×

Оценка рынка бизнес-SaaS в России. Перспективы перевода персонала на удаленную работу

Март 2020 года

Аналитический Отчет (полная версия)

Запросить стоимость полной версии исследования: news@json.tv

Аналитический Отчет (полная версия)

Оценка рынка бизнес-SaaS в России. Перспективы перевода персонала на удаленную работу
Оценка рынка бизнес-SaaS в России. Перспективы перевода персонала на удаленную работу
Март 2020

Оценка рынка бизнес-SaaS в России. Перспективы перевода персонала на удаленную работу

Март 2020 года

Зарегистрируйтесь или войдите, чтобы скачать PDF-версию Информационного бюллетеня

Скачать

+7 926 561 09 80; news@json.tv

Пишите, звоните, если есть вопросы

Компания J’son & Partners Consulting завершила подготовку исследования российского рынка бизнес-SaaS по итогам 2019 г. и сформировала прогноз его развития на период 2020-2025 гг. Результаты исследования показывают, что несмотря на начальный этап своего развития и крайне малый размер,  российский рынок бизнес-SaaS демонстрирует устойчивое замедление темпов роста, при этом проникновение основных видов облачных бизнес-приложений находится на уровне менее 10% от общего количества хозяйствующих субъектов, имеющих широкополосное подключение к сети Интернет.

 

Столь малый уровень проникновения бизнес-SaaS в России означает, что для подавляющего большинства предприятий микро, малого и даже среднего бизнеса в России перевод персонала на удаленную занятость технологически затруднен и может привести к существенному снижению производительности труда. В ситуации когда перевод офисных работников на работу из дома необходим как вынужденная мера (в настоящее время - для борьбы с распространением короновируса), а ухудшение макроэкономической ситуации предъявляет существенно более жесткие требования к качеству бизнес-планирования, контроля и ведения операционной деятельности, задача обеспечения продуктивной работы распределенных команд становится чрезвычайно актуальной. Решение этой задачи необходимо рассматривать в более широком контексте цифровой трансформации экономики страны.

 

Российский рынок бизнес-SaaS в 2019 году

 

Под бизнес-приложениями, предоставляемыми по модели SaaS, в настоящем исследовании понимаются транзакционные и аналитические приложения (учетные, CRM, ERP, BI) и приложения класса Enterprise Content Management (ECM), включая офисные приложения и системы управления веб-сайтами (Content Management Systems, CMS). Таким образом, бизнес-SaaS представляют из себя многопользовательские приложения, позволяющие создать единое информационное пространство предприятия и автоматизировать информационный обмен в рамках сквозных производственных и бизнес-процессов. Это своего рода минимальный «джентельменский набор», необходимый для организации цифрового (виртуализованного) рабочего места офисного персонала. Подобная трансформация и виртуализация «рабочего инвентаря» меняет принципы офисной работы и позволяет организовать дистанционную занятость (занятость без территориальной и аппаратной привязки к офису) для эффективной работы распределенных команд. В рамки исследования не включены не входящие в этот набор, но обычно относимые к бизнес-SaaS веб-сервисы внешнего электронного документооборота - рынок данного вида сервисов описан в отдельном отчете.

 

По оценке J'son & Partners Consulting, в 2019 году рынок рассматриваемых видов бизнес-SaaS в денежном выражении вырос на 27% и достиг 8,4 млрд. руб. Согласно уточненным данным, в 2018 году рынок в денежном выражении вырос на 36%, в 2017 году на 54%. Рост рынка в денежном выражении существенно превосходит динамику роста клиентской базы, очищенной от задвоений, при этом оба показателя демонстрируют замедление.

 

Таким образом, рост рынка бизнес-SaaS в России происходит преимущественно за счет расширения номенклатуры приложений, используемых уже существующими пользователями, и в меньшей степени за счет привлечения новых пользователей, до этого вообще не пользовавшихся SaaS, что проявляется также в существенном росте ARPU в расчете на компанию-пользователя SaaS.

 

Наряду с объемом выручки и количеством пользователей, ключевым показателем развития рынка является уровень проникновения. Для сервисов бизнес-SaaS целевой уровень проникновения должен быть выше уровня проникновения on-premise бизнес-ПО, который по данным J’son & Partners Consulting составлял в России в 2015 г. чуть более 21% от общего количества действующих хозяйствующих субъектов, имеющих ШПД-подключение. По итогам 2019 г. общий уровень проникновения бизнес-SaaS в России пока остается низким – на уровне единиц процентов. Даже с учетом проникновения IaaS/PaaS, общий уровень проникновения приложений, предоставляемых и/или развертываемых по облачной модели, составляет существенно менее 10%. Отмеченная выше модель роста рынка преимущественно за счет расширения номенклатуры потребляемого функционала предприятиями уже использующими какие-либо облачные приложения означает, что проникновение бизнес-SaaS в России растет медленно. В этой связи необходимо отметить, что облачная модель является индикатором, позволяющим оценить для какой доли рабочих мест возможна реализация принципа территориальной независимости. Для малого и микробизнеса в России облачная модель – это вообще единственный способ получить доступ к современным многопользовательским приложениям автоматизации бизнес- и производственных процессов, а для крупных предприятий - это косвенный показатель возможности персонала полноценно работать вне офиса.

 

Основываясь на быстрых темпах роста рынка бизнес-SaaS в России с период 2014-2015 гг., в 2015 году аналитиками J’son & Partners Consulting был составлен и публично представлен (ссылка 1 и ссылка 2) прогноз о том, что уже в 2020 году не менее 20% рабочих мест в России могут быть виртуализованы, то есть обеспечены средствами автоматизации позволяющими организовать полноценную работу персонала вне офисов. Ввиду размытости термина «удаленная/дистанционная занятость» необходимо пояснить, что в рамках серии проводимых исследований J'son & Partners Consulting использует понятие «дистанционный (удаленный) сотрудник» в контексте более широком, чем это прописано в российском законодательстве. Под «дистанционной работой» мы понимаем работу, выполняемую сотрудником из любого удобного ему места с помощью современных средств ИТ и телекоммуникаций, без привязки к офису работодателя. «Дистанционными» (территориально независимыми) сотрудниками мы считаем в том числе тех, кто может работать из дома хотя бы время от времени, например, 3 дня в месяц или раз в неделю и т.д., в зависимости от договоренности с работодателем, благодаря виртуализации рабочего места, с доступом ко всем необходимым документам и приложениям.

 

Очевидно, что экономические факторы, например, дороговизна офисных помещений, производственная необходимость, а также экстренные ситуации, требующие ведения текущей операционной деятельности персоналом вне офиса, такие как, например, реализация мер борьбы с распространением короновируса в России, приведут к значительному превышению сделанного в 2015 году прогноза о переводе на удаленную работу 20% всего занятого населения в 2020 году. Однако, ввиду замедления темпов роста проникновения бизнес-SaaS в России в период 2017-2019 гг., в настоящее время, по оценкам J’son & Partners Consulting, лишь около 10% рабочих мест в России можно назвать виртуализованными. Это означает отсутствие необходимых средств автоматизации для организации эффективной работы более половины переводимых на дистанционную занятость сотрудников.

 

Анализ потребляемого в облачном формате функционала SaaS-приложений показывает, что структура клиентской базы бизнес-SaaS меняется в пользу учетных и CRM-приложений, а структура в денежном выражении – в сторону роста доли ERP- и BI-систем в формате SaaS, и, в меньшей степени, – в пользу учетных систем. Но поскольку ERP и BI-функционал из облака, то есть функционал анализа и планирования, позволяющий повысить эффективность работы предприятий, используется пока крайне ограниченной по количеству группой компаний-пользователей – причем лишь в части автоматизации вспомогательных процессов, таких как управление персоналом, но не управления производственными процессами, рост потребления ERP/BIaaS не оказывает влияния на изменение структуры клиентской базы. Это наглядно демонстрирует насколько взрывным может быть рост этого сегмента рынка бизнес-SaaS в случае, если полнофункциональные ERP и BI приложения станут доступными и востребованными более широким кругом B2B-потребителей.

 

По данным J'son & Partners Consulting, в 2019 году 80% потребления бизнес-SaaS пришлось на предприятия торговли и сферы услуг, включая финансовые и телекоммуникационные организации (см. Рис. 1). Распределение пользователей бизнес-SaaS по отраслям близка к отраслевой структуре рынка в денежном выражении ввиду отсутствия существенных различий в ARPU пользователей различных отраслей. Эта структура стабильно смещена в сторону гипертрофированной доли торговли и сферы услуг, и за период 2014-2019 гг. не было отмечено существенных изменений.

 

Устойчиво высокая доля торгово-посреднической деятельности в структуре потребления бизнес-SaaS в России определяется структурой экономики крупных городов. Так, например, ВРП Москвы на 80% образован торгово-посреднической деятельностью и сферой услуг. То есть сформировавшись как промышленные и научные центры, в настоящее время крупные города в России представляют из себя торгово-логистические хабы, существование которых отнюдь не обязательно, и необходимо преимущественно для компенсации неэффективного бизнес-планирования. Несмотря на годы разговоров о цифровизации и переходе на «плоские» системы управления с высоким уровнем автоматизации, превалирующие до сих пор иерархические системы управления предприятиями и организациями, задействуя большое количество персонала на множестве уровней иерархии, реализуют исключительно детерминистский подход, когда планы продаж, закупок, найма персонала и использования других видов ресурсов задаются сверху (детерминируются) и фиксируются на продолжительный период времени – месяц, квартал, год, несколько лет. Для компенсации неминуемо возникающего при таком планировании дисбаланса спроса и предложения вводится большое количество посредников-перепродавцов в оптовом звене сбыта, а на «последней миле», в розничном звене, проблема решается сверхвысокой концентрацией потребителей на ограниченном пространстве, когда за счет эффекта «больших чисел» продукция и услуги оказываются востребованными, несмотря на недостатки планирования их производства и сбыта.

 

Оборотная сторона такого подхода – крайне низкий уровень эффективности использования ресурсов и, соответственно, высокая себестоимость конечной продукции и услуг, усугубляемая большим количеством посредников-перепродавцов, что, в свою очередь, определяет низкое качество жизни при высокой ее стоимости для подавляющего большинства потребителей. Кроме того, это и неразрешимые проблемы экологии, отходов, транспорта, эпидемий и многое другое, проистекающее из сверхвысокой концентрации потребителей на ограниченной территории.

 

Перспективы российского рынка бизнес-SaaS на период 2020-2025 гг.

 

Выполненное J’son & Partners Consulting моделирование развития российского рынка бизнес-SaaS показывает, что в случае реализации инерционного сценария уже начиная с 2021 года темпы его ежегодного прироста в денежном выражении упадут ниже 15% на фоне перехода от роста ARPU к его снижению. Столь вялый рост, в условиях чрезвычайно низкого проникновения с одной стороны и очевидной востребованности облачных многопользовательских приложений с другой, свидетельствуют о наличии мощных сдерживающих рост факторов, преодоление которых требует значительных усилий как от бизнес-сообщества, так и от органов государственной власти.

 

В отличие от рынка Северной Америки – наиболее развитого ИТ-рынка, где уровень проникновения многопользовательских систем автоматизации бизнес-процессов исторически высок и превышает 75%, в России, где проникновение таких систем находится на уровне 20-25%, из которых лишь около половины полноценно доступа вне офиса, темпы увеличения проникновения именно облачных бизнес-приложений могут быть очень высокими, поскольку речь идет не сколько о замещении существующих on-premise приложений на облачные, сколько вообще о единственной возможности для малых и в особенности микропредприятий получить доступ к эффективным средствам автоматизации, повышающим производительность труда, снижающим удельные издержки и дающим возможность организовать полноценную работу персонала практически из любого места где есть доступ в Интернет.

 

Необходимость выработки эффективных мер для преодоления чрезвычайных ситуаций, таких как пандемия короновируса, вероятно, привлекут больше внимания не только к частной задаче обеспечения территориально-независимой работы офисного персонала, но и к более общей проблеме – необходимости наконец начать полноценную цифровую трансформацию экономики страны. Целью такой трансформации должно стать формирование более рациональной и устойчивой системы социально-экономических отношений, построенных на принципах win-win, то есть игры с положительной призовой суммой (в терминах теории игр).

 

_____________________________________

Информационный бюллетень подготовлен компанией J'son & Partners Consulting. Мы прилагаем все усилия, чтобы предоставлять фактические и прогнозные данные, полностью отражающие ситуацию и имеющиеся в распоряжении на момент выхода материала. J'son & Partners Consulting оставляет за собой право пересматривать данные после публикации отдельными игроками новой официальной информации.

 

Детальные результаты исследования представлены в полной версии отчета

 

«Российский рынок бизнес-SaaS в 2014-2019 гг. Прогноз до 2025 г.»

 

Содержание

  1. ОПРЕДЕЛЕНИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ
  2. РЫНОК

2.1.    ОСНОВНЫЕ ВИДЫ ИГРОКОВ

2.2.    ОБЪЕМ, ДИНАМИКА И СТРУКТУРА РЫНКА        

2.2.1.  Объем и динамика рынка в 2014-2019 гг.

2.2.2.  Объем и динамика в сегментах рынка в 2014-2019 гг.

2.2.2.1.         Офисные пакеты приложений в формате SaaS

2.2.2.2.         E-commerceasaService

2.2.2.3.         Учетные облачные сервисы и ERPaaS начального уровня

2.2.2.4.         CRMaaS

2.2.2.5.         Полнофункциональные ERP и BI aaS и их элементы

2.2.3.  Структура рынка в вертикальном (отраслевом) разрезе      

2.2.4.  Структура рынка в горизонтальном разрезе

2.2.5.  Структура рынка в территориальном разрезе

2.3.    ДРАЙВЕРЫ

2.4.    СДЕРЖИВАЮЩИЕ ФАКТОРЫ

2.5.    ТЕНДЕНЦИИ И ПРОГНОЗЫ

2.5.1.  Прогноз количества предприятий-пользователей

2.5.2.  Прогноз объема рынка в денежном выражении

2.5.3.  Прогноз динамики ARPU

2.5.4.  Прогноз изменения структуры рынка

2.5.5.  Прогноз положения игроков рынка

  1. МОДЕЛЬ РЫНКА

3.1.    МЕТОДИКА ИСПОЛЬЗОВАНИЯ МОДЕЛИ РЫНКА

                  

Список рисунков

Рис. 1. Доли основных групп игроков рынка по выручке, %, 2014 и 2019 гг.      

Рис. 2. Доли основных групп игроков рынка по размеру клиентской базы, %, 2014 и 2019 гг.

Рис. 3. Положение игроков в горизонтальных сегментах рынка (по выручке): российские провайдеры/вендоры бизнес-SaaS, %, 2014 и 2019 гг.

Рис. 4. Положение игроков в горизонтальных сегментах рынка (по выручке): глобальные провайдеры/вендоры бизнес-SaaS, %, 2014 и 2019 гг.

Рис. 5. Объем рынка бизнес-SaaS в натуральном выражении, юр. лиц., 2014-2019 гг.

Рис. 6. Объем рынка бизнес-SaaS в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 7. ARPU на рынке бизнес-SaaS, рублей без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 8. ARPU в горизонтальных сегментах рынка, рублей без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 9. Проникновение сервисов бизнес-SaaS в России: общее и в горизонтальных сегментах рынка, % от общего кол-ва хозяйствующих субъектов имеющих ШПД-подключение, %, 2014-2019 гг.

Рис. 10. Структура рынка бизнес-SaaS в России по видам приложений в денежном выражении, в % и млн руб. без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 11. Структура рынка бизнес-SaaS в России в натуральном выражении, в % и кол-ве компаний-потребителей, 2014-2019 гг.

Рис. 12. Объем рынка офисных SaaS в натуральном выражении, юр. лиц., 2014-2019 гг.

Рис. 13. Объем рынка офисных SaaS в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 14. ARPU на рынке офисных SaaS, рублей без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 15. Объем рынка e-commerce aaS в натуральном выражении, юр. лиц., 2014-2019 гг.        

Рис. 16. Объем рынка e-commerce aaS в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 17. ARPU на рынке e-commerce aaS, рублей без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 18. Объем рынка облачных учетных систем в натуральном выражении, юр. лиц., 2014-2019 гг.

Рис. 19. Объем рынка облачных учетных систем в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 20. ARPU на рынке облачных учетных систем, рублей без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 21. Объем рынка облачных CRM в натуральном выражении, юр. лиц., 2014-2019 гг.

Рис. 22. Объем рынка облачных CRM в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 23. ARPU на рынке облачных CRM систем, рублей без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 24. Объем рынка облачных ERP и BI в натуральном выражении, юр. лиц., 2014-2019 гг.

Рис. 25. Объем рынка облачных ERP и BI в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 26. ARPU на рынке облачных ERP и BI систем, рублей без НДС, 2014-2019 гг.

Рис. 27. Формирующаяся глобальная экосистема IoT-платформ и приложений для реализации бизнес-моделей цифровой экономики в промышленности

Рис. 28. Структура пользователей бизнес-SaaS по вертикалям (отраслям), %, 2019 г.

Рис. 29. Горизонтальная (по размеру компаний-пользователей) структура рынка бизнес-SaaS в денежном выражении, %, 2014-2019 г.

Рис. 30. Горизонтальная (по размеру компаний-пользователей) структура рынка бизнес-SaaS в натуральном выражении, %, 2014-2019 г.

Рис. 31. Территориальное распределение потребления бизнес-SaaS в России в денежном выражении, %, 2014-2019 гг.

Рис. 32. Территориальное распределение потребления IaaS в России в натуральном выражении, %, 2014-2019 гг.        

Рис. 33. Уровень производительности труда в России относительно США и причины низкой производительности труда в России, 2009 г.

Рис. 34. Проникновение функционала учетных, ERP и BI-систем в России, крупный и малый бизнес, 2015 г.

Рис. 35. Кибер-физический продукт-сервис как базовый элемент цифровой экономики

Рис. 36. Прогноз по проникновению бизнес-SaaS в России, %, 2025 год в сопоставлении с фактом за 2019 год

Рис. 37. Прогноз объема рынка бизнес-SaaS в натуральном выражении, юр. лиц. – уникальных пользователей SaaS, 2018 г. факт, 2020-2025 гг. прогноз

Рис. 38. Прогноз объема рынка бизнес-SaaS в денежном выражении, млн руб. без НДС, 2019 г. факт, 2020-2025 гг. прогноз

Рис. 39. Прогноз динамики ARPU, рублей без НДС, 2019 г. факт, 2020-2025 гг. прогноз

Рис. 40. Прогноз ARPU в горизонтальных сегментах, рублей без НДС, 2025 год в сопоставлении с фактом за 2019 год

Рис. 41. Прогноз распределения компаний-пользователей бизнес-SaaS по вертикалям (отраслям), %, 2025 г.

Рис. 42. Горизонтальная (по размеру компаний-пользователей) структура рынка бизнес-SaaS в денежном выражении, %, 2019 г. (факт) и 2025 г. (прогноз)

Рис. 43. Горизонтальная (по размеру компаний-пользователей) структура рынка бизнес-SaaS в натуральном выражении, %, 2019 г. (факт) и 2025 г. (прогноз)

Рис. 44. Территориальная структура рынка бизнес-SaaS в денежном выражении, %, 2019 г. (факт) и 2025 г. (прогноз)

Рис. 45. Территориальная структура рынка бизнес-SaaS в натуральном выражении, %, 2019 г. (факт) и 2025 г. (прогноз)

Рис. 46. Доли основных групп игроков рынка по выручке, %, 2019 г. (факт) и 2025 г. (прогноз)

Рис. 47. Доли основных групп игроков рынка по размеру клиентской базы, %, 2019 г. (факт) и 2025 г. (прогноз)

Рис. 48. Положение игроков в горизонтальных сегментах рынка (по выручке): российские провайдеры бизнес-SaaS, %, факт за 2019 г. и прогноз на 2025 г.

Рис. 49. Положение игроков в горизонтальных сегментах рынка (по выручке): глобальные провайдеры бизнес-SaaS, %, факт за 2019 г. и прогноз на 2025 г.

Рис. 50. Распределение доли игрока рынка на шкале ARPU