Новая гонка в кибербезопасности: венчур, фонды, экосистемы и рост стартапов
Шадюк Александра, заместитель генерального директора, АО Кибердом.
Конференция ЦИПР 2026, «Цифровая индустрия промышленной России». Организатор компания ООО «ОМГ».
Глобальный рынок кибербезопасности переживает подъём: в 2025 году инвестиции в киберстартапы достигли примерно 14–18 млрд долларов, что стало лучшим результатом после пика 2021 года.
Фонды перестали быть просто источником денег: они всё чаще выступают как сооснователи, давая доступ к сетям компаний, экспертизе и корпоративным клиентам.
Экосистема стала важнее самого чека: ключевое преимущество фондов — доступ к сети CISA/крупных компаний и к “network model”, где стартапы получают обратную связь по продукту и оценке NVP.
У хорошо подключённого стартапа может быть значительный “бесплатный пакет” ресурсов: облачные кредиты, юридические услуги с отсрочкой оплаты, вендерские каналы продаж, участие в демо-днях — суммарно на сумму около полумиллиона долларов.
Рынок венчурного финансирования кибербезопасности сосредоточен в США и Израиле: на них приходится около 80% мировых инвестиций, при этом Великобритания догоняет, а Европа и Азия активно наращивают собственные экосистемы.
Средний размер сделки вырос: по словам выступающего, он поднялся примерно с 30+ до 50+ млн долларов, особенно в компаниях с ИИ.
Есть сильные кейсы, показывающие потенциал экосистемы: сделка с Google и VIS приводится как пример того, как комбинация фонда, основателей и экосистемы может создать рекордную стоимость меньше чем за 5 лет.
Отдельный фокус — Россия: спикер предлагает посмотреть, как российские независимые стартапы сохраняют самостоятельность и как они развиваются на фоне конкуренции с большими техами и корпорациями.
Главные моменты, на которых держится выступление
Деньги уже не главный актив — главный актив это сеть и доступ к рынку.
Киберфонды конкурируют не только капиталом, но и экосистемой.
Стартапу важно не просто привлечь инвестиции, а получить инфраструктуру для роста.
Российский рынок рассматривается отдельно — через призму независимости стартапов и давления со стороны крупных игроков
