×

Исследование российского и мирового рынка FoodTech: ключевые тренды, ограничения и перспективы

Май 2020 года

Аналитический Отчет (полная версия)

Запросить стоимость полной версии исследования: news@json.tv

Аналитический Отчет (полная версия)

Исследование российского и мирового рынка FoodTech: ключевые тренды, ограничения и перспективы
Исследование российского и мирового рынка FoodTech: ключевые тренды, ограничения и перспективы
Май 2020

Исследование российского и мирового рынка FoodTech: ключевые тренды, ограничения и перспективы

Май 2020 года

Зарегистрируйтесь или войдите, чтобы скачать PDF-версию Информационного бюллетеня

Скачать

+7 926 561 09 80; news@json.tv

Пишите, звоните, если есть вопросы

Компания J’son & Partners Consulting провела исследование российского и мирового рынка FoodTech — это первая попытка в России систематизировать ключевые тренды и тенденции в сфере цифровых и биотехнологий на всей пищевой цепочке, от фермерских хозяйств и пищевых производств до упаковки, хранения, приготовления и утилизации еды. Исследование подготовлено по заказу ПАО «Московская биржа» (как часть инициативы по формированию аналитического покрытия по новым и перспективным направлениям) и при экспертном участии  ГК «ЭФКО».

 

Как и почему меняется рынок продуктов питания? Какие ключевые технологические тренды будут определять рынок FoodTech в ближайшей перспективе — с примерами самых интересных и прорывных стартапов, разработок и достижений? С какими вызовами сталкиваются инициативы в сфере FoodTech, и какова природа этих ограничений? Почему стремительно развивающееся направление FoodTech вызывает интерес инвестиционного сообщества? Какое будущее ждет индустрию FoodTech? В Отчете представлены ответы на эти и другие вопросы.

 

В рамках проекта эксперты J’son & Partners Consulting особое внимание уделили текущему состоянию, специфике и перспективам рынка FoodTech в России (в его сравнении с мировыми тенденциями), включая потенциал развития отечественных разработчиков и российских высокотехнологичных стартапов в таких отраслях, как агробиотехнологии, инновационные продукты питания, умная / активная / экономичная упаковка, персонализированное питание, ИТ / IoT в сельском хозяйстве и др.

 

В Отчете представлены интересные цифры и факты по мировому и российскому FoodTech рынку, включая динамику объема рынка и его ключевых сегментов, инвестиции и прогнозы.

 

Полная версия исследования доступа для скачивания (372 стр.)

 

Выражаем также признательность экспертам, которые приняли участие в подготовке Отчета (по ссылкам ниже доступны записи ТВ-интервью):

 

1. Абалакин Игорь, технический директор Entoprotech

 

2. Аблаев Алексей, кандидат технических наук, президент Российской Биотопливной Ассоциации

 

3. Белоконева Ольга, руководитель направления по работе со стартапами и научной кооперации ГК «ЭФКО»

 

4. Бенко Николай, генеральный директор компании «Агроплазма» 

 

5. Волобуев Владимир, генеральный директор компании MyGenetics

 

6. Дебабов Владимир, доктор биологических наук, академик РАН, научный руководитель НИЦ «Курчатовский институт » - ГосНИИгенетика

 

7. Иванов Геннадий, основатель компаний «НордТехСад» и «Биолаборатория»

 

8. Куценко Владимир, генеральный директор компании «Активная упаковка» 

 

9. Марсель Юлия, сооснователь компании GreenWise

 

10. Морозов Денис, генеральный директор компании «АгроБиоТехнология» 

 

11. Орлова Ольга, генеральный директор компании «БиоРитм»

 

12. Редуто Андрей, директор по развитию Go Foods

 

13. Скальный Анатолий, проф., зав. лабораторией молекулярной диетологии Института персонализированной медицины ПГМУ им. Сеченова

 

14. Хесуани Юсеф, управляющий партнер 3D Bioprinting Solutions

 

15. Яковишина Дарья, к.б.н., сооснователь и CEO компании «Ксивелью»

 

Глава 1. Обзор и описание общей экосистемы рынка FoodTech

 

Часто под понятием FoodTech подразумеваются онлайн-сервисы доставки еды из магазинов и ресторанов. Этот сегмент занимает более половины мирового рынка «фудтех» и основную долю в России. Однако понятие FoodTech (Food Technologies) гораздо шире — это интеграция цифровых и биотехнологий во всю пищевую цепочку, от фермерских хозяйств и пищевых производств до упаковки, хранения, приготовления и утилизации еды.

 

AgFunder выделяет следующие ключевые направления на рынке AgriFood Tech:

 

1)   Upstream (технологии производства, переработки, хранения и утилизации пищевых продуктов):

 

▪       сельскохозяйственные биотехнологии (в том числе, исследование микробиома почв и растений, генетика, разведение и здоровье животных);

▪       B2B торговые площадки для агробизнеса (торговля сельскохозяйственной продукцией), онлайн-закупки, лизинг оборудования;

▪       биоэнергетика и биоматериалы (в том числе, новые технологии переработки сырья, каннабис как фарма);

▪       ИТ-системы управления фермами, IoT в сельском хозяйстве (технологии обработки данных, Big Data в с/х, системы поддержки принятия решений);

▪       сельскохозяйственная робототехника, механизация и оборудование (в том числе, сельхозтехника, автоматика, дроны, оборудование для выращивания и т.д.);

▪       новые фермерские системы (в том числе, протеин из насекомых, вертикальные фермы, indoor farming (закрытые городские фермы / теплицы, фермы-контейнеры и т.д.), аквакультуры, производство водорослей и т.д.)

▪       инновационные продукты питания (в том числе, культивированное мясо, продукты из растительного протеина, новые ингредиенты и т.д.).

 

2)   Midstream (технологии безопасности и прослеживаемости пищевых продуктов, логистика и транспорт, новые технологии обработки продуктов питания)

 

3)   Downstream (технологии дистрибуции и доставки пищевых продуктов):

 

▪       ресторанные и розничные технологии (в том числе, роботизированные системы, 3D-принтеры, IoT мониторинг пищевых отходов и т.д.);

▪       ресторанные маркетплейсы — электронные площадки для ресторанов (в том числе, технологические онлайн-платформы по доставке еды);

▪       eGrocery (интернет-магазины и торговые площадки для продажи и доставки продуктов);

▪       «домашняя и кухонная техника» (в том числе, умная кухонная техника, новые технологии питания, в том числе, персонализированное питание, специальные устройства для тестирования качества и состава пищевых продуктов и т.д.);

▪       доставка готовых наборов продуктов питания для приготовления блюд

 

4)   Смешанные технологии: например, fintech для фермеров.

 

Классификация направлений AgriFood Tech от AgFunder (2018

 

DigitalfoodLab использует следующую классификацию направлений, которые входят в FoodTech[1]:

[1] https://www.digitalfoodlab.com/reports/2018-europe-en/download

 

1)   AgTech — технологичные решения для повышения производительности и качества сельскохозяйственного производства с использованием ИТ-технологий (беспилотные летательные аппараты, датчики, программное обеспечение, а также новые фермерские решения, например, городские фермы или вертикальные фермы).

 

2)   FoodScience — стартапы, разрабатывающие новые продукты питания и революционные ингредиенты.

 

3)   Delivery & Retail — электронная коммерция в пищевой промышленности (от улучшения покупательского опыта в Retail до сервисов доставки продуктов.

 

4)   Food Service — стартапы ресторанной индустрии (улучшение управлением ресторанами, системы доставки и прочее)

 

5)   Media — агрегаторы и сервисы, связанные с информацией о питании (поиск продуктов, рецепты и т.д.)

 

В рамках настоящего отчета фокус внимания направлен на изучение рынков (Global и РФ) последующим направлениям FoodTech (при этом рынок доставки не рассматривается):

 

1)   Сельскохозяйственные биотехнологии (в том числе, генетика, новые технологии экстракции, переработки сырья, новые ферменты и микроорганизмы)

 

2)   Альтернативные источники белка и инновационные продукты питания (в том числе, клеточное мясо / рыба, а также мясные, рыбные и молочные продукты на основе растительного сырья (восстановленные в лабораторных условиях), протеин из насекомых, протеин из метана, протеин из водорослей, а также free from продукты (безглютеновые продукты, продукты без содержания сахара и прочие здоровые продукты питания))

 

3)   ИТ технологии и IoT в сельском хозяйстве: развитие технологий Big Data, ML, AI в области производства продуктов питания, робототехника и прочие технологии в рамках развития Индустрии 4.0.

 

4)   Новые технологии хранения продуктов питания (в том числе, умная упаковка, технологии отслеживания движения пищевых продуктов, активная упаковка и новые технологии для увеличения срока годности, а также экологичная упаковка, включая биоразлагаемую, перерабатываемую, повторно используемую и т.д.)

 

5)   Персонализированное питание (в том числе, сервисы по персонализированному питанию, основанные на анализе ДНК и микробиома кишечника, а также новые технологии функционального питания и персонализированная медицина)

 

6)   E-commerce (маркетплейсы)

 

Глава 2. Общий анализ мирового и российского рынка FoodTech

 

Объем мирового рынка FoodTech (по ключевым выделенным сегментам, за исключением сегмента доставки) в 2018 году составил почти $191 млрд. и, согласно прогнозам в ближайшие 6 лет будет демонстрировать 7.2% CAGR, благодаря чему составит более $390 млрд. к 2025 году.

 

В настоящее время 65% этого объема приходится на сегмент Sustainable Packaging, однако наиболее динамичными рынками в прогнозном периоде будут такие направления, как биотехнологии, инновационные продукты питания и IoT, демонстрируя самые высокие темпы роста. В частности, сегмент сельскохозяйственных биотехнологий увеличит свою долю в общем объеме мирового рынка AgriFood Tech с 17% в 2018 году до 22% в 2025, а сегмент IoT, соответственно, с 9.8% до почти 16%. Зарождающийся рынок инновационных продуктов питания (клеточное мясо и рыба, а также альтернативные мясные, рыбные и молочные продукты из растительного сырья, восстановленные в лабораторных условиях) в прогнозном периоде будет демонстрировать самые невероятные по сравнению с другими направлениями FoodTech темпы роста (CAGR 50.5% 2018-2025).

 

Объем мирового рынка AgriFood Tech 2018-2025

 

Приведенные оценки включают объем рынка по следующим ключевым сегментам FoodTech: сельскохозяйственные биотехнологии, новые источники белка и инновационные продукты питания (альтернативное / клеточное мясо и рыба, молочные продукты из растительного протеина — только с использованием новых технологий, а именно воссозданные из растительного сырья в лабораторных условиях, протеин из насекомых — корм для животных, продукты питания, включая функциональные), ИТ-технологии / IoT в сельском хозяйстве, интеллектуальная и активная упаковка, sustainable packaging, а также персонализированное питание.

 

Темпы роста мирового рынка AgriFood Tech в разрезе ключевых направлений CAGR % 2018-2025

 

Объем мирового рынка FoodTech в разрезе ключевых направлений (за исключением сегмента доставки), 2018-2025

 

Структура мирового рынка AgriFood Tech в разрезе ключевых направлений, % 2018-2025

 

2.1 Общий анализ мирового рынка FoodTech: объем рынка и прогнозы развития, ключевые сегменты и их специфика, глобальные и региональные тренды, тенденции и факторы

 

Сельскохозяйственные биотехнологии

 

В последнее время изменения в различных областях производства продовольствия и ведения сельского хозяйства происходят растущими темпами: на смену эпохе естественного отбора пришли «Зеленая революция», эра трансгенных культур и достижения в области редактирования генов и разработки новых методов производства продуктов питания. Население мира, в составе которого неуклонно повышается доля городских жителей, ежегодно увеличивается на 80 млн. человек и к 2050 году достигнет 9.7 млрд. Все это вызывает растущую озабоченность вопросы устойчивого использования природных ресурсов, поэтому для удовлетворения потребностей всех людей необходимо продолжать развивать новые системы производства продовольствия.

 

Удовлетворять меняющиеся потребности помогают новые технологии. Новые методы селекции растений — четвертая сельскохозяйственная революция. К НМСР относятся достижения в области генетики и молекулярной биологии за последние 40 лет. Благодаря знаниям о взаимодействии генов растений были разработаны точные методы редактирования генов с использованием молекулярных механизмов, которые позволили целенаправленно «включать», «выключать» и изменять генетический материал в определенных участках генома сельскохозяйственных культур — такие инструменты, как цинк-пальцевая нуклеаза, эффекторные нуклеазы, подобные активаторам транскрипции (TALEN), олигонуклеотид-направленный мутагенез (ОНМ) и короткие палиндромные повторы, расположенные группами, равномерно удаленными друг от друга (CRISPR). В 2013-2016 в американские компании (стартапы), занимающиеся редактированием генов, было инвестировано более $1 млрд., и большая часть этих инвестиций была направлена в компании, применяющие CRISPR-технологии.

 

Среди европейских стран, инвестирующих в биотехнологическую отрасль, можно выделить Францию, Германию, Данию, а также Швейцарию и Швецию. Ожидается, что наиболее быстрорастущими биотехнологическими рынками в ближайшие 5 лет станут страны Азиатско-Тихоокеанского региона, в частности, Китай и Индия.

 

Прогнозируемые объемы рынков в области сельского хозяйства в мире в части генетически модифицированных и принципиально новых (синтетических) сортов и видов растений с широким спектром полезных свойств к 2030 году достигнут $6 млрд., услуг иммуногенетических лабораторий — $0.5 млрд., депозитариев агрогенетического материала и агробиоразнообразия — $4 млрд., гарантированно безопасного в санитарно-эпидемиологическом отношении мяса животных от генетически модифицированных пород — $60 млрд[1]. При этом биоинженерия и медицинская генетика, которые напрямую связаны с результатами применения технологий генетического редактирования, могут обеспечить к 2035 году объем рынка около $3 трлн.

 

В США в настоящее время на сельскохозяйственном рынке представлено более 20 видов растений с отредактированным геномом, в числе которых в основном злаки и бобовые культуры. По меньшей мере 3 рекомбинантных белка, получаемых с молоком генетически модифицированных животных, прошли клинические испытания и допущены к использованию в качестве лекарственных средств в США и странах Европы. С помощью технологий геномного редактирования в США, странах Евросоюза и Китае получены животные, характеризующиеся повышенным накоплением мышечной ткани, продуцирующие низкоаллергенное молоко, обладающие повышенной устойчивостью к заболеваниям, например, к туберкулезу КРС и репродуктивно-респираторному синдрому свиней.

 

Согласно оценкам Zion Market Research, мировой рынок сельскохозяйственных биотехнологий к 2025 году составит $67.01 млрд., демонстрируя средние ежегодные темпы роста в период 2018-2019 на уровне 10.7%. В том числе, сегмент редактирования генома в 2018 году оценивается в $3.7 млн. с перспективами роста к 2025 году до $9.66 млрд. (с показателем CAGR на прогнозный период 14.7%). По данным Technavio ключевым драйвером этого рынка будет растущий спрос на технологии, способствующие повышению урожайности (в условиях сокращения ресурсов и роста потребления). При этом более 50% прогнозируемого роста мирового рынка сельскохозяйственных биотехнологий обеспечит США, в том числе, благодаря своей одобрительной законодательной политике в области генной инженерии.

 

[1] https://storage.strategy24.ru/files/project/201904/760b06794ce42d423dc2c63bcb6b5927.pdf

 

Новые источники белка и инновационные продукты питания

 

Результаты исследований в области клеточной биологии применяются при культивировании in vitro клеток скелетной мышечной ткани животных с целью производства пищевых продуктов. В перспективе применение этой технологии позволит получать высококачественный белок, который может дополнять и / или частично заменить мясной белок, потребность в котором растет. Проблемы в этой сфере могут быть связаны не только с тем, чтобы потребители признали так называемые «выращенные в пробирке» мясные (и рыбные) продукты, но и с тем, что, возможно, потребуется провести дополнительную оценку объема нормативного контроля, необходимого для обеспечения качества, безопасности и здоровья населения и окружающей среды. 

 

Описанные выше продукты (клеточное мясо / рыба) появились на мировом рынке недавно, но ожидается, что к 2025 году будет создан рынок культивируемого мяса объемом более $200 млн., а к 2032 — почти $600 млн. (при среднегодовых темпах роста на уровне 15.7%)[2]

 

По мнению аналитиков Barclays, сегмент аналогов мяса, в том числе, воссозданного на основе растительного белка в лабораторных условиях, может составить 10% мирового рынка мяса, оценивающегося в $1.4 трлн., и в ближайшие 10 лет перерастет в индустрию стоимостью $140 млрд

 

Технология мультиплицирования клеток животных и протеин из растительного сырья как технологии производства новых продуктов питания уже оформились в США и с точки зрения привлечения инвестиций, и с точки зрения формирования реальных рынков потребления. Все это связано с обострившимися проблемами экологии, устойчивого развития и здоровья населения.

 

Согласно оценкам MarketsandMarkets, объем мирового рынка plant-based meat к концу 2019 года составит $12.1 млрд. с прогнозом роста к 2025 до $27.9 млрд. (показатель CAGR на прогнозный период составит 15.0%). Однако в данном случае имеется в виду мировой рынок всех аналогов / заменителей мяса, включая, например, соевое мясо[3]. Если же говорить об инновационных технологиях в концепции meatless industry (мясные продукты, воссозданные из растительного белка в лабораторных условиях, аналоги Impossible Foods и Beyond Meat), то объем мирового рынка в этом сегменте по состоянию на 2018 год составил около $160 млн. Уже в 2019 году Beyond Meat ожидает увеличить выручку до $240 млн. (+173% по сравнению с 2018 годом). Успешный выход компании на IPO является стимульным примером для аналогичных проектов как со стороны стартапов (в том числе, с учетом относительной простоты технологий), так и со стороны новых инвесторов. Получение Impossible Foods разрешения от FDA в 2019 году открывает новые перспективы для второго крупного игрока в этой отрасли и позволяет прогнозировать существенного увеличения продаж компании за счет выхода в retail-сегмент. Прогнозируемый объем мирового рынка мясных продуктов на основе растительного протеина (аналоги Impossible Foods и Beyond Meat) составляет около $4 млрд. к 2025 году[4].

 

Параллельно с рынком альтернативного мяса на мировом рынке наблюдается рост интереса к альтернативной рыбе (как на основе растительного сырья, так и с использованием клеточных технологий): прогнозный показатель объема рынка в этом сегменте составляет более $300 млн. к 2025 году с показателем CAGR 60.55% 2018-2025).

 

Заметным трендом на мировом рынке новых продуктов питания является рост сегмента безлактозного молока. Причем речь идет не столько об альтернативных категориях молочных продуктов из сои или миндаля, а о разработке инновационных технологий, позволяющих производить молоко, максимально по вкусу похожее на традиционное, при этом обладающее высокими питательными свойствами (например, молоко из желтого гороха от Ripple Foods или альтернативное молоко из бананов от Mooala). Прогнозируемый объем рынка альтернативных молочных продуктов, разработанных с использованием новых технологий) составляет около $350 млн.

 

Еще один тренд мирового FoodTech рынка — это рост сегмента протеина из насекомых. По оценкам компании Meticulous Research мировой рынок съедобных насекомых будет демонстрировать средние ежегодные темпы роста с 2018 года на уровне 23.8% и к 2023 году составит почти $1.2 млрд. При этом, наибольшая прибавка ожидается не за счет Азиатско-Тихоокеанского региона (где употребление в пищу насекомых является привычным делом), а как раз за счет Европы и Латинской Америки — согласно прогнозам ФАО за 5 лет эти регионы покажут почти трехкратный рост — с $170 млн. до $500 млн. Рынок Северной Америки вырастет более, чем в 3 раза — до $154 млн. На традиционных потребителей — страны АТР — будет приходиться менее половины емкости рынка ($477 млн.).

 

Согласно данным MarketsandMarket, на конец 2019 года мировой рынок протеина из насекомых составит $144 млн., а к 2025 году рынок будет ежегодно расти на 45% и достигнет $1336 млн. В настоящее время в мире более 60% всего рынка насекомых приходится на сельскохозяйственный сектор (корма для животных), однако заметным трендом становится рост рынка насекомых для употребления в пищу человеком (в том числе, добавление протеина из насекомых в функциональные продукты, например батончики, хлеб, печенье и т.д.).

 

[2]https://www.marketsandmarkets.com/Market-Reports/cultured-meat-market-204524444.html?gclid=Cj0KCQjwzozsBRCNARIsAEM9kBO819ztbBuEE5otTOYPldwkJYN5fYujJzDhADH9i2_R6mLbiXAjPGEaAlDpEALw_wcB

[3]https://www.marketsandmarkets.com/Market-Reports/plant-based-meat-market-44922705.html?gclid=Cj0KCQjwzozsBRCNARIsAEM9kBP7uITaKVLBgSdm7YhwGqtWMwcrHWjBY783_DabQ2VgAHI_VVxbXykaAs7wEALw_wcB

[4] Оценки J’son & Partners Consulting на основе данных по выручке Impossible Foods и Beyond Meat, а также оценок и прогнозов международных исследовательских и консалтинговых агентств

 

ИТ / IoT технологии в сельском хозяйстве

 

Сельское хозяйство стоит на пороге «Второй зеленой революции». Эксперты оценивают, что благодаря технологиям точного земледелия, основанными на интернете вещей, может последовать всплеск урожайности такого масштаба, какого человечество не видело даже во времена появления тракторов, изобретения гербицидов и генетически измененных семян.

 

Согласно оценкам Allied Market Research, мировой рынок IoT в сельском хозяйстве в период 2018-2025 будет демонстрировать средний ежегодный рост на уровне 14.7% и вырастет до 48 714 млн. Рост обусловлен в том числе, снижением стоимости технологий в результате продолжающихся исследований и разработок в сфере IoT, а также усилий со стороны правительств стран всего мира.

 

Интернет вещей продолжит играть значительную роль в увеличении текущей сельскохозяйственной производительности, чтобы удовлетворить растущий спрос на продукты питания. IoT в сельском хозяйстве включает в себя передовые технологические инструменты, оборудование и решения, позволяющие повышать операционную эффективность, максимизировать производительность и минимизировать потери за счет сбора и анализа данных в режиме реального времени, а также разработки интеллектуальных средств управления.

 

Разнообразные приложения на основе IoT, такие как точное земледелие, мониторинг с/х животных, интеллектуальные теплицы, мониторинг и системы управления рыбных хозяйств, будут способствовать ускорению процессов в области сельского хозяйства, а также формировать эффективные способы работы в условиях изменения климата, которое оказывает существенное влияние на мировое сельскохозяйственное производство.

 

Технологии IoT помогают оптимизировать количество и качество сельскохозяйственной продукции, объединяя фермы в единые платформы и делая их более интеллектуальными, обмениваясь, храня и анализируя информацию.

 

В настоящее время точное земледелие доминирует в сфере Интернета вещей — на его долю приходится около 44.7% всего объема мирового рынка. Прогнозируется, что в течение прогнозного периода мониторинг сельскохозяйственных животных и интеграция IoT для определения их местоположения и мониторинга здоровья будут демонстрировать существенный рост.

 

По прогнозам Gartner, общий экономический эффект от внедрения интернета вещей во всех отраслях экономики в глобальном масштабе составит к 2020 году $1.9 трлн., на долю сельского хозяйства приходится 4%, то есть примерно $76 млрд. По оценке GoldmanSachs, совокупный рост производительности растениеводства за счет внедрения решений точного земледелия может вырасти на 70% и принести $800 млрд. дополнительной продукции к 2050 году

 

Средний уровень проникновения технологий точного земледелия в США USDA оценивает в 30-50%. Самые распространенные их них: компьютер с высокоскоростным доступом в интернет, анализ почвенных проб (98%); карты урожайности, мониторы урожайности, навигационные GPS-системы (~80%); технологии дифференцированного внесения (VR) и предписывающие карты (prescription maps) применяют более, чем 60% респондентов; спутниковые снимки и анализ вегетативного индекса растений применяют не более 30% фермеров, хотя новые разработки в использовании беспилотных летательных аппаратов (дронов) могут повысить интерес к использованию изображений для скаутинга, анализа данных и принятия управленческих решений.

 

Что касается технологий сбора и обработки данных — использование данных и программного обеспечения для составления карт урожайности является наиболее распространенной практикой (80%), за которой следует разработка планов или предписаний для применения VR-технология для внесения питательных веществ и удобрений, а также для посева и посадки (50-60%).

 

Несмотря на то, что в Европе 70-80% сельхозтехники продается со встроенными умными и навигационными системами в Европе, количество «подключенной» техники находится на уровне 25%-30%. Основными барьерами европейского рынка являются меньшая доля крупных фермерских хозяйств по сравнению с США (наличие большого количества «семейных» многовековых преемственных бизнесов), для которых покупка техники с подключенной электроникой является дорогостоящей, а также тот факт, что большинство хозяйств уже имеют в использовании тракторную технику, что препятствует ее замене на более инновационную.

 

Smart Packaging (Интеллектуальная и активная упаковка)

 

Цифровизация обеспечивает упаковке новые функции, позволяя производителям продуктов питания и напитков превращать свои упаковки в полноценных носителей данных, расширяя возможности отслеживания упаковки, получения информации о продукте и повышения удобства для потребителей. Рынок интеллектуальной упаковки будет демонстрировать привлекательные перспективы — новые технологии будут защищать потребителя от подделок, рекламировать продукт и даже заботиться об экологии.

 

Согласно оценкам Smithers Pira, объем мирового рынка компонентов для интеллектуальной упаковки вырастет с $5.68 (2017) до $7.60 млрд. (2023). При этом рынок умной упаковки оценивается на уровне $1.06 млрд. Так как отрасль находится на начальном этапе жизненного цикла, это открывает большие возможности для внедрения инвестиций. Умная упаковка — это динамичный и потенциально быстрорастущий рынок с разработками в сегменте печатной электроники, микродатчиков, платформ аутентификации и Интернета вещей (IoT), способствующий переходу на новые технологии.

 

Концепция подключенных упаковок в настоящее время получает новый импульс для развития. Бренды начинают понимать, что упаковка может стать мощным медиа-каналом, через который можно взаимодействовать с потребителями, реализовывать персонализированные сервисы и измерять эффективность маркетинговых коммуникаций в режиме реального времени. 

 

Подключенная упаковка используется не только для маркетинговых целей. Новые технологии позволяют компаниям пищевой индустрии осуществить переход от устаревшей системы безопасности и контроля качества к современной прозрачной подаче информации, что повышает операционную эффективность, позволяя совершенствовать цепочку «изготовление — подлинность — подотчетность — безопасность — управление запасами». Инициатива в ритейле по обеспечению прозрачности информации для покупателей является одним из ТОП трендов 2019 года и в перспективе будет только расти. Например, в США уже сегодня развивается более 30 продуктовых и медицинских программ, направленных на это.

 

Активно развивается целый класс решений, направленных на идентификацию подлинности продуктов и борьбу с подделками (блокчейн-платформы). Smithers Pira прогнозирует, что глобальный рынок компонентов упаковки для защиты брендов от подделок в период 2019-2024 будет расти со средним годовым темпом роста 4.4% и достигнет $4 млрд. Технологии отслеживания, позволяющие фиксировать статус продукта в цепочке поставок и ретроспективно определять и проверять его путь, являются наиболее быстро растущей областью этого рынка.

 

Объем сегмента активной упаковки Smithers Pira оценивает на уровне $4.62 млрд. (2017).Спрос на активную упаковку обусловлен желанием дольше сохранять пищевые продукты свежими, сокращать количество пищевых отходов и популяризировать более удобную упаковку для потребителей. Хотя этот тип упаковки более развитый и прогнозы показывают более медленный (по сравнению с умной упаковкой) рост, значительные возможности для развития технологий активной упаковки существуют на нишевых рынках.

 

Правительства разных стран поощряют развитие решений умной и активной упаковки. Согласно данным, публикуемым ЕС, около 88 млн. тонн пищевых продуктов в Европе ежегодно теряется понапрасну, а в мировом масштабе теряется около трети пищевых продуктов для потребления человеком, что в 2017 году составило более 1.3 млрд. тонн. В 2017 году европейский союз подписал обязательство сократить в 2 раза объем отходов в пределах своих границ к 2030 году, а усовершенствованная упаковка будет играть здесь жизненно важную роль.

 

Упаковывание в модифицированной газовой среде (МСГ) и другие практические решения — такие как использование поглотителей кислорода, которые могут вдвое увеличить срок годности многих скоропортящихся продуктов по сравнению с обычной упаковкой — продолжат играть ключевую роль, при этом прогнозируется их технологическое усовершенствование.

 

Умные компоненты — такие как индикаторы свежести и временно-температурные индикаторы — полезны для всей цепочки поставок, а не только каким-то индивидуальным ее элементам. В частности, поведение потребителей — еженедельное, а не ежедневное совершение покупок, стареющее население и большее число домохозяйств, состоящих из одного лица, согласуются с более длительным сроком хранения и возможностью контроля, которые предлагает интеллектуальная упаковка. Она может дать ясную информацию о состоянии продукта без использования условной маркировки «годен до», максимально сокращая излишние отходы.

 

По оценкам, приведенным в отчете Marketstudyreport, мировой рынок умной и активной упаковки в 2018 году составил $16.1 млрд. Прогнозируется, что в период 2018-2025 этот рынок будет демонстрировать средние ежегодные темпы роста на уровне 9.1% и к 2025 году составит $32.3 млрд. При этом, такие сегменты, как Food & Beverage и Pharmaceuticals являются ключевыми вертикалями в совокупном объеме использования Intelligent Packaging. Orbis Research оценивает этот рынок по состоянию на 2018 год уже на уровне $34.57 млрд. с перспективой роста до $48.08 млрд. к 2023 году (CAGR 2018-2023 — 6.82%).

 

Sustainable Packaging («Устойчивая упаковка»[5]

 

Основная тенденция на мировом рынке упаковочных материалов — поиск наиболее экологичных упаковочных решений. Экологически устойчивое развитие быстро становится неотъемлемой частью мировой индустрии упаковки. Огромное количество отходов и, главным образом, использованной упаковки, создает непосильную нагрузку на экологию. Давление общественности в связи с этим на индустрию растет, политики во всем мире задумываются о регулировании отрасли упаковки и о внедрении циркулярной экономики, которая предполагает использование отходов как сырья для новой продукции.

 

[5] Здесь и далее под термином «устойчивая упаковка» понимаются упаковочные решения, подходы и технологии, которые соответствуют концепции устойчивого развития — формирования замкнутого цикла использования ресурсов для максимального снижения негативного воздействия упаковки на окружающую среду при сохранении ее полезных свойств (в том числе, перерабатываемая, биоразлагаемая, повторно используемая, экологичная упраковка).

 

Главные препятствия для ее внедрения связаны с использованием пластика в упаковке. Пластик дешев, прочен, мало весит, из него можно сделать упаковку любой формы, поэтому он широко используется в индустрии. По сравнению с другими материалами у пластика долгий цикл жизни, он разлагается много лет. На данный момент в мире только ¼ часть всего использованного пластика перерабатывается.

 

Власти Евросоюза разработали Стратегию по пластику (Plastic Strategy), согласно которой к 2030 году вся пластиковая упаковка должна быть либо биоразлагаемой, либо повторно используемой. Также они планируют перерабатывать больше, чем 50% пластикового мусора к этому году. Власти активно работают с бизнесом в этом вопросе — введен специальный пластиковый налог и закон, согласно которому компании, которые продают свои товары в пластиковой упаковке, должны участвовать в ее переработке. С 2021 года в Финляндии запрещены те виды пластика, которые нельзя переработать.

 

Ужесточение вопросов охраны окружающей среды стимулирует производителей упаковочных материалов и изделий активно использовать новые технологии. Сокращается материалоемкость упаковки, растет доля использования многослойных пленочных материалов, картонной упаковки со специальными покрытиями и пропиткой, умной и активной упаковки, сокращающей потери при реализации товаров.

 

Около 30 компаний, участвующих в цепочке поставок в сфере производства пластмассы и потребительских товаров, создали Альянс по ликвидации пластиковых отходов (AEPW), в рамках которого будут разработаны и внедрены новые решения, позволяющие сократить и утилизировать пластиковые отходы (это включает в себя продвижение решений по вторичному использованию пластика в рамках концепции безотходной экономики).

 

Мировой рынок экологичной упаковки — рост в разрезе регионов (2019-2024)

 

AEPW намерен уделять особенное внимание мерам по защите окружающей среды от пластикового загрязнения в Азии и Африке. Планируется развитие инфраструктуры для сбора и переработки отходов, внедрение в практику современных решений по управлению отходами, вовлечение правительств на всех уровнях, организаций и сообществ для мобилизации усилий. В AEPW вошли такие компании, какBASF, Chevron Phillips Chemical Company, Exxon Mobil, Henkel, Procter & Gamble, Mitsubishi Chemical Holdings и другие. Планируется, что Альянс вложит более $1 млрд. в мероприятия по предотвращению загрязнения окружающей среды.

 

Согласно оценкам Mordor Intelligence, объем мирового рынка экологичной упаковки в 2018 году составил $224.92 млрд. и прогнозируется его рост на уровне 5.7% в период 2019-2024 до $297 млрд. В экологичную упаковку включается перерабатываемая и биоразлагаемая упаковка, а также упаковка для многоразового использования.

 

Наиболее высокие темпы роста рынка экологичной упаковки характерны для Азиатско-Тихоокеанского региона. В таких странах, как Китай и Япония уже установилась практика обращения с отходами и их переработкой. Такие инициативы Китая, как запрет на импорт 24 видов твердых материалов (введен в 2018 году), включая низкокачественный пластик, стимулируют развитие технологий экологически чистой и «устойчивой упаковки».

 

В Индии, несмотря на то, что в стране сформирована среда для вторичной переработки, проникновение концепции «зеленой упаковки» остается невысоким. Недавние инициативы, такие как Swach Bharath, будут стимулировать рынок экологичной упаковки в течение прогнозируемого периода. Кроме того, такие страны, как Тайланд, Филиппины и Индонезия, также предприняли инициативы по запрету пластика и поощрению «зеленой упаковки» для продуктов питания. Например, в 2018 году был принят указ (Siquijor), который регулирует использование пластиковых пакетов и запрещает их свободное распространение в качестве основной упаковки.

 

Ключевыми трендами на мировом рынке экологичной упаковки являются: переход на перерабатываемые материалы (при этом остается важным вопрос о внедрении таких технологий, которые позволяют одновременно сократить количество требуемой на производство энергии, а также производить восстановленный материал с уровнем качества не ниже, чем у исходного материала); повторное использование (могут потребоваться более прочные упаковочные материалы, которые должны выдерживать стирку / стерилизацию, а также необходимо формирование особой инфраструктуры); замена пластика на биопластик (необходимость инвестирования в исследования и разработки, но при этом исключая негативное воздействие на сельское хозяйство в виде дополнительной нагрузки, например, на расширение производства сахарного тростника); замена пластика бумагой (в том числе, разработка новых технологий пропитки, обеспечивающих высокие барьерные свойства бумажной упаковки, но сохраняющими ее экологичность); общее сокращение упаковки / отказ от нее (особенно для продуктов массового потребления); переход на моно-материалы (для минимизации препятствий в области вторичной переработки); развитие новых (нестандартных) идей в упаковке.

 

Персонализированное питание

 

Появление методов секвенирования и метагеномного анализа нового поколения позволило глубже понять взаимосвязи между питанием и здоровьем. Ценность накопленного огромного объема данных на уровне как отдельного человека, так и популяций, в настоящее время ограничивается нашей способностью анализировать и интерпретировать их. В перспективе исследования в области нутригеномики, персонализированного питания (и персонализированной медицины) и анализа микробиома способны революционизировать рекомендации в отношении питания, и деятельность в этих направлениях уже началась.

 

Персонализация питания — постоянная задача нутрициологии. Чем больше мы узнаем о роли питания, компонентов пищевых продуктов, тем точнее становится персонифицированный рацион. В настоящее время персонификация проводится как с использованием данных протеомных и метаболических исследований, так и генетических исследований. Целью персонифицированной диеты является, прежде всего, компенсация тех или иных особенностей генотипа и связанных с ним рисков развития алиментарно-зависимых заболеваний, обеспечивая при этом вкусной пищей, которая будет удовлетворять всем физиологическим потребностям человека в зависимости от его физической активности, возраста и многих других факторов.

 

Параллельно идет развитие направления создания новых пищевых продуктов с функциональным, лечебным или профилактическим действием. Подходы могут быть разными, но глобальная цель одна — максимальный уход от синтетических медикаментозных средств и попытка их замены или дополнения пищевыми добавками. Возникает необходимость создания персонализированных продуктов для узких категорий населения с особенностями, вызванными как генетическими данными, так и уже имеющимися заболеваниями или особенностями среды.

 

Мировой рынок персонализированного питания уже достаточно большой. По оценкам Axiom Market Research & Consulting, его объем в 2018 году составил $7.2 млрд. Компания прогнозирует, что мировой рынок персонализированного питания (включая все сервисы, диагностические компании и связанные с ними функциональные продукты питания, витамины и БАД и т.д.) в период 2018-2025 будет расти на 7% ежегодно и к концу прогнозного периода достигнет $11.5 млрд.

 

В мире существует огромное количество сервисов персонализированного питания на основе анализа ДНК. В том числе, сегмент потребительской генетики (домашние тесты) получает широкое распространение благодаря активной государственной поддержке. Например, в США FDA официально утвердило технологию 23andMe для определения повышенного риска для 10 генетических заболеваний (процесс сертификации занял около 4-х лет, изначально одобрение коснулось статусов носительства, только позднее были технологии были одобрены с точки зрения влияния генетики на риски многофакторных заболеваний, включая болезнь Альцгеймера и болезнь Паркинсона), а также для определения потенциальной реакции организма на те или иные лекарственные препараты.

 

В мире можно наблюдать активную интеграцию сервисов персонализированного питания в систему здравоохранения. Например, компания DayTwo, предлагающая систему персонализированного питания на основе микробиома кишечника, подписала соглашение с крупной израильской сетью клиник. Пациенты смогут получать персонализированные предложения по диете и советоваться через интернет с больничным диетологом. Стратегия компании предполагает постепенный переход к оплате сервиса лечащими врачами, вплоть до включения этой опции в государственную систему страхования с полным покрытием расходов для пациентов. 

 

В мире также активно развиваются сервисы персонализированного питания для очень узких групп потребителей. Например, израильская компания Nutrino совместно с Medtronic разрабатывает платформу персонализированного питания для больных сахарным диабетом, компания Astarte использует анализ микробиома кишечника для недоношенных младенцев, MDSure развивает персонализированное питание для онкобольных.

 

Еще один тренд мирового рынка персонализированного питания — развитие интегрированных платформенных решений. Например, американская компания Habit предоставляет персонализированные рецепты на основе генетического теста (в перспективе и микробиома кишечника) в партнерстве с AmazonFresh (что упрощает заказ ингредиентов). Партнерство компании с FitBit позволяет клиентам отслеживать свой прогресс с помощью носимых устройств. Перспективы дальнейшего развития рынка персонализированного питания — в интеграции данных одноразовых генетических тестов, а также периодических анализов крови или постоянными микробиомными тестами с непрерывным real-time потоком данных о состоянии здоровья человека, получаемых с носимых устройств, а также интеграция в современные платформы телемедицины.

 

Создание такое единой базы данных о влиянии потребляемой пищи на здоровье и активность человека и предоставление к ней доступа компаниям-производителям продуктов питания позволит создавать последним новые продукты, в том числе, персональное (таргетированное) и функциональное питание.

 

2.2 Состояние рынка FoodTech в России: сравнение с ключевыми мировыми трендами

 

Сельскохозяйственные биотехнологии

 

Доля России в общем объеме мирового рынка обращения генетических технологий критически мала. До недавнего времени российские исследования и разработки в области генетических технологий не позволяли достичь больших объемов востребованных рынком результатов, необходимая для различных отраслей продукция импортировалась. Например, доля российского импорта по ряду аминокислот, используемых в производстве кормов для сельскохозяйственных животных, достигала 100%, ферментов —70-80%. Однако, ситуация в последнее время начала меняться, - в стране уже запущены масштабные производства лизина, на очереди - метионин. Пока сохраняется критическая зависимости от импорта в части валина и триптофана, но активные исследования по микробиологическому синтезу этих незаменимых аминокислот продолжаются в ряде НИИ. 

 

По пищевым ферментам ситуация также может измениться в сторону активного импортозамещения. Изменить ситуацию на рынке именно в части фосфолипазы А2 и других необходимых российской пищевой промышленности ферментов может разработка Инновационного центра «Бирюч» ГК «ЭФКО»[6], на основе которой планировалось запустить производство пищевых ферментов для удовлетворения своих внутренних потребностей. Подготовка к запуску производства продолжается, но информации о старте производства в открытых источниках на сентябрь 2019 года пока не было. 

 

А целом, в России сформированы заделы по большинству генетических технологий, в том числе, в области генетического редактирования. В ряде университетов и научно-исследовательских организациях ведутся соответствующие работы, имеются биоресурсные коллекции, российские компании развивают собственные научно-исследовательские и опытно-конструкторские программы. По экспертным оценкам, в 2018 году генетические исследования проводили коллективы 80 научных и 40 образовательных организаций высшего образования РФ. Примерный объем бюджетных средств, выделенных на финансирование указанного направления, составил более 22 млрд. рублей. В 45 научных и образовательных организациях находятся 80 биоресурсных коллекций генетического материала.

 

Ключевым барьером в развитии российского рынка сельскохозяйственных биотехнологий является также принятый еще в 2016 году закон о запрете ГМО (по оценкам экспертов этот закон может зафиксировать отставание России в области Ag Biotechnology навсегда). Положительным моментом является принятая в России программа по развитию биотехнологий на период 2019-2027, на реализацию которой планируется направить 127 млрд. рублей.

 

[6] http://biruch.ru/projects/genomics-and-biotechnology/#href1

 

Новые источники белка и инновационные продукты питания

 

В сегменте новых источников белка в России в настоящее время более-менее сформировался только рынок протеина из насекомых, но пока существующие немногочисленные проекты специализируются на переработке отходов животноводства и выпуске на основе биомассы насекомых кормов для животных (то есть об употреблении насекомых в пищу человеком речи пока не идет). Ключевые барьеры для развития российского рынка в сегменте протеина из насекомых: отсутствие законодательной базы в области вторичного использования органических, биологических и пищевых отходов; отсутствие необходимого отечественного оборудования и инфраструктуры для выращивания насекомых по технологиям интенсивного типа.

 

Среди ключевых игроков российского рынка протеина из насекомых: Энтопротек, Зоопротеин, ИнАгроБио, НордТехСад, ОНТО-Биотехнологии. При этом, НордТехСад, помимо кормов для животных, развивает направление функциональных продуктов питания с добавлением протеинов, получаемых из личинок мухи черной львинки (в частности, хлеб), а также производство медицинских препаратов (выведение молекулы с последующей регистрацией ее в Минздраве в качестве лекарственного препарата). Для этого была основана исследовательская компания ООО «Биолаборатория» (резидент Сколкова).

 

Компания ИнАгроБио уже является поставщиком сырья (до 200 кг ежемесячно) для партнерских российских предприятий, которые производят функциональное и специализированное питание.

 

Из компаний, которые в России разрабатывают альтернативное мясо (из растительного сырья), можно выделить команду Greenwise (создали аналог бургера Beyond Meat). Компания использует сырье российской компании Партнер-М. В настоящее время Greenwise планирует локализовать производство в Германии и там же выйти на рынок с готовой продукцией (уже есть договоренности с инвесторами и с несколькими крупными сетями). При этом компания планирует предложить рынку продукцию в 2 раза дешевле, чем у Beyond Meat (сырье планируется использовать российского производства). Российский рынок пока основателями Greenwise не рассматривается как перспективный (необходимо формировать спрос на подобные инновационные продукты).

 

Российская компания 3D Bioprinting Solutions в качестве одного из потенциально перспективных направлений развивает производство самовозобновляемой еды для космонавтов (3D биопечать мяса из образцов клеток от зарубежных компаний, которые развивают в мире технологии клеточного мяса). При этом для развития этого направления «на земле» для «массового рынка» 3D Bioprinting Solution рассматривает возможность локализации производства за рубежом, так как для России этот рынок пока остается мало привлекательным (как с точки зрения инвестиционного интереса, так и с точки зрения спроса).

 

ИТ / IoT технологии в сельском хозяйстве

 

Специфика российского сельского хозяйства в контексте возможностей цифровизации

 

Как показывает анализ J’son & Partners Consulting 2017 г.[7], на пути к реализации потенциала цифровизации в сельском хозяйстве России лежит целый пласт экономических проблем:

 

1) Особенностью сельского хозяйства в России является аномально высокая доля подсобных крестьянских и малых фермерских хозяйств (99% по количеству в совокупности, почти 30% по объему производства в денежном выражении и 50-90% по отдельным видам продукции сельского хозяйства в натуральном выражении, при среднем размере годовой выручки крестьянского хозяйства в 200 тыс. руб. и фермерского – в 2 млн руб.).

 

Преобладание малых хозяйств в структуре производства сельхозпродукции в России в сочетании с недоступностью для таких хозяйств современных средств механизации и автоматизации труда, а также удобрений и химикатов, является основной причиной низкой производительности труда в сельском хозяйстве России, которая, в свою очередь, определяет низкий уровень оплаты труда и высокие удельные издержки на производство единицы продукции. 

 

Годовой объем выручки в $4 тыс. для крестьянского хозяйства не позволяет закупать ничего кроме примитивного сельхозинвентаря, а формы коллективного использования техники в России не развиты. Аналогичная ситуация с автоматизацией даже базовых функций, таких как бухгалтерский и налоговый учет. При среднем уровне затрат на ИКТ в единицы процентов от оборота, годовой бюджет на ИКТ может составлять около $100 (~6 тыс. руб.), чего хватает только на закупку услуг связи.

 

2) В противовес, доля крупных фермерских хозяйств (~0,5% от общего количества хозяйств в России, ~20% в США) и вертикально-интегрированных холдингов (АПК, ~0,1% в России и ~0,5% в США), которые являются основной производительной силой отрасли и обеспечивают максимальный вклад в ВВП сельского хозяйства, в России крайне мала.

 

Этим объясняются низкие показатели эффективности сельского хозяйства в отрасли. Для сравнения: все российские крупные фермы и АПК производят в год в 10 раз меньше выручки ($25 млрд.), чем все крупные хозяйства и АПК в США ($275 млрд.). При этом они обеспечивают до 45% общей выручки сельского хозяйства в России и порядка 60% в США. Что касается автоматизации, даже у крупных хозяйств отмечается низкий уровень. Занимая ~4% в структуре ВВП сельское хозяйство потребляет менее 1% от общего объема потребления ИКТ в России.

 

В то же время у крупных хозяйств наблюдается высокий уровень закредитованности. Так, в 2016 году общий объем выданных кредитов сельхозпроизводителям превысил 1,5 трлн. руб. Таким образом, даже при наличии механизмов субсидирования процентной ставки большая часть прибыли сельхозпроизводителей идет на обслуживание долга, а не на внедрение современных технологий.

 

3) Другой важной особенностью сельского хозяйства России является высокая доля пустующих сельхозземель. Так, в России, по данным Минсельхоза, имеется 406,2 млн га земель сельхозназначения (примерно 23,6% от всего земельного фонда России), в том числе 220,6 млн га сельхозугодий. Но лишь примерно 77 млн га (35%) составляет используемая хозяйствами всех категорий пашня. Из них площадь пашни под контролем крупных агрохолдингов (менее 200 агрохолдингов) оценивается Институтом конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) в 11,5 млн га, то есть менее 15% от общей площади используемой пашни в России. Остальные 85% пашни – у небольших фермерских и подсобных крестьянских хозяйств, что и обеспечивает их высокую долю в производстве сельхозпродукции в натуральном выражении, при низкой производительности труда.

 

Обработка пустующих земель является важным стратегическим конкурентным преимуществом любой страны, потому что во всем мире площади пашни сокращаются, и крупнейшие мировые сельхозпроизводители при достигнутом пороге урожайности, вследствие отсутствия возможности освоения новых земель, ищут новые способы повышения эффективности и вкладываются в инновационные технологии.

 

Однако, при существующем невысоком уровне внутреннего потребления продуктов питания, больших объемах импорта и ограниченности возможностей по экспорту сельхозпродукции даже после двукратной девальвации национальной валюты (производительность труда низкая, издержки высокие), введение в производство дополнительных земель в России экономически нецелесообразно.

 

4) В России в структуре потребления преобладают дешевые и низкокачественные продукты питания. Потребление мясной, молочной продукции, овощей и фруктов находится ниже медицинских норм, и в 2-3 раза ниже, чем в США и Германии (подробнее рассмотрено в исследовании J’son & Partners Consulting, на основе анализа данных Росстата, Минсельхоза, Международной молочной федерации (IDF), ЦИМР и других источников).

 

Разница в потреблении продуктов соответствует разнице в доходах и доле затрат на продукты питания семьи. Доходы в России в 6-8 раз ниже чем в США (при сопоставимом уровне цен на продукты), а доля расходов на продукты составляет 50% в России и 11% в США от расходов домохозяйств.

 

5) Возможности по закупке современной техники российскими сельхозпроизводителями сегодня крайне ограничены, а для крестьянских и малых фермерских хозяйств современная техника практически недоступна.

 

Как следствие, в России отсутствует должный уровень технической поддержки проданной техники: отсутствуют в достаточном количестве хорошо оснащенные и укомплектованные квалифицированным персоналом сервисные и дилерские центры, не развито применение технологий точного земледелия,  распространенных за рубежом и реализуемых через облачные платформы и мобильные приложения, облегчающих фермерам обработку почвы и растений.

 

6) Наибольший эффект на сельскохозяйственную отрасль оказывает длинная цепочка посредников: оптовых и розничных компаний. Малые производители не имеют доступа на полки магазинов и вынуждены сдавать продукцию оптовикам зачастую ниже себестоимости ее производства. Чуть лучше ситуация у крупных хозяйств, особенно если они интегрированы с перерабатывающими мощностями и торговыми сетями. Но таковых менее ста на всю страну.

 

При этом до 90% маржи от продажи продукции сельского хозяйства остается в оптово-розничной торговле и у банков, а отпускная цена продукции, при низком ее качестве высока относительно уровня реальных располагаемых доходов.

 

[7] http://json.tv/ict_telecom_analytics_view/tsifrovizatsiya-v-selskom-hozyaystve-tehnologicheskie-i-ekonomicheskie-barery-v-rossii-20170913024550

 

Важность сквозной автоматизации всей цепочки (Field2Fork) с помощью IoT

 

Таким образом, в России существует потенциал кратного роста объемов потребления и увеличения производства основных продуктов питания. Для достижения хотя бы минимально достаточного уровня потребления основных сельхозпродуктов в России (мяса, молока, фруктов, овощей) в текущей ситуации необходимо существенное снижение розничных цен на эти продукты без ухудшения их качества.

 

При текущей экономической ситуации цифровизация действительно могла бы обеспечить снижение себестоимости и конечных цен на продукты питания, если бы «связанными» оказались не только процессы внутри сельскохозяйственного производственного цикла, но и поставщики сырья, сбытовые, логистические, транспортные звенья. При этом возможно перестраивать сложившиеся взаимоотношения и даже исключать из цепочки добавленной стоимости промежуточные звенья, расположенные на пути к потребителю. Сквозная автоматизация представляет собой более высокий уровень цифровой интеграции, который затрагивает сложнейшие организационные изменения в бизнесе, однако их реализация способна кардинально повлиять 

 

Цепочка создания стоимости агросектора, подверженная воздействию AgroIoT

По оценкам J’son & Partners Consulting, за счет цифровизации и Интернета Вещей (IoT) возможно:

 

1. Без ухудшения качества продукции в 2-3 раза снизить торговую наценку на продукты питания в оптово-розничном звене.

 

2. Более чем в три раза увеличить объем потребления продуктов питания в России в натуральном выражении при существующем уровне доходов населения.

 

3. Кратно повысить производительность труда в сельском хозяйстве и снизить себестоимость производимой продукции, повысив маржинальность бизнеса сельхозпроизводителей за счет:

 

▪ Ускорения процесса доставки продукции конечному потребителю, что позволяет упростить технологии консервирования и снизить логистические затраты.

▪ Повышения уровня механизации и автоматизации до среднемирового даже малых фермерских и индивидуальных хозяйств, что становится возможным при переходе на облачную модель потребления средств автоматизации

▪ Применения бизнес-модели аренды вместо покупки механизированной техники с оплатой по фактическому объему потребления или путем коллективного использования техники (Uber для тракторов). Модель контракта жизненного цикла существенно снижает риски сельхозпроизводителя и кардинально повышает доступность средств автоматизации и механизации для малых хозяйств.

 

Текущее положение дел с Agro IoT в России

 

Формально, все необходимые для практического использования сервисов IoT, технологии и компоненты (платформы IoT, устройства для подключения объектов телеметрии и телеуправления к этим платформам) начали развиваться на российском рынке. Однако на практике многие международные платформы пока не локализованы, а российские решения находятся на ранней стадии развития. 

 

В России известны единичные проекты, которые в той или иной степени можно связать с интернетом вещей в сельском хозяйстве. В подавляющем большинстве случаев такие проекты носят характер экспериментальных, пилотных, и т.п. Для того чтобы цифровизация и интернет вещей смогли оказать ощутимый эффект для экономики, фермерских хозяйств и конечных цен, единичных реализованных в стране проектов недостаточно.

 

Максимальный потенциал способно оказать массовое принятие и распространение облачных приложений, технологий интернета вещей, сервисов управления большими данными, коммуникаций в сельской местности, интегрированных ИТ решений на базе платформ интернета вещей; предложение модели аренды сельскохозяйственной техники. Для этого необходима развитая экосистема IoT, включающая партнерские отношения широкого круга участников и обмен данными между ними; наличие широкого круга отечественных разработчиков с опытом создания цифровых интегрированных решений, специалистов в области анализа и управления данными; скорейшая организация сбора текущих и исторических данных любыми доступными способами с полей и техники.

 

Возможности для модернизации отрасли огромны, сельское хозяйство в мире превращается из традиционной в высокотехнологичную отрасль, которая способна создать новые рынки для инновационных решений и разработок, не существовавших ранее для решения большого количества существующих проблем. Процессы цифровизация сельского хозяйства и экономики России в целом будут вовлекать в развитие совместных IoT решений всех игроков в той или иной комбинации во взаимодействии друг с другом. Универсальным правилом в технологиях интернета вещей и сопутствующих процессах агрегации больших данных является то, что чем больше данных собирается в одном месте, тем умнее становится система и тем ценнее информация может быть получена для потребителей. При условии, что применяются самые современные модели их обработки.

 

Основная сложность внедрения IoT и цифровизации состоит в необходимости существенным образом изменить характер взаимоотношений (взаимодействий) между участниками цепочки создания добавленной стоимости продукции сельского хозяйства. Так, во взаимоотношениях между сельхозпроизводителями и их поставщиками потребуется переход на контракты жизненного цикла с производителями техники и на модель разделения доходов – с поставщиками удобрений, химикатов, семян и других расходных материалов, с использованием специализированных B2B-маркетплэйсов с логистическими функциями, которые уже активно развиваются (Foodza, АГРО24AgroCargo). 

 

В части поставщиков решений Farm Management, совмещающих функционал точного земледелия, обработку и анализ данных ДЗЗ и БПЛА, а также мониторинг техники, стоит отметить платформы ExactFarmingANT.ServicesSmartAGRO/«Агроаналитика-IoT» и Агросигнал. В последнее время в России также стали активно развиваться системы автоматизации тепличных хозяйств и городских вертикальных ферм с использованием IoT-датчиков (iFarm«Сити Фермер»Greenbar).

 

Smart Packaging (Интеллектуальная и активная упаковка)

 

В России рынок Smart Packaging остается слабо развитым. Например, активной упаковкой занимается только ООО «Активная упаковка». У компании контрактное производство в Китае, ассортимент включает поглотители кислорода, выделители этанола и поглотители влаги.

 

Также предпринимались попытки разработать упаковку с антимикробными свойствами — в 2016 году ученые из МГУ им. Ломоносова создали долговечные и нетоксичные полимерные покрытия, способные уничтожать до 99.999% патогенных микроорганизмов. В 2017 году сотрудники Школы естественных наук Дальневосточного федерального университета и Института химии дальневосточного отделения РАН синтезировали полиметилолакриламидные пленки с антисептическими свойствами (с использованием формальдегида).

 

Sustainable Packaging («Устойчивая упаковка»)

 

Общемировой тренд роста экологичной упаковки с опозданием, но добирается и до России, хотя говорить о полноценной циркулярной экономике пока рано. В 2017 году Минприроды в рамках программы раздельного сбора мусора внедрило институт расширенной ответственности, то есть компании отвечают за переработку упаковки и платят экологических сбор. Однако нормативы утилизации (переработки) в России крайне низки.

 

Одной из важных проблем в России является отсутствие системы раздельного сбора мусора, что тормозит развитие систем по переработке (более того, переработчики вторсырья в России вынуждены закупать «качественный» пластик за рубежом).

 

Важным шагом в сфере переработки и утилизации отходов стала так называемая «мусорная реформа», которая стартовала 1 февраля 2019 года (хотя Федеральный закон №458-фз «О внесении изменений в федеральный закон «Об отходах производства и потребления» был принят еще 29 декабря 2014 года). Теперь полномочия и ответственность за всю цепочку движения мусора от баков до полигонов в каждом регионе возлагается на единого оператора, и все без исключения отходы будут проходить через мусоросортировочные заводы для отделения максимального количества сырья, пригодного для вторичного использования. Однако пока качественных улучшений в сборе мусора не произошло.

 

Среди компаний, которые в России занимаются новыми технологиями в области экологичных упаковочных решений можно выделить: Данафлекс (компания работает над созданием экологичной упаковки, включая биоразлагаемую, а также занимается переработкой производственных отходов с использованием технологий рекуперации испарений, позволяющей сократить объемы выбросов в атмосферу); Stora Enso (финско-шведская лесопромышленная компания, которая имеет 3 завода на территории РФ, — поставляет упаковку из возобновляемых материалов, в частности, лотки из водостойкого картона, а также создает RFID ECO — RFID метки, при создании которой полимерные материалы не используются); Европласт (производит пластиковую тару, используя собственное рециклинговое сырье); GCD (производит экологичную упаковку для пищевых продуктов под ТМ DoECO — из вторичного переработанного или возобновляемого сырья).

 

Из крупных инициатив на российском рынке экологичной упаковке можно выделить: проект строительства завода по производству современной и экологичной упаковки в Ступино в сотрудничестве с индийским холдингом Uflex Group (проект поддержан губернатором Московской области, завод планируется построить к 2020 году); проект создания производства биоразлагаемой упаковки на основе конопли на территории ТОСЭР Далматово (договор подписан между Департаментом АПК Курганской области и ООО «Промрусскон», строительство планируют начать в 2020 году); запуск производства биопластика ПГА из отходов агропромышленного производства (соглашение заключено в 2018 году между группой ТАИФ и итальянской компанией Bio-on S.p.A.).

 

Персонализированное питание

 

В России рынок персонализированного питания, преимущественно, развивается на «нижнем уровне» сервисов по доставке готовых наборов питания, основанных на персонализированных предпочтениях (Elementaree, Яндекс.Шеф, Ужин дома, Easy Meal, Шефмаркет, Just Food и др.

 

В сегменте персонализированной геномики в России развиваются такие компании, как Atlas (помимо тестов ДНК, предлагает сервис персонализированного питания на основе анализа микробиома кишечника), Genotek, Геоаналитика (сервис «Мой ген»), MyGenetics. Однако пока этот сегмент рынка с законодательной точки зрения находится в нише «развлекательных» (не медицинских) сервисов. Оценочный показатель объема российского рынка персональной генетики (включает различные сервисы, от персонализированного питания до персональных рекомендаций по спорту, образу жизни, красоте и т.д.) составляет 200-250 млн. рублей (2018).[8]

 

Отдельно следует выделить проект по персонализированному питанию ООО «БиоРитм», в основе которого лежат разработки профессора А. В. Скального (зав. Лабораторией молекулярной диетологии Института персонализированной медицины Первого МГМУ им. Сеченова, зав. кафедрой медицинской элементологии Медицинского института РУДН и вице-президент Института микроэлементов ЮНЕСКО) по разработке метода анализа макро- и микроэлементов в организме человека. Проф. Скальным реализован проект «Элементный статус населения России» — масштабное исследование микроэлементного статуса населения России, в рамках которого составлена подробная карта элементарного портрета регионов РФ.

 

Выделенный дисбаланс элементов позволяет диагностировать или своевременно прогнозировать угрозу многих заболеваний. Опираясь на разработки проф. Скального, ООО «БиоРитм» разрабатывает функциональное питание непосредственно с учетом принадлежности человека к тому-или иному региону (в настоящее время такой проект реализуется совместно с одним из локальных производителей питательных батончиков в Санкт-Петербурге).

В настоящее время в Москве функционирует Центр Биотической Медицины доктора Скального, в котором можно пройти системную диагностику и лечение нарушений минерального обмена и обмена веществ человека на основе уникальных медицинских технологий. Вместе с тем, компания БиоРитм планирует запуск на российском рынке потребительских устройств, для домашнего определения микро нутриентного статуса (вместе с мобильным приложением позволяют отслеживать динамику и следить за изменениями, а также постоянно корректировать питание на основе этих данных). Кроме того, планируется выпуск аналогичных тестов для определения состава и качества продуктов питания.

 

[8] J’son & Partners Consulting на основе данных по выручке ключевых игроков и оценочной доле b2c сегмента

 

Продолжение см. в полной версии исследования, которое доступно для свободного скачивания (372 стр.)

_________________________________ 

 

Информационный бюллетень подготовлен компанией J'son & Partners Consulting. Мы прилагаем все усилия, чтобы предоставлять фактические и прогнозные данные, полностью отражающие ситуацию и имеющиеся в распоряжении на момент выхода материала. J'son & Partners Consulting оставляет за собой право пересматривать данные после публикации отдельными игроками новой официальной информации.

  

Детальное содержание исследования представлено ниже:

«Исследование российского и мирового рынка FoodTech: ключевые тренды, ограничения и перспективы»

Оглавление

1. Методология исследования, основные параметры Отчета

2. Обзор и описание общей экосистемы рынка FoodTech

3. Общий анализ мирового и российского рынка FoodTech 

3.1. Общий анализ мирового рынка FoodTech: объем рынка и прогнозы развития, ключевые сегменты и их специфика, глобальные и региональные тренды, тенденции и факторы

3.2. Состояние рынка FoodTech в России: сравнение с ключевыми мировыми трендами

4. Ключевые программы и стратегии развития рынка FoodTech на национальном уровне (в РФ и мире)

4.1. Ключевые программы и стратегии развития рынка FoodTech в мире

4.2. Отраслевые государственные программы и инициативы по поддержке инноваций в сельском хозяйстве и пищевой индустрии в России

5. Анализ регуляторной среды в области FoodTech в России и мире

5.1. Биотехнологии и ГМО

5.2. Новые источники белка: альтернативное мясо (мясо из растительного сырья и клеточное мясо), функциональные продукты питания из насекомых

5.3. Персонализированное питание и медицина 

5.4. Устойчивое развитие и экономика замкнутого цикла («циркулярная экономика») (sustainability / recycling / eco-friendly packaging)

6. Инвестиции в технологии FoodTech в мире и России

6.1. Инвестиции в технологии FoodTech в мире: динамика, ключевые факторы, инструменты финансирования. Динамика развития корпоративных и венчурных фондов

6.2. Рынок венчурного капитала и роль корпоративных венчурных фондов в области FoodTech в России (описание и характеристика) 

7. Перечень, обзор и описание ключевых новых технологий, которые окажут влияние на сферу FoodTech в среднесрочной перспективе (с описанием стартапов / компаний и их продуктов / технологий в мире и России)

7.1. Сельскохозяйственные биотехнологии

7.1.1. Рекомбинантная ДНК и другие технологии генной инженерии (CRISPR/Cas9 и т.д.)

7.1.2. Технологии производства мяса на основе растительного сырья (воссозданное в

лаборатории)

7.1.3. Биоэнергетика и биоматериалы: новые технологии экстракции, переработки сырья, новые ферменты и микроорганизмы, каннабис как фарма и т.д.

7.2. Инновационные продукты питания

7.2.1. Новые (альтернативные) источники белка

7.2.2. Здоровое питание, в том числе, безглютеновые продукты, продукты без содержания

сахара и т.д.

7.3. Smart Packaging(умная упаковка) 

7.3.1. Интеллектуальная упаковка (в том числе IoT, AI, QR / NFC, печатная электроника

для умной этикетки, blockchain-платформы и т.д.)

7.3.2. Инновационные технологии хранения продуктов питания — Shelf Life Extention (в том числе, упаковывание в МГС, Active Packaging, новые технологии обработки продуктов, сенсоры / датчики свежести)

7.3.3. Sustainable Packaging (перерабатываемая, биоразлагаемая, повторно используемая, экологичная упаковка) 

7.4. ИТ / IoT в сельском хозяйстве

7.5. Персонализированноепитание

7.6. E-commerce(маркетплейсы)

8. Профайлы наиболее перспективных российских компаний (быстрорастущие и / или технологические) в сфере FoodTech

8.1. Агробиотехнологии

8.1.1. Агроплазма (биотехнологии в селекции и семеноводстве)

8.1.2. Ксивелью (генетические исследования, биотехнологии в селекции КРС)

8.1.3. Аратай (биотехнологии в селекции растений)

8.1.4. АгроБиоТехнология (биологические средства защиты растений)

8.1.5. Бисолби-Интер

8.2. Инновационные продукты питания (новые источники белка, здоровое питание)

8.2.1. Энтопротэк (протеин из насекомых)

8.2.2. НордТехСад (протеин из насекомых)

8.2.3. Биолаборатория (протеин из насекомых)

8.2.4. Гринвайз (растительное мясо)

8.2.5. 3D Bioprinting Solutions (клеточное мясо)

8.3. Умная/активная/экологичная упаковка

8.3.1. Активная упаковка

8.3.2. ГЕОВИТА (экологичная упаковка)

8.4. Персонализированное питание.

8.4.1. MyGenetics

8.4.2. БиоРитм

8.4.3. РМГ Фудс (функциональное питание)

8.5 ИT/IoT в сельском хозяйстве

8.5.1. Геоскан (БПЛА, полезная нагрузка, ГИС)

8.5.2. ЦентрПрограммСистем (ГИС, ПО для автоматизации)

8.6. E-commerce (B2B маркетплэйсы)

8.6.1. АГРО24 

 

Список таблиц

Таблица 1 Объем мирового рынка FoodTech в разрезе ключевых направлений (за исключением сегмента доставки), 2018-2025

Таблица 2 Основные программы развития сельского хозяйства в РФ: цели и задачи

Таблица 3 Дорожная карта ведомственного проекта «Цифровое сельское хозяйство»

Таблица 4 Основные производители (импортеры) ключевых кормовых аминокислот для российского животноводства на конец 2016

Таблица 5 Задачи, решаемые биотехнологическими методами в пищевой промышленности

Таблица 6 Российский рынок здоровых продуктов питания: ключевые развивающиеся сегменты

Таблица 7 Сегментация технологий, используемых в активной упаковке, включая примеры коммерчески доступных продуктов (Global Market)

Таблица 8 Преимущества и недостатки активной упаковки по сравнению с традиционной (Global Market)

Таблица 9 Некоторые игроки мирового рынка персонализированного питания, предлагающие решения, основанные на персональных предпочтениях потребителей, образе жизни и физической активности

Таблица 10 Ключевые игроки мирового рынка персонализированного питания, предлагающие решения, основанные на анализе крови и биометрических показателях, а также на генетическом анализе 

Таблица 11 Ключевые игроки мирового рынка персонализированного питания, предлагающие решения, основанные на анализе микробиома (бактерий в кишечнике)

Таблица 12 Сравнение и характеристика ключевых игроков на российском рынке персонализированного питания (ДНК, микробиом кишечника)

 

Список рисунков

Рисунок 1 Классификация направлений AgriFood Tech от AgFunder (2018)

Рисунок 2 Объем мирового рынка AgriFood Tech 2018-2025

Рисунок 3 Темпы роста мирового рынка AgriFood Tech в разрезе ключевых направлений CAGR % 2018-2025

Рисунок 4 Структура мирового рынка AgriFood Tech в разрезе ключевых направлений, % 2018-2025

Рисунок 5 Мировой рынок экологичной упаковки — рост в разрезе регионов (2019-2024)

Рисунок 6 Цепочка создания стоимости агросектора, подверженная воздействию AIoT

Рисунок 7 Текущее законодательство по обязательной маркировке ГМО-продукции

Рисунок 8 Глобальная картина переработки отходов: растущие внутренние требования и законодательные инициатив по переработке и запрет на ввоз мусора в регионы Юго-Восточной Азии (2019)

Рисунок 9 Структура обращения с отходами в Европе

Рисунок 10 Доля населения и доля генерируемых ТБО в общемировом объеме по странам G20 (2019)

Рисунок 11 Соотношение показателей индекса производства отходов (на душу населения) и индекса переработки отходов по странам мира (2019) 

Рисунок 12 Количество уникальных инвесторов в сфере продуктов питания и напитков (в мире), 2013-2017

Рисунок 13 Крупные продовольственные корпорации, запустившие собственные инвестиционные программы и инкубаторы в период с 2015 по 2018

Рисунок 14 Объем и структура инвестиций в AgriFood Tech в мире в 2018 году

Рисунок 15 Инвестиции в сфере FoodTech в мире, 2012-2018

Рисунок 16 Инвестиции в сфере FoodTech в категории Downstream (в мире), 2012-2018

Рисунок 17 ТОП сделок в сфере FoodTech в категории Downstream (в мире): Retail & Restaurant Tech, eGrocery, 2012-2018

Рисунок 18 Инвестиции в сфере FoodTech в категории Upstream (в мире), 2012-2018

Рисунок 19 ТОП сделок в сфере FoodTech в категории Upstream (в мире): Ag Biotechnology and Farm Management SW, Sensing & IoT, 2012-2018

Рисунок 20 ТОП сделок в сфере FoodTech в категории Upstream (в мире): Novel Farming System & Innovative Food, 2012-2018

Рисунок 21 Структура инвестиций в FoodTech по сегментам (Global, 2018) 

Рисунок 22 Средний размер сделок в сфере FoodTech по направлениям и категориям (Global, 2018)

Рисунок 23 Структура инвестиций в FoodTech по стадиям финансирования (Global, 2018)

Рисунок 24 Карта регионов по количеству сделок в сфере FoodTech (Global, 2018)

Рисунок 25 Количество сделок в сфере FoodTech в разрезе инвесторов и бизнес-инкубаторов (Global, 2018)

Рисунок 26 Экосистема агробиотехнологических компаний, 2017 г.

Рисунок 27 Экосистема агробиотехнологических компаний в части животноводства, 2017 г.

Рисунок 28 Поквартальный объем привлеченных инвестиций агробиотехническими компаниями в 2018 г. и число сделок

Рисунок 29 Площадь, занимаемая генно-инженерными культурами в 2018 году по странам мира (млн. Га)

Рисунок 30 Агротехнические культуры, выведенные методом генной инженерии, и их распространенность по странам мира 

Рисунок 31 Сравнение текущего роста урожайности основных зерновых культур с требуемым, в расчете на продолжающийся рост населения

Рисунок 32 Структурные модели возможных технологий редактирования эпигенома

Рисунок 33 Компьютерная модель гема и его структурная формула (Гем B) 

Рисунок 34 «Ферментация» генно-модифицированными дрожжами леггемоглобина (legHB) сои в промышленных масштабах на производстве Impossible Foods

Рисунок 35 Углеродный след Impossible Burger (PBB) на 89% меньше традиционного мясного бургера (Ground Beef), кг СО2 на кг белка

Рисунок 36 Процесс получения гема из водорослей по методике компании Triton Algae Innovations

Рисунок 37 Одноклеточная водоросль Chlamydomonas reinhardtii как универсальная «платформа» для рекомбинантных белков

Рисунок 38 Лидеры рынка продукции на растительной основе по привлеченным инвестициям 

Рисунок 39 Сравнение готовности к покупке растительного и животного мяса среди потребителей США, Китая и Индии

Рисунок 40 Химический состав различных макроводорослей зеленого, красного и бурого цвета Рисунок 41 Перспективы производства биопластиков различных категорий в РФ, по версии RUPEC

Рисунок 42 Экосистема мирового рынка альтернативных источников белка — ключевые игроки (2019)

Рисунок 43 Прогноз мирового рынка съедобных насекомых — доли регионов в 2023 году

Рисунок 44 Показатели роста розничных продаж растительного и традиционного мяса в США 2017- 2018

Рисунок 45 Мировой спрос на мясо: 2005 vs 2050 (млн. тонн)

Рисунок 46 Выручка крупнейших мировых производителей мяса (YoY, 1/07/2019) и доля выручки в сегменте мясной промышленности (2016) 

Рисунок 47 Производство традиционного мяса vs производство клеточного мяса (цепочка)

Рисунок 48 Производство традиционного мяса vs производство клеточного мяса (стоимость и преимущества)

Рисунок 49 Ключевые тенденции в питании потребителей России — тренд на ЗОЖ (2018-2019) 

Рисунок 50 Ключевые российские производители, выпускающие продукты без глютена и / или без сахара

Рисунок 51 Функционал активной и интеллектуальной упаковки

Рисунок 52 Преимущества использования Smart Packaging в пищевой индустрии 

Рисунок 53 Технология невидимых штрих-кодов от компании Digimarc

Рисунок 54 Семейство гибких интегральных схем (ConnectIC), предназначенных для использования в закрытых HF RFID системах (от компании PragmatIC)

Рисунок 55 Экосистема мирового рынка интеллектуальной (цифровой) упаковки

Рисунок 56 Этикетки с OLED на стеклянных бутылках Coca-Cola

Рисунок 57 Пивная этикетка с технологиями NFC и AR, которая реагирует на эмоции потребителя (Multi-Color Corporation, Talking’ Things)

Рисунок 58 Использование технологий NFC в бутылках Malibu (совместно с Guala Closures)

Рисунок 59 Использование технологий AR на упаковках соусов для пасты от Francesco Rinaldi

Рисунок 60 Система отслеживания молока на примере проекта SIG для Languiru Corporation

Рисунок 61 Технология NFC для идентификации подлинности вина Boen (Guala Closures)

Рисунок 62 Платформа Constantia Interactive на базе Wikitude — позволяет получить дополнительную информацию о продукте (гибкая упаковка)

Рисунок 63 Реализация цифровой платформы с использованием интеллектуальной упаковки (на примере решения Evrythng)

Рисунок 64 Платформа Arc-net для борьбы с контрафактной продукцией — примеры реализации в партнерстве с алкогольными брендами (технологии QR-кодирования) 

Рисунок 65 Технология специальных ярлыков Cypheme («noise print») для борьбы с подделками и отслеживания качества продуктов питания

Рисунок 66 Olivery — смарт-система для заправки и розлива оливкового масла

Рисунок 67 Интеллектуальные крышки для бутылок Water.io 

Рисунок 68 Интеллектуальные крышки для бутылок Danone с виджетом Coach2O

Рисунок 69 Эволюция интеллектуальной упаковки: от штрихкодирования к интернету вещей 

Рисунок 70 Платформа подключенной упаковки: Tetra Pak Connected Package

Рисунок 71 Интегрированная система качества OxyCheck для проверки содержания кислорода и герметичности каждой упаковки при упаковывании в модифицированной газовой среде (GEA)

Рисунок 72 Примеры реализации технологий в активной упаковке (саше, вкладыши, активный слой непосредственно в многослойной упаковке и т.д.)

Рисунок 73 «Блокиратор» этилена для увеличения срока годности овощей и фруктов от компании Hazel Technologies

Рисунок 74 Наклейка, которая образует этилен в процессе созревания фруктов (StixFresh)

Рисунок 75 Принцип действия технологии SureSeal (Parka) от Cultiva — защита плодов (ягод, фруктов) с помощью гидрофобной пленки

Рисунок 76 Поглотители кислорода, влаги и выделители этанола от компании ООО Активная упаковка (РФ)

Рисунок 77 Антибактериальная пленка для упаковки продуктов NanoPack

Рисунок 78 Сменная крышка для бутылок для очистки воды из озер и рек от компании Microlyscs

Рисунок 79 Саморазогревающиеся напитки в банках — технология от HeatGenie

Рисунок 80 Инновационная упаковка для температурных перевозок от Vericool (замена полистиролу

Рисунок 81 Инновационная упаковка для температурных перевозок от Woolcool (использование овечье шерсти)

Рисунок 82 Упаковка для температурных перевозок от iFoodbag (использование оригинального дизайна)

Рисунок 83 Умные этикетки — датчики срока годности (Mimica)

Рисунок 84 Использование интеллектуальных чернил для индикатора свежести птицы — улавливание летучих газов (Freshcode)

Рисунок 85 Датчик для определения уровня кислорода в упаковке с использованием неинвазивного метода (OxySense)

Рисунок 86 Интеллектуальная этикетка для отслеживания температурных условий хранения продуктов (FreshStrips)

Рисунок 87 Интеллектуальная этикетка для отслеживания CO2, температурных условий хранения продуктов и герметичности упаковки (Insignia Technologies)

Рисунок 88 Интеллектуальная этикетка ripeSense для отслеживания свежести фруктов (Jenkins Group)

Рисунок 89 Интеллектуальная этикетка, реагирующая на изменение уровня аммиака, который выделяет мясо при хранении (To-Gekyo)

Рисунок 90 Умные этикетки OnVu с температурными датчиками (Ciba Specialty Chemicals and FreshPoint Inc.)

Рисунок 91 Умные этикетки TopCryo с микробиологическими индикаторами температуры и времени (Cryolog)

Рисунок 92 Топ 10 компаний загрязняющих окружающую среду пластиком

Рисунок 93 Процент опрошенных готовых платить больше за эко-продукцию

Рисунок 94 Мировой рынок «устойчивой упаковки»: классификация направлений и технологий

Рисунок 95 Примеры гибкой упаковки

Рисунок 96 Иллюстрация упаковки E-Z SnackPak от компании Ampac

Рисунок 97 Бумажная гибкая упаковка Earthpouch

Рисунок 98 Полностью перерабатываемая упаковка BarrierPack Recyclable

Рисунок 99 Упаковка из биопластика: классификация технологий

Рисунок 100 Мировой объем производства биопластиков в 2018

Рисунок 101 Новая бумажная упаковка Nestle

Рисунок 102 Бумажные трубочки Tetra Pak

Рисунок 103 Эко-пакеты изготовленные из бумаги Валентина Фречки

Рисунок 104 Пример нового покрытия стеклянных бутылок от Owens-Illinois 

Рисунок 105 Прототип сцепляющихся алюминиевых банок Corona

Рисунок 106 Новая упаковка “Snap Pack” от Carlsberg

Рисунок 107 Упаковка для растительного масла сделанная из карамели

Рисунок 108 Пример продукции компании Lactips

Рисунок 109 Защитная упаковка на основе мицелия

Рисунок 110 Продукция компании Do Eat

Рисунок 111 Продукция компании Candy Cutlery

Рисунок 112 100% компостируемая упаковка для пива E6PR

Рисунок 113 Упаковка на основе морских водорослей

Рисунок 114 Многоразовая обёртка сделанная на основе пчелиного воска

Рисунок 115 Многоразовая упаковка для наполнения

Рисунок 116 Примеры упаковки для E-commerce

Рисунок 117 Ассортимент упаковки компании DoECO

Рисунок 118 Пример гибкой упаковки Danaflex

Рисунок 119 Пример картонной упаковки компании Stora Enso

Рисунок 120 Zero-Waste магазин в г. Москва

Рисунок 121 Цифровая платформа Monsanto Climate FieldView

Рисунок 122 Модуль Field Health Advisor платформы Climate FieldView Pro

Рисунок 123 Модуль Nitrogen Advisor платформы Climate FieldView Pro 

Рисунок 124 Эволюция мирового рынка персонализированного питания 2015-2035

Рисунок 125 Сегментация ключевых игроков на мировом рынке персонализированного питания 303 Рисунок 126 Сегментация ключевых игроков на российском рынке персонализированного питания

Рисунок 127 Стадии развития рынка персонализированного питания в общей экосистеме FoodTech: РФ vs Global

Рисунок 128 Составляющие конечной цены свежих овощей в США, 2017 г.

Рисунок 129 Мобильная платформа Агро.Клуб, объединяющая фермеров, поставщиков и закупщиков