время у нас, качества. Этот рекогнайзер потом достался Microsoft. Но в Silicon Graphics я не занимался трехмерными технологиями. Я занимался только распознаванием рукописного текста, был вице-президентом, не имеющим отношения к тому, чем занимался ПараГраф. А потом Silicon Graphics стал сбрасывать балласт. Они продали суперкомпьютерное отделение, они избавились от трехмерных технологий, от PananInternet, и потихонечку загнулись. Но я не считаю, что в этом была наша большая заслуга.

 

JSON.TV: А расскажите про ПараСкрипт. Это была Ваша инициатива? Откуда она выросла?

 

Степан Пачиков: Нет ПараСкрипт – это было отделение ПараГрафа. Занималось отсканированными текстами. То есть рукописными текстами, но которые написанные от руки на бумаге, пером. И в 86-м году, дела шли не очень хорошо в ПараСкрипте, он был скорее не любимым ребенком в компании, и мой партнер американец Рон Карс предложил выделить ПараСкрипт в отдельную компанию, что мы и сделали, и это оказалось правильным, успешным решением. На сегодняшний момент практически вся мировая почта в США, Канаде, Франции, Австралии, Германии, когда вы бросаете на улице письмо, не важно напечатанное или рукописное, то в конечном итоге оно сортируется, распознается с помощью нашей технологии.

 

JSON.TV: Американская компания Lockheed Martin была Вашим заказчиком, так?

 

Степан Пачиков: Они делали оборудование для американской почты, и им для этого оборудования нужна была software технология, которую они лицензировали у ПараСкрипта. Я член правления ПараСкрипта и один из основателей, я считаю Рона –вторым его основателем.

 

JSON.TV: Ну и теперь давайте к Evernote перейдем. Это Ваша идея была?

 

Степан Пачиков: Да, это идея была моя, она пришла мне в голову в 2000-м году. Я ее довольно долго обсуждал с разными друзьями, знакомыми, больше всего с Женей Веселовым. Мне очень хотелось Женю сманить в проект, но не удалось. А в 2002 году я зарегистрировал фирму Evernote, когда я жил уже в Нью-Йорке. В 2004 году большая группа сотрудников, которые занимались распознаванием, и которые имели отношение к ПараГрафу перешли работать в Evernote, наша фирма перерегистрировалась в Калифорнии в 2005 году как корпорация, а в 2007 году я встретил Фила Либина, в первые полчаса в него влюбился, и сделал ему предложение возглавить компанию, что являлось моим видимо самым лучшим вложением в компанию. Потому что, когда у меня спрашиваю в чем мой вклад, я говорю две вещи. Что я придумал название, и я взял Фина Либина на работу, он преобразовал фактически всю компанию.

 

JSON.TV: Evernote, ну можно сказать, что был одним из первых шагов к искусственному интеллекту, проблемы над которой собственно многие решают уже достаточно долгое время. Но у многих появился скепсис по этому поводу. На Ваш взгляд будут ли другие шаги, и не утопия ли это, создание искусственного интеллекта? Evernote – это часть памяти, скажем так, в этом интеллекте?

 

Степан Пачиков: Что такое искусственный интеллект? Это попытка усилить человеческий интеллект либо его заменить. Попытки усилить интеллект происходят уже тысячи лет. Когда придумали письменность, это была попытка научиться лучше запоминать. Когда придумали счеты – попытка лучше считать. Базы данных – это другая попытка улучшить хранение. Компьютеры – это попытка сделать человеческий мозг более мощным и быстрее просчитывать варианты. Поэтому здесь нет такого черно-белого перехода. Все развитие человечества идет к тому, чтобы сделать заставить, научить нас быть более эффективными, и этот процесс совершенно неизбежный, его невозможно остановить. Является ли это утопией? Понятно, что создать человеческий интеллект в десятки, тысячи, сотни тысяч более мощный, чем нынешний – это вопрос следующих 50-100 лет.

 

JSON.TV: То есть не утопия? Вы считаете, что он будет?

 

Степан Пачиков: Он превзойдет человеческий интеллект в тысячи, в десятки тысяч, в сотни тысяч раз. Это неизбежный процесс. Если не взорвется Солнце, если не будет мировой катастрофы, если Вселенная не схлопнется, то скорее всего через 50-100 лет человеческий интеллект в том виде, в котором мы знаем его сегодня, будет выглядеть также смешно как интеллект муравьев.

 

JSON.TV: Подождите, я хочу добить этот вопрос, но тогда машины станут креативнее чем человек. Вот вы придумали компанию Evernote, компьютер сможет в 50 раз больше, в разных областях придумать? Допустим, Ваш компьютер?

 

Степан Пачиков: Понимаете в чем дело, то, что будет через 50-100 лет трудно назвать машинами. Это будет некоторый синтез того, чем являемся сегодня мы, нашего биологического мира с тем, что дает сегодня компьютерная логика, индустрия мышления. Скорее это будет некий синтез биологического и технологического развития в нечто, что не будет являться ни машиной, ни человеком. Это будет какая-то форма существования, я не знаю в виде радиоволн, в виде электромагнитных волн, в виде каких-то полей. Очень трудно заглядывать вперед, потому что развитие идет столь чудовищной скоростью. Экспонента, которая загнулась. И фактически, каждые последующие 10 лет все радикально удваивается.

 

JSON.TV: И эмоции появятся у компьютерного мозга?

 

Степан Пачиков: Не у компьютерного мозга. Эмоции – это часть нашей вычислительной жизни. Для чего нужны эмоции? Они помогают нам выживать в окружающей среде.  Почти все, чем наш мозг оборудован, это эволюция дала для того, чтобы вид смог выжить и победить другие виды. Эмоции – это средство выживания. Мне не нравится, когда вы говорите про будущие компьютеры. То, что будет в будущем – это не компьютеры. Это некая новая форма жизни, которая образуется как результат развития нашего сегодняшнего интеллекта, потому что компьютеры – это результат нашего интеллекта, это наш плод, это наши дети.

 

JSON.TV: То есть экзоскелет, которому делают шаги и экзомозг. Или как?

 

Степан Пачиков: Ну скорее всего так.

 

JSON.TV: Близко к этому.

 

Степан Пачиков: Надо относиться к этому, как к только что родившемуся ребенку. Вот ему несколько дней или там 2 недели, он еще ничего не умеет, но у него уже все шансы превзойти своих родителей в образовании, в интеллекте, во всей жизни. Сегодня компьютеры – это ребенок, который находится пока на первых днях своего существования.

 

JSON.TV: На 50-100 лет вперед заглянули, вернемся в сегодняшний день. Может отчасти вчерашний. Откуда берутся идеи для новых проектов, продуктов? У Вас ведь наверняка было много других, как они рождаются?

 

Степан Пачиков: Идей и правда довольно много, много из них очень хороших. У меня даже была такая идея: написать статью, книжку под названием «Идеи, которые я не претворил в жизнь». И их набирается уже на хорошую книжку. Откуда берутся идеи? В основном, ты смотришь вокруг, видишь некую проблему, и хочется думать: «А если бы я эту проблему решал, как бы я ее решил»? Например, есть проблема развития интеллекта людей. Как сделать человечество умнее. Хотелось бы чтобы человечество было умнее. Есть много способов. Один из способов состоит в том, чтобы вложить силы, деньги, внимание в развитие детей на самых первых стадиях их развития. Первые 3-4-5-6 лет. Фактически, этот момент наиболее существенно определяет будущее человека, его интеллект, который закладывается в первые годы. И поэтому, если, например, создать систему, которая всячески мотивировала бы родителей, обращало их внимание на то, какие из стадий развития проходит ребенок. Был такой великий психолог Бержере, разработавший теорию стадий. В частности, в контексте этой теории очень важно, когда ребенок находится в некой стадии, а помочь ему эту стадию нужно пройти как можно быстрее, потому что любая следующая не начитается, пока не закончится предыдущая. И длина следующей стадии является функцией предыдущей. То есть чем позже заканчивается стадия B, тем длиннее будет длиться стадия С. Чем позже кончится стадия С, тем длиннее будет стадия D. Поэтому для того, чтобы сделать людей умнее надо потратить все силы, энергию на то чтобы сфокусироваться на воспитании развития интеллекта маленьких детей. В еще дошкольном возрасте. Вот одна из моих идей. Я даже думал создать проект. Нарисовал в голове картину специальной сети, для того чтобы эти идеи воплотить в жизнь. Даже название придумал. Есть много других вещей, суть которых в том же, хочется решить какую-то проблему. Как бы ты ее решил, если бы ее решал ты.

 

JSON.TV: А что важнее? Идеи или люди для реализации идеи? Идеи, на реализацию которой недостаточно одного человека, просто мыслительных процессов?

 

Степан Пачиков: Вы знаете, я вообще считаю, что идей как грязи, и главная проблема для меня, по крайней мере – это не идеи. Главная проблема – это люди которые могли бы их реализовать. Например, я уже три года вынашиваю проект, который нынешний СЕО назвал лучшим проектом из всех, которые он когда-нибудь от меня слышал. Я называю его Клубок. Я хочу создать, я знаю, как это сделать, другой способ обсуждений статей, публикаций, вообще способ дискутирования, способ обсуждения, сделать его гораздо более эффективным, гораздо более удобным, красивым, стройным, полезным, понятным. Я придумал этот способ. Даже хочу его запатентовать. Но уже 2 года я не могу найти человека, которому бы я доверил эту идею реализовать.

 

JSON.TV: Так что все-таки – люди.

 

Степан Пачиков: Все как говорил Иосиф Виссарионович Сталин – самое главное это люди.

 

JSON.TV: Самое главное люди. Люди, которые реализуют, а часть, которая претворяет это в бизнес-модель и т.д.? Насколько она важна?

 

Степан Пачиков: Это все мелочи. Понимаете, если проект сделан хорошо, бизнес-модель сама как-нибудь создастся. Если есть Вы очень хороший руководитель, можете создать эффективную команду, создать разумный реальный прототип, что условно я сделал с Evernote. Мы создали первый работающий прототип Evernote в 2004-м году запустили его в октябре для Windows. Но по сегодняшним понятиям – это был прототип идеи. Пришел Фил и превратил это в настоящий бизнес. Если есть хороший работающий хотя бы прототип продукта, или хотя бы по которому можно судить, что за ним стоит то бизнес тем или иным способом появится. Я всегда советовал начинающим антрепренерам, бизнесменам не ломать себе голову по поводу бизнес-моделей. Это от лукавого.

 

JSON.TV: Степан Александрович, а Ваша роль в Ваших проектах? Вы прежде всего идеолог, то есть уже воспарили, либо чего-то еще делаете своими руками, своими мозгами? Пишете какие-то элементарные программы?

 

Степан Пачиков: Программы я не пишу. Программист из меня давно уже никакой, нулевой просто. В ПараГрафе, в продуктах моя главная роль я думаю сводилась к тому, что я был одним из ключевых людей, либо принимавших идеи, принимавших решения о юзер-интерфейсе, либо предлагавших свои собственные решения юзер-интерфейса. Если меня брать на работу в какую-нибудь фирму и спросить, чего я умею, то я умею придумывать юзер-интерфейсы.

 

JSON.TV: Давайте два слова о ближайшем будущем. Какие на Ваш взгляд основные тенденции развития в IT если не 50-100 лет, а через 5-10 лет. Куда мы идем?

 

Степан Пачиков: Я думаю, отчасти это связано с предыдущим вопросом о моих проектах. Один из моих любимейших проектов, который очень хотелось бы как-нибудь чтобы кто-нибудь реализовал назывался «Язык программирования Бога». Идея была в том, чтобы разобраться как устроено программирование биологических организмов. Почему паук, как паук делает паутину, столь сложную, где эта программа в нем заложена? На каком языке она написана? Понятно, что она в генах. Должен быть язык достаточно высокого уровня, потому что эволюция была бы гораздо более эффективна, если бы был какой-то язык достаточно высокого уровня развития. Вот найти этот язык, было бы замечательно. Почему это связано с Вашим вопросом, потому что я думаю, что сегодня наиболее перспективное направление в IT – это все что связано с биологией, с генетикой, с медициной. Потому что это взаимодополняющий процесс. Сегодня IT очень сильно помогает медицине, биологии в широком смысле слова. Например, вы знаете, что только что присудили нобелевскую премию за открытие, связанное с тем, как головной мозг решает проблему позиционирования в пространстве. То, что называется биологической GPS. Открыли только клетки, которые этим занимаются в области головного мозга, но детально, как это реально работает, где та программа, где тот firmware, который определяет работу головного GPS, еще никто не знает. И сегодня компьютерные технологии, IT помогают медикам, физиологам, биологам. Но можно было бы пойти дальше. Сегодня IT должно учиться у биологии, у генетики, у физиологии как правильно работать. Потому что фактически, сегодня какая-нибудь пчелка является по своей компьютерной мощности совершенно феноменальным устройством. Пчела делает соты, показывает другим пчелам куда лететь, собирает мед – это феноменальное устройство. То есть если бы я был человеком верующим, я бы был поражен интеллектом того, кто все это придумал.

 

JSON.TV: А можно возразить? Если бы человек всегда смотрел только на природу, то колесо, наверно, бы не изобрел, ни телеги, ни автомобили не побежали бы. Нет в природе этого.

 

Степан Пачиков: Да, разумеется. Речь не идет о том, чтобы смотреть и копировать. Речь о том, чтобы смотреть и понять, как это работает. Это не одно и то же. Понять, как работает не означает, что ставить целью сделать то же самое. Маленький пример. Ворд-процессоры для введения текста типа MicrosoftWord, которым все пользуются, или PageApple’а, ну, скажем, Word. Он не похож на пишущую машинку. Если бы делали ворд-процессор в виде пишущей машинки, это было бы совершенно другое устройство. Идея была в том, чтобы научиться удобно и красиво печатать и заменить пишущую машинку, а не обязательно было ее скопировать. Вы понимаете, как устроена пишущая машинка, здесь ее не надо копировать. То же самое здесь. Понять, как Бог программирует, означает взять его язык и пользоваться. Можно придумывать нечто лучшее, альтернативное, но сначала надо понять, как это работает сегодня.

 

JSON.TV: Степан Александрович, давайте о географии немножко поговорим. Соединенные Штаты, по-прежнему, лидер в разработке всякого рода программ, технологий и так далее? Либо уже наступают на пятки?

 

Степан Пачиков: Скорее всего, у каждого свое мнение, я считаю, что США является лидером и еще долго будет лидером. А то, что им наступают на пятки или где-то там обгоняют, или где-то с ними равняются, то это только усиливает, только мобилизует развитие IT в США. Американское IT- это результат не только того, что это США, это результат глубокой культуры этой страны, ее конституции, того, как устроен бизнес. Это очень сложный переплетенный процесс. Знаете, когда мы организовывали российское Сколково, его назвали Кремневой Долиной, на эту тему я написал какое-то количество текстов в Интернете в попытке объяснить, что такое Кремневая Долина. На самом деле, самый мой лучший текст назывался «Кремневая лихорадка». Был опубликован в 95-м году в журнале «Огонек». Я до сих пор к нему отношусь с нежностью. Я пытался объяснить, что невозможно копировать вещи, как копировать природу. Потому что, Кремневая Долина - это часть американской экономики, это тип психологии людей, это американская религия, это климат, это конституция, это природные ресурсы. Кремневая Долина - это огромная область со своей сложной экономикой. И скопировать ее в маленьком городишке было бы очень смешно. Можно было бы попытаться понять, почему это получилось, и попытаться создать условия. Например, одна из сумасшедших идей, связанных с Кремневой Долиной в России, у меня была года полтора назад, я даже помню где-то публиковал на Снобе, что, в принципе, после олимпиады в Сочи, возникнут проблемы, что делать с Сочи. И моя идея состояла в том, чтобы перевести в Сочи большую часть Московского университета. То есть сделать такой большой филиал МГУ, или еще более приличного заведения там, вроде Физтеха, Бауманки. Сделать в Сочи, олимпийскую деревню, сделать основой хорошего университета, поселить там студентов, профессоров. Одна из причин, почему молодежь собралась в Кремневой Долине, - это климат. Летом - океан, серфинг, чудесный климат, если нужно покататься на лыжах, 30 км в горы - вы катаетесь на лыжах. То есть климат привлекает людей, и в Сочи можно было бы создать такой филиал университета, такой научный городок. Такой маленький Академгородок, и попытаться, уж если не воссоздать Кремневую Долину, то хотя бы создать условия для ее появления.

 

JSON.TV: В России возможно вообще что-то типа Кремневой Долины со всеми оговорками, которые Вы сделали, то есть русский менталитет позволит чему-то подобному появиться? Ну был Академгородок, можно вспомнить, в котором Вы достаточно много времени провели.

 

Степан Пачиков: В городке было такое знаменитое по тем временам предприятие, называлось «Факел». Молодежно-комсомольская организация, которая фактически была предтечей сложных кооперативов 80-х годов. Ее разгромили, но она очень многого добилась. Вы знаете, чтобы ответить на Ваш вопрос по поводу возможно или нет, расскажу очень быстро, коротко историю про 128-ю дорогу. 128-я дорога - это дорога, опоясывающая Бостон с западной стороны, и она знаменита тем, что вдоль нее расположены штаб-квартиры, R&D-центра и почти всех известных американских корпораций. И 128-я дорога долгое время считалась центром технологического развития, альтернативой Кремниевой долины еще до того, как Кремниевая долина реально стала Кремниевой долиной. И затем 128-я дорога проиграла. Кремниевая долина оттащила на себя все: деньги, ресурсы, людей, таланты. И многие задаются вопросом. У меня есть книга, которая называется «Почему 128-я дорога проиграла Кремниевой долине». И одно из объяснений очень интересное. Бостон, это Новая Англия, викторианская психология и ментальность. Это религия, культура, которая в частности осуждает летунов, осуждает людей, которые меняют часто места работы, там очень трудно в обществе создать себе хорошую репутацию, если узнают, что вы каждые 2-3 года переходите с места на место. И это создало такой тормоз для развития, потому что в Кремниевой долине люди переходят с места работы на работу в течении часто полугода, года, двух, и они как пчелки приносят идеи, пыльцу. Происходит такой гораздо более бурный поток взаимного благотворения идей между фирмами. И вот маленькая вещь: пуританизм явился тем тормозом, и отсутствие пуританства явилось тем, что способствовало в этом сражении Кремниевой долине 128 дороги. Поэтому в России все будет иначе, здесь другая религия, здесь другая ментальность, другой набор ценностей, но главное - каким-то способом конечно же в России наука и технологии могут резвиться до необычайных высот, если им не мешать.

 

JSON.TV: Про Индию и Китай два слова. На двоих практически три миллиарда человек, есть и хорошие теплые места, остров Хайнань что ли, к сожалению, не был там говорят не плохой курорт ну или Гоа, индийский. У них-то есть шансы?

 

Степан Пачиков: Ну, во-первых, они довольно быстро развиваются и заняли такое солидное место в развитии IT, но, конечно, шансов перебить американцев у них не очень много, и у китайцев тоже не очень много, потому что американцы — это не просто климат, люди, это еще другая конституция, это другой способ, другой суд. Это другая экономика, гораздо более эффективно организованная. Например, очень часто люди недооценивают, говорят: «Ну что вы, есть какая-нибудь почта американская есть какая-нибудь доставка товаров типа FedEx или UPS? Ну что вы, какая проблема скопировать, то же самое сделать в России? Почему в России нет такого FedEx, как в Америке? Ведь технологически там нет ничего нового, там нет никаких сложных формул, нет никаких сложных программ». Есть очень сложная высокая организация. Способность организовывать процессы у американцев бесподобная, как Толик Карачинский говорил, что фактически он считает, что главное, чем Американская экономика превосходит любую другую - это по своей способности организовывать логистику процессов необычайно высокоэффективным способом. И поэтому китайцам, индусам еще далеко до такой логистики.

 

JSON.TV: А к России если вернуться, ну, говорят, что одна из черт национального характера: на подвиг мы готовы, не готовы на каждодневную работу. Здесь-то есть какие-то козыри, может сейчас как раз воспользуемся санкциями, это я со стороны России говорю, совершим подвиг один, второй, третий. А глядишь, там уже в лидерах?

 

Степан Пачиков: Понимаете, поскольку я все-таки как бы формально далеко, хотя мы все сегодня сидим в одном и том же Интернете и читаем одни и те же новости, все равно вам судить, немножко легче, но вы видите все это изнутри вы дышите этим воздухом поэтому с той небольшой оговоркой, что я сужу издалека и знаю все по Интернету, Facebook’у, там, Ленте, Газете.ру и т.д. Мне кажется, конечно же санкции ни к чему хорошему привести не могут, контрсанкции - тем более. Мир совершенно глобален, и будет все более и более глобальным. Делить сегодня мир на север, восток, запад, юг — это довольно странно, я бы даже сказал, немножко глупо. Есть мир, и есть мировая экономика, и взаимное опыление идет с огромной скоростью и делает себя изолированным, вот эта система облекает себя на то, чтобы стать очередным Зимбабве в мировой экономике. Я думаю, что сегодня я, как и многие мои друзья, знакомые, которых я знаю, крайне скептически отношусь к тем мерам, которые предпринимаются в попытке проучить Запад и щелкнуть его по носу.

 

JSON.TV: То есть реально, чтобы уже завершить с этим вопросом противостояния Восток-Запад, европейский дух, включая американский и азиатский дух, вот этого различия Вы капитального не видите? Глобализация все перекрывает?

 

Степан Пачиков: Различия есть в интересах игроков. Давайте про Запад, Восток, Север и Юг. Возьмем Северную и Южную Корею – это противостояние чего? Севера и Юга? Ну да. А возьмем Корею и Японию - это противостояние чего, а противостоянии Японии и Китая - это совершенно колоссальное, это противостояние Севера и Юга, Запада и Востока? Это разные экономические игроки, которые разрешают свои экономические, политические проблемы, и американцы решают свои проблемы, и Великобритания, когда ей нужно, она является частью Европы, когда не нужно, она против Европы. Здесь скорее есть игроки, которые динамично вступают в разного рода коалиции временные, постоянные, полупостоянные, но глобализация — это штука, которая при всех своих недостатках настолько резко увеличивает эффективность экономики, что попытка отсоединиться от глобализации может только навредить стране.

 

JSON.TV: Понятен ваш ответ. Давайте другой вопрос. Есть ли ностальгия по родине на вашем личном примере может быть по ближайшим знакомым, либо это выдумка неудачников, как некоторые говорят?

 

Степан Пачиков: Ну, наверное, у кого-то ностальгия есть, у кого-то нет. Вообще, что такое ностальгия, например, поскольку я специалист по размытым множествам, то я считаю каждое слово неким размытым нечетким множеством. Здесь нет бинарных таких вещей: да-нет, это как говорят: красивая женщина. Есть красивые женщины, очень красивые женщины, фантастически красивые женщины, так и с ностальгией, наверное, есть люди, которые испытывают тоску по березкам, но я не испытываю, у меня березок здесь на даче достаточно. Есть не тоска, а есть потребность, есть некоторое желание находиться в языковой среде, которая для тебя естественна совершенно. Но английский никогда не будет даже на одну десятую равным по мощности моему русскому, и человек выглядит так, как он говорит, как бы мне не говорили американцы: «О, все нормально, твой английский вполне понятный». Пытаешься им объяснить, что главная моя проблема, что я никогда не говорю вам то, что я думаю. Они удивляются, я говорю потому, что я говорю только то, что могу сказать. Человек вынужден втискивать свои мысли в тот канал общения, который ему открыт, если канал очень бедный, какой бы ты ни был семи пядей во лбу. Какой бы ты не был тонкий и остроумный, все это теряется в том примитивном языке, на котором мне приходится общаться, но применительно с моей стороны имеется в виду. А что касается тоски, это выглядит шуткой, но я говорю обычно, что я ностальгию по родине легко лечу в Мексике. У меня в Мексике дом на западном побережье, я там провожу три месяца в году, и мне Мексика и мексиканцы напоминают Россию просто часто один в один со всеми своими противоречиями, со всей своей ненависти к пиндосам, а называют их «грингосы». Со всем своим превосходством, своей собственной культурой над всей культурой в мире, своим характером, пылью, грязью, контрастами богатые-бедные, когда огромный сногсшибательный по богатству особняк окружен совершенными лачугами. Поэтому для меня, как только тоска по родине - тут же в самолет и в Мексику.

 

JSON.TV: Скажите пожалуйста, кем Вы еще себя ощущаете к национальному вопросу? Переварились уже в этом meltingpot? Вы все-таки американец, русский, удин наконец?

 

Степан Пачиков: Опять же, вернемся к размытым множествам. В большей мере я человек русский, но дело в том, что слово национальность в России употребляется совершенно не так, как оно употребляется в той же самой Америке. Если какого-нибудь Александра Ботвинника спросить в России про национальность он скажет: «Я еврей». Если Александра Ботвинника спросить в Америке, скажет: «Я американец». В западной культуре, в западном языке национальность — это почти стопроцентное гражданство. То есть любой человек, имеющий американский паспорт, на вопрос «какая ваша национальность» скажет «я американец». А национальность в русском смысле слова здесь называют этническим самоопределением. И вот чисто этнически говорить очень трудно поскольку отец мой удин, родился я в удинской деревне, мама у меня русская из Украины, из так сказать на нынешнем жаргоне с Новороссии. Поэтому я удин, потому что я первые годы жизни провел в удинской деревне. Говорил на удинском языке с бабушкой и дедушкой, я люблю историю Удины, удинскую культуру. Рассказывать про удинов, про то, как албанское царство доминировало в этом регионе, и чем оно было знаменито. Но, в принципе, конечно же, если говорить на русском языке, говорить по-русски, то на вопрос о национальности я должен говорить, что я русский.

 

JSON.TV: Известна ваша диссидентская молодость, ну, в общем, фразу многим приписывают о том, кто там не был революционером в юности, не стал консерватором к старости. Вы остались диссидентом по сути?

 

Степан Пачиков: Ну скорее всего да, потому что как не любил советскую власть, так и не люблю ее.

 

JSON.TV: А американская?

 

Степан Пачиков: Вы знаете, к американской власти я отношусь по-разному, в зависимости от того, речь идет о республиканцах или демократах, поскольку я голосовал оба раза за Обаму, то скорее я нахожусь на стороне демократов, нежели на стороне республиканцев.

 

JSON.TV: Вы в меньшинстве, должно быть. Потому что большинство русских, проживающих в Америке и имеющих право голосования, голосуют все-таки за республиканцев.

 

Степан Пачиков: Да, это правда, но как говорят мои близкие здесь друзья и знакомые: «Степан, как ты мог голосовать за этого «черножопого» президента?» Русские выходцы из России знамениты здесь своим, мягко выражаясь, шовинизмом. И шовинизмом гендерным, и шовинизмом религиозным, и шовинизмом культурным. Это связано скорее с советской ментальностью и меньше связано с национальностью в русском понимании этого слова. Просто большая часть русских, приехавших сюда часто шокируют до ужаса американцев своей антиполиткорректностью.

 

JSON.TV: В Россию собираетесь приезжать в ближайшее время?

 

Степан Пачиков: Ну конечно, у меня все-таки там живут и работают дочь и брат, у меня там есть близкие друзья, меня иногда приглашают на конференции. Поэтому конечно же я в Москву приеду, но мне по разным причинам стало тяжелее путешествовать.

 

JSON.TV: И поэтому, наверное, предпоследний вопрос, если не удобно – не отвечайте. Мой вопрос не будем включать. Как оно жить с болезнью Альцгеймера?

 

Степан Пачиков: Не Альцгеймера, у меня Паркинсон.

 

JSON.TV: Паркинсон. Простите.

 

Степан Пачиков: Я бы сказал, с одной стороны интересно, потому что я был диагностирован прошлым летом, хотя болел, видимо, до этого уже несколько лет. У меня мама умерла от Паркинсона в прошлом году. Интересно, потому что я много прочитал, во многом разобрался, общаясь с людьми, которые находятся на самых передовых рубежах науки в этом смысле. Собираюсь в ближайший месяц-два проверить на себе совершенно новый препарат, который проверяли до меня только на мышах. Я бы сказал интересно, хотя есть трудности, которые приходится преодолевать. Например, я уже год не сижу перед компьютером: у меня беговая дорожка и ходячая дорожка, и я читаю и пишу стоя на беговой дорожке на скорости примерно 2-3 километра в час. Это полезно для развития пальцев, координации движений. Во всем есть свои плюсы. В любой болезни есть свой плюс, потому что начинаешь смотреть на себя, на мир с другой точки зрения, под другим углом. Что-то для себя открываешь новое, что-то не открыл бы никогда, если бы сам бы не попал в эту среду.

 

JSON.TV: Про смысл жизни хочется спросить, ни у кого не спрашивал в этой серии программ, открыли для себя уже?

 

Степан Пачиков: Вообще говоря - да. Если у Вас есть пару минут…

 

JSON.TV: Конечно.

 

Степан Пачиков: Здесь есть две философии, два подхода, которые мне очень близки. Один из них я изложил в какой-то небольшой своей статье, опять-таки опубликованной в Интернете. Я считаю, что человек моего склада понимает, что возникновение жизни на Земле чрезвычайно редчайшее, маловероятное, невероятное совпадение. Это вероятность, которая измеряется только одними нулями. Но жизнь возникла, вот в этой жизни, через несколько миллиардов лет получилось так, что стечением совершенно уникальных, редчайших обстоятельств я появился на свет. То есть тот факт, что я родился, является невероятным, совершенно невероятным событием. И с огромной вероятностью, практически 100%-ой, мы все умрем. И в том числе и я. И вопрос: что после меня останется? После меня только останется память обо мне. Память о том, что я сделал, что я говорил в интервью Вам, что я писал в книгах, что помнят обо мне мои дети, друзья. Какие фирмы я организовал, какие идеи я смог реализовать, то есть только память — это только то, что после меня останется. И вот в каком-то смысле, для меня смысл жизни, чтобы оставить после себя хорошую память. Для меня оказалось, что рай и ад, которыми пугают людей, - это и есть память о человеке, которую он о себе оставляет.  Память, которую человек о себе оставляет может быть адом, когда он представляет, что про него будут помнить и говорить. Поэтому говорят, как не верующий в Бога человек, совершает те или иные этические поступки? Что его останавливает или не останавливает? Я обычно отвечаю, как что? Для меня очень важно, что обо мне будут говорить и помнить. Будут обо мне помнить, как об человеке-убийце, врун, тиран, или как человек, создавший Evernote и ПараГраф, для меня есть большая разница. Это одна цепочка размышлений. Другая более красивая, принадлежи не мне, но я адепт этой религии, этой философии. Дело в том, что здесь нужно проследить за следующей логикой. Очень аккуратно. Есть некоторое, довольно, не важно какая, есть маленькая какая-то вероятность того, что наша жизнь, которую мы знаем на Земле, является единственной во Вселенной. Другой жизни нет. Может быть есть другая жизнь, но есть вероятность того, что мы единственная жизнь. Это вероятность не нулевая. Вполне можно логично допустить, что мы единственная жизнь во Вселенной. Второй пункт состоит в том, что жизнь легко уничтожить. Ну вот Солнце взорвется, и жизнь на Земле исчезнет. Какая-нибудь Эбола сожрет всех и вся. Термоядерная война, которая разразится, уничтожит все живое на Земле. То есть жизнь, с большой вероятностью довольно легко уничтожить. Значит, первое - мы может быть самая уникальная и единственная жизнь во Вселенной, второе - довольно легко может случиться, что даже мы, являясь единственными, можем исчезнуть. Единственное, кто сегодня может хоть что-то предпринять, чтобы уменьшить вероятность исчезновения жизни – это человеческий разум и интеллект. Только мы можем разобраться в физике и остановить взрыв Солнца, только мы можем отвести комету от Земли, только мы можем предотвратить термоядерную войну, только мы можем остановить Эболу или глобальное потепление. Поэтому смысл жизни состоит в том, чтобы уменьшить вероятность исчезновения жизни во Вселенной. Чтобы сделать все от тебя зависящее, чтобы сохранить жизнь, например, предотвратить схлопывание Вселенной, и сделать так, чтобы Вселенная не схлопнулась.

 

JSON.TV: Потрясающе. Ну что ж, спасибо Вам огромное. Это был последний вопрос. Вам силы, здоровья, выдержки и всего наилучшего. Ну а я напомню, что сегодня мы разговаривали по видеосвязи, скайпу с Нью-Йорком, где нашим собеседником был Степан Александрович Пачиков. Всем счастливо!

Слушайте пожкаст программы