×
Как забыть про мышь? Беседа с Джоном Андеркоффлером

В некотором смысле Джон Андеркоффлер (John Underkoffler) для Голливуда как волшебник для страны Оз. Это человек, который всегда остается за занавесом, но его устройства используются почти в каждом фантастическом блокбастере наряду с графикой и спецэффектами. Разница лишь в том, что его изобретения реально работают в жизни.

 

Андеркоффлер создал футуристический интерфейс в «Особом мнении», это он работал над шкалой времени для трансформации Халка, он же создавал работающие гаджеты в «Железном Человеке». И это лишь малая часть его работ в фильмах. А недавно он получил Национальную премию Купера Хьюита по дизайну за работу в качестве разработчика оригинальных интерфейсов как в фильмах, так и в реальном мире.

 

В то время как работа мистера Андеркоффлера технологом в фильмах была знаковой, к славе он не стремился и недавно ушел из Голливуда. Теперь он работает в Oblong Industries в Лос-Анджелесе, где создает лазерный пользовательский интерфейс, который со временем заменит привычную компьютерную мышь. Обязательно заменит, ведь такие люди, как Андеркоффлер, стирают грань между вымыслом научно-фантастических фильмов и реальностью.

 

– Мистер Андеркоффлер, какова роль технолога в научно-фантастическом кино? Что она за собой влечет?

 

– Я несу ответственность за такие сцены, в которых реальная наука и технология могут показать последние научно-технические достижения, хотя зритель будет считать их все еще фантастикой или декорациями со спецэффектами. Так случилось в «Особом мнении», где Том Круз работал на реально действующем интерфейсе, а зритель думал – графика. И во многих других.

 

– В какой момент вы пришли к тому, что можете справиться с подобным процессом?

 

– Наука и технология – часть нашей истории. Многие идеи приходят в голову еще во время чтения одобренного сценария. Тот же Халк, этот зеленый монстр с нечеловеческой силой. Откуда-то она должна была появиться. Это не магия. Это технология. И я всего лишь подумал, какой может быть эта технология, что за процессы она должна отображать и на что влиять. Так в течение шести месяцев я разработал концепт устройства, которое теоретически могло бы так повлиять на человека, что он стал бы «новым Франкенштейном».

 

– Насколько важно в фантастическом мире научно-фантастических фильмов, чтобы задуманное отвечало действительности? Что уравнивает факты и вымысел?

 

– Многие зрители в наши дни обладают глубокими научными знаниями. Такие физики, математики и прочие ботаники сидят на форумах, объективно оценивая каждую техническую деталь вышедшего фильма. Они как индикатор. Стоит подсунуть зрителю обман – поймут первыми и разнесут в пух и прах сценариста, режиссера и заодно весь фильм. Детали очень важны. Технические. Поэтому на мне на самом деле огромная ответственность. Либо ты даешь зрителю что-то объективное, объяснимое, работающее, либо этим занимается компьютерная графика, а тебе пора на свалку истории. Но когда что-то удается, это обычно выдающийся результат.

 

– Как насчет примеров?

 

– Легко. В «Железном Человеке», например, было необходимо создать что-нибудь большое и взрывающееся для сцены борьбы. Бомба? Слишком банально. Тогда я пришел на площадку, стал осматривать округу и понял, что Тони Старк может устроить взрыв с помощью большого количества энергии. Помните эту сверкающую вещь на груди его костюма? Откуда-то она берет энергию. Не солнечными батареями же ее собирать. Это слишком долго. А нужен мгновенный всплеск. И тут я вспомнил про ядерный синтез. Как-то сами собой подтянулись и ядерные боеголовки с территории бывшего Советского Союза, которые логично могли разнести бы в пух и прах главное здание «Старк Индастриз». И это показательный случай. Конкретная технология, конкретная перспектива, угроза. Система «вызова и ответа» в действии. Это не из фантастики, это часть нашей истории. Как и все задействованные технологии.

 

– Как вы думаете, насколько технология в кино влияет на эволюцию технологий в реальном мире?

 

– На все сто. Артур Кларк изобрел спутник связи в вымышленном мире. А Star Trek использовал коммуникаторы и телефоны задолго до Motorola. Воплощены идеи были только спустя десятилетия. Но повлияла именно фантастика, идеи, замыслы, и кинематограф в том числе. И это идет в обоих направлениях. Сейчас, более чем когда-либо, кинопродюсеры активно ищут технологов, которые адекватно смотрели бы на будущее. Этакие футурологи без мишуры.

 

– Научно-фантастические фильмы в последнее время становятся более правдивыми. Никакого звука в космосе, например. Правда в современных реалиях кинематографа становится трендом?

 

– Со времен «Особого мнения», когда люди, продюсеры и прочие режиссеры увидели, что можно не только придумывать фантастические идеи, но и их реализовывать, начался новый виток, который если и не оттолкнул компьютерную графику, то хотя бы подвинул ее с доминирующих позиций. Мы увидели десятки анонсов новых изобретений в фильмах, музыкальных клипах, ТВ-шоу и даже рекламе с тех пор. Интерфейс жестов, голограммы и прочее. Причем они работают именно так, как должны, поняв уровень грамотности и спрос на научно-техническую информированность аудитории. Это некий новый порог достоверности.

 

- Что можете сказать об идеях, которые неправдоподобны? Вы когда-нибудь работали с концепцией, до которой еще слишком далеко?

 

– Одна из вещей, которая действительно была интересной в данной сфере, мне досталась у режиссера Карин Кусама (Karyn Kusama) в «Эон Флакс». Абсолютно фантастический фильм находился на грани науки. Идея была в том, что шпионы отправляют сообщения друг другу в виде пузырьков или капсул, которые они поглощают. Они должны были пройти через их кровь и достигнуть мозга. Необходимо было придумать, как это все простимулировать, чтобы осуществить задуманный процесс. Думаю, до такого еще не додумывались, и получилось действительно красиво.

 

– Мир фильмов вас больше не впечатляет? Вы ушли из Голливуда, чтобы сосредоточиться на своей работе в Oblong Industries. Какую работу вы выполняете в компании?

 

– Мы решаем проблему, почему пользователи компьютеров до сих пор используют пресловутую «мышку», разработанную несколько десятилетий назад. Технологии уходят вперед, создавая гнущиеся экраны и 3D-объекты, искусственный интеллект, но мышь никуда не уходит. Это угроза на самом деле. Может сложиться впечатление, что от некоторых вещей просто нельзя уйти. Застой опасен. Поэтому я ухватился за действительно фантастическую возможность построить что-то новое, при этом продолжить интересную работу, которую я начал в «Особом мнении».

 

-– И каковы перспективы?

 

– Просто подвинем человечество немного вперед. Человек должен диктовать условия машине, а не машина человеку. Одно могу сказать точно: манипулировать интерфейсом в будущем станет намного удобнее и приятнее.

 

Автор: Степан Мазур